"Я никогда не оставлю тебя, братик."

Несмотря на все, ужин удался на славу. К тому же Сережа купил какой-то крем, который сильно облегчил боль в анальном отверстии парня. Парни беспечно болтали о чем-то весь вечер, смотрели фильмы и веселились. Но у обоих в голове был полнейший хаос. Казалось, что все это не с ними. Остаток вечера они провели в раздумьях. Сон был беспокойным и неприятным. «Лучше бы и не ложился вовсе», - мысленно возмутился Ваня, в очередной раз проснувшись. Рядом посапывал такой родной и знакомый брат. Как-то само собой захотелось положить ему голову на грудь и прижаться потеснее. Сквозь сон Сережа невольно улыбнулся и обнял брата, засопев ему в шею. Младший при каждом выдохе вздрагивал, его достоинство постепенно стало вставать. Он ласково потерся носом о плечо брата, и аккуратно перевернул его на спину. Парень сонно приоткрыл глаза, потерев их и пытаясь сообразить, что происходить. Иван развратно улыбнулся и быстро взобрался ему на бедра, обвив талию ногами, упал на грудь, вовлекая в глубокий страстный поцелуй. Старший машинально ответил на него, обхватив талию парня сильными руками и сжимая их на ягодицах. На правах того, кто сверху, маленький развратник сделал первое движений, потершись своим возбуждением о пах парня. Тот незамедлительно отреагировал на незамысловатое движение и тихонько застонал. Его собственный член стал наливаться кровью, упираясь в живот Вани. Последний лишь оторвался от желанных губ, еще раз ухмыльнулся и опустился с поцелуями к шее брата, то и дело, прикусывая нежную кожу. Его губы совсем невесомо касались ключиц и впадинки между ними, все больше дразня того, чей запах сводил с ума. Губы старшего приоткрылись, дыхание стало прерывистым и более тяжелым, глубоким. Иногда он поднимал за подбородок голову брата, что бы впиться уже куда менее нежным, но возбуждающим и требовательным поцелуем в чуть припухшие губы. Короткие темные волосы Сергея разметались по подушке, делая картину еще более откровенной и развратной. Теперь поцелуи вовсе не были невесомыми, парень оставлял засосы на светлой коже старшего брата, нагло ухмыляясь и глядя ему прямо в глаза. Заметно увеличившийся в размерах и истекающий смазкой член весьма убедительно намекал, что даже такие свободные штаны стали очень тесными и пора бы от них избавиться. Что незамедлительно и сделали парни. Теперь обнаженный Ваня лежал на ни ничуть не более одетом Сергее и, сжав оба члена одной рукой, терся об него всем телом. Старший не замолкая, стонал. Он хотел большего, но сам не до конца понимал чего именно, в угаре возбуждения и похоти. Наконец парень до синяков впился пальцами в хрупкие плечи младшего брата и простонал ему в губы, как можно более разборчиво: - Не мучай… Дай мне войти… Иван улыбнулся еще более нагло и снова впился в губы Сережи. Когда его рука, до этого плотно обхватывающая их возбуждения, соскользнула с них и легла на грудь старшего, тот даже зашипел в поцелуй от разочарования. Но длилось оно не долго: тут, же парень выгнулся в спине и принялся медленно опускаться на член брата. Стон за стоном доносились из комнаты, пока два разгоряченных тела наслаждались друг другом. Еще пара сантиметров и с губ Вани сорвался громкий вскрик: головка с нажимом проехалась по простате. Поймав нужный угол, он принялся снова и снова насаживаться на каменный член, с нарастающей скоростью, оставляя синяки и царапины на груди партнера. Сергей уже давно стонал в голос, едва сдерживаясь, что бы ни кончить раньше парня. - Ты ведь хочешь кончить, да? Я чувствую… ах… как он пульсирует во мне, - услышал старший где-то на грани сознания. Его хватило лишь на то, что бы простонать в ответ. - Еще… Не останавливайся, братик… ааа… Еще… Еще пара мгновений и парень излился прямо в Ивана, зарычав в голос и прижав его к себе так сильно, что у того хрустнули ребра. Несколько движений и младший тоже кончил, простонав в нагревшийся, пропахший животной похотью, воздух комнаты имя своего любовника. Сергей ласково поглаживал такую родную спину, то и дело, касаясь длинными пальцами позвоночника, от чего по телу пассива табуном пробегали мурашки. Они долго так и лежали, тесно прижимаясь, друг к другу, пока оба не уснули, теперь уже не мучимые кошмарами, а упиваясь сладкими грезами. Ваня проснулся уже за полдень, в окно вовсю светило солнце. Впервые он понял насколько по-настоящему рад, что каникулы начались так вовремя. Сережи рядом не было, зато на кухне что-то гремело, и негромко играли 30 Seconds to Mars. Парень сладко потянулся в кровати, предвкушая предстоящее веселье, и поднялся. Только сейчас он почувствовал, что живот и внутренняя сторона бедер, липкие от спермы. Ваня не спеша поплелся в ванную. Теплая вода, соблазнительными ласкающими кожу ручейками стекающая по телу, поглотила все его внимание на пятнадцать минут как минимум. Когда он вышел, Сергей уже сидел за столом и уплетал свой завтрак за обе щеки, видимо, бурная ночь благоприятно сказалась на его аппетите. Из дорогой стереосистемы стоящей у окна все так же доносилась приятная мелодия, а на противоположной стороне стола стояла тарелка с яичницей. - Доброе утро! – улыбчиво поздоровался старший, заметив вышедшего из ванной брата, - Как спалось? - Доброе… - несколько рассеянно ответил он, усевшись за стол, - Хорошо. А тебе? - Чудесно. Спал как младенец, - выдал тот, весело блеснув глазами. Парень несколько смущенно опустил глаза в тарелку и принялся ковырять свой завтрак вилкой. На удивление, есть совсем не хотелось, поэтому за столом он просидел, гораздо больше Сергея. Последний напротив, доел очень быстро и, весело напевая что-то смутно знакомое Ване, прошел в зал, откуда незамедлительно последовал звук включенного телевизора. Кое-как разделавшись с завтраком, парень одним махом выпил сок из стакана и побежал к брату, даже забыв помыть за собой посуду. Вот уже двадцать минут, парни бездумно пялились в экран. Никто из них даже не пытался вникнуть в происходящее безумие знаменитого сериала. Но мысли каждого были заняты чем-то, несомненно, важным для них. Наконец, выдохнув и словно приняв какое-то очень важное решение, Сергей поднялся и улыбнулся брату, потрепав такие же темные, как и у него самого, волосы. Тот тут же встал, явно желая вовлечь брата в нежный поцелуй, без намека на пошлость, но старший истолковал жест иначе и приобнял брата, дружески похлопав по спине. - Ладно. Ты сегодня не засиживайся допоздна, ночую я не дома, так что можешь не ждать. А мне идти надо. - Ты куда?! – ошарашено вопросил Ваня, явно не понимающий, что означает этот театр одного актера. - К девушке, Ванюш, к девушке, - чуть насмешливо улыбнулся Сергей. «Совсем как раньше…» - промелькнуло в голове у младшего, но он даже не обратил внимания на эту по-настоящему страшную для него мысль. - К какой девушке?.. А как же я?! – возмутился он. Его вдруг пробила крупная дрожь, а руки похолодели. - Ну, вообще-то я решил, что ты взрослый мальчик и можешь сам о себе позаботиться. Тем более ты пообещал, что не будешь мне надоедать и мешать жить своей жизнью, - резонно заметил Сережа, словно не заметив настоящего смысла слов брата. Ваня молчал. Его всего трясло, то ли от боли, то ли от страха, то ли от холода, так не вовремя и неожиданно пронизавшего все тело. Старший еще пару секунд неловко потоптался на месте и вышел в коридор. Через несколько минут послышался звук закрывающейся двери и вот, парень остался наедине с собой. Он так и стоял на месте, глядя в никуда. Все тело отказывалось слушаться, казалось, что его просто разбил паралич. Теперь мысли тоже стали неподвластны. Просто каждую мышцу сковало внутренней болью, словно его избили раскаленным добела куском арматуры. За окном пошел дождь, впервые в этом году. Словно в унисон ему, из глаз потекли слезы. Казалось, каждый раскат грома совпадал с новым ударом сердца. Из колонок на кухне доносилась все та же музыка, но теперь она будто с каждой минутой становилась все мрачнее и мрачнее. По венам разлились боль и страх, сковав кровь ледяной коркой. Ноги подкосились, колени ослабли, и парень просто рухнул на пол. Он даже не попытался подняться или хотя бы смягчить падение. Ваня лежал так, как упал. Вывихнутую при падении руку пронзило болью, которую он не почувствовал, не сумев отличить от боли в остальном теле. Ноги, руки, все стало холодным. Болезненный холод ледяным покрывалом окутывал его, проникая в каждую клеточку. И дело было вовсе не в ревности или том, что он скучал по Сереже. Нет, он просто узнал тот тон, с которым сталкивался раньше каждый день. Все это еще несколько часов назад казалось сном, прошлой жизнью, кошмарной и нереалистичной. Просто напросто невозможной. Но вот, теперь он осознавал, что прохладный, чуть насмешливый тон, был не просто иллюзией, за которой пряталось огромное чувство, готовое согреть его во время любой непогоды. Он был тем, чем был всегда. В нем не было надуманной хитрости. Сергей решил забыть то, что между ними было. Сейчас это стало так понятно, что от этого хотелось кричать, срывая горло и пугая соседей сопровождающими крик хрипами. Он не понимал, как можно забыть такое и уйти. И теперь, когда с ним поиграл и бросил самый родной и близкий человек, парень хотел лишь забыться. Закрыть глаза и больше никогда не открывать. Последующие несколько часов он посвятил попыткам силой воли остановить собственное сердце и начать слаженно думать. Ни того, ни другого не получилось, причем второе казалось куда менее реальным, чем произвольная смерть. "К девушке", - то и дело звучало где-то на дне сознания. А еще через несколько часов подобного бездумного лежания на полу и пропитывания ковра слезами, которые беспрерывно текли из глаз, Ваня просто провалился в небытие сна. Впервые в жизни ему не снилось ровным счетом ничего. Черная гнетущая пелена перед глазами и… беспокойный голос Сережи, взывающий к тому, что бы он очнулся. Жаль только, что внимать мольбам и приходить в себя он не собирался.