Мистер и миссис Джейн

— Хватит! — кричала Грейс, — Остановитесь! Я скажу! Я все скажу! Не надо… — прорыдала она. — Не надо! Если бы была возможность, Тереза бы оставила между собой и Джейном кресла три. Но такой возможности не было, и поэтому она и консультант сидели рядышком на последнем ряду, тяжелая рука Патрика лежала на ее плечах, и он то и дело, улыбаясь, склонялся к ее щеке, чтобы прошептать что-то романтически-возвышенное. На самом деле он весьма сухо рассказывал ей о присутствующих в зале — их маленькие грязные тайны. Не то что бы Лисбон в этом нуждалась, просто эта тема была максимально безопасной. От его голоса у нее по спине гуляли табуны мурашек, но Лисбон старалась не передергивать плечами, опасаясь, что он заметит. Патрик, конечно, заметил. Трудно не заметить, учитывая, что он прикасался к ней — как будто окаменевшей от его прикосновений, что не могло не напрягать его самого. Пусть в реальности это и не было свиданием, но менталист на самом деле хотел заставить Терезу расслабиться, но пролетел. Какие бы чувства у нее вызывало это дело, это не было облегчением или спокойствием. В общем-то, все стало еще хуже. Они вышли из кино, Лисбон держала его под руку и прижималась к боку, и Патрик мгновенно пожелал, чтобы это не было притворством, и порадовался, что это не было реальным — точнее, что у него была призрачная возможность ощутить, каково это — держать ее за руку, при этом не подставляя Терезу под огонь Красного Джона. Он насладился весьма неплохими каннеллони с пикантным острым соусом, разделив с Лисбон трапезу в ресторанчике неподалеку от Пентон-хилл, а затем они оба вышли, изображая счастье и довольство, и двинулись к тому самому салону красоты. Джейн смотрел по сторонам, пытаясь засечь слежку, когда Тереза резко дернула его за рукав и пробормотала: — Милый, ты помнишь, что у нас скоро свадьба? — намекающим тоном просвистела она. — А? — консультант развернулся в ту сторону, в которую его направляла Лисбон, и радостно закивал: — Точно! Милая, зайдем? *** — Мне нравится это, — пробормотала Тереза, наклоняясь над стеклянной витриной и вглядываясь в простое кольцо, украшенное россыпью мелких бриллиантов по ободку. Патрик, услышав ее голос, подошел к ней и тоже посмотрел на кольцо: — Красивое, — тихо пробормотал он, вспоминая, что кольцо с сердечками лежит в бардачке его Ситроена. — Примерь. — Нет. — Ну же, примерь. Мы же здесь для этого, Тереза. Лисбон тяжело вздохнула, но выпрямилась и позвала: — Простите… Я могу взглянуть ближе? Раздалось шарканье, сопровождающееся постукиванием трости, и на свет вышел высокий старик — лысый, но усатый, с седой бородкой клинышком. Криво улыбаясь, он трясущимися руками нашел ключик на своей связке и открыл витрину, передав бархатную подушечку Джейну. Помедлив, консультант протянул ладонь Лисбон — она, постаравшись забыть, как это неуютно, неприятно, слишком лично, опустила свою руку в его. Патрик взглянул ей в глаза и медленно, лаская пальцами ее кисть, надел кольцо. Агент сглотнула, выдохнула и слабо улыбнулась. — Оно называется «Ясколка». Как цветы, — пояснил старик. Кольцо село как влитое. Как будто было создано, чтобы Патрик Джейн надел его на пальчик Терезы Лисбон. Зная, что этого было достаточно для достоверности, консультант все равно поднял ее руку и прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, взглянул ей в глаза, и, помедлив, перевернул ее кисть и поцеловал запястье, там, где трепетал пульс… Ресницы Лисбон затрепетали, она закрыла глаза и приоткрыла губы, выдохнув через рот. — Двести шестьдесят долларов, — проскрежетал старик, грохнув чем-то о стойку и тем самым нарушив воцарившуюся интимную тишину. — Будете брать? — Мы… — Патрик откашлялся. — Мы еще посмотрим, если не возражаете. Честно сказать, мы ищем… Обручальные кольца. — Тогда пройдите к стойке у окна, — равнодушно посоветовал ювелир и, все так же шаркая, устремился в темную часть зала и оттуда в подсобку, чтобы вернуться к своему креслу и теплому пледу. Хлопнула дверь. Тереза дернула плечами и повела Джейна, который все еще держал ее за руку, к окну. Несколько мгновений они рассматривали парные обручальные кольца, но затем менталист, что-то осознав, резко повернулся к Лисбон, собираясь предупредить… Но было поздно. *** — Лисбон? Лисбон, ты как? — М-м… Голова… — она негромко застонала, — Моя голова… Ты где? — она принялась вертеть головой, но ничего не увидела. — Здесь выключен свет или у меня временная слепота? — Здесь темно, не волнуйся, с твоим зрением все в порядке. — Что это было? — прошептала она, пытаясь дотянуться кончиками пальцев до своих оков, чтобы понять, где замок. — Не знаю, но нас вырубили практически одновременно. Думаю, какой-то газ. Слышала шипение? — Не-ет… — У него даже не возникло мысли о ворах, — заявил Джейн. — Он не просто ушел, оставив тебя с кольцом на пальце. Он оставил нас в комнате, полной золота и драгоценных камней, оставив ключи от витрин на прилавке! — он умолк. -…Прости. — За что? — Что мы попали в такую ситуацию. — Не первый раз, Джейн, — устало ответила агент. — К тому же, это моя работа, если забыл. — Но ты здесь по моей вине… — Давай сначала выберемся отсюда, — рационально предложила Лисбон. — Потом будешь казниться и каяться. — Да без проблем. Мне бы только дотянуться до кармана… Что-то громко звякнуло, консультант зашипел: — Тише! — Это не я! — О… Здравстуйте! — громко проговорил он. — Вы не могли бы включить свет? Мне неудобно искать отмычки. — Никаких проблем, — ответил приятный мужской голос. Патрик бы сказал, что его владельцу за тридцать и что он либо британец, либо австралиец, но ни в коем случае не американец. Лисбон бы сказала, что голос похож на голос самого Джейна. Вспыхнула лампа. Проморгавшись, менталист наконец встретился взглядом со своим похитителем. Высокий, в деловом костюме приятного темно-синего цвета, в галстуке в тон к рубашке, он стоял, уверенно откинув голову, и рассматривал Джейна в ответ. — Зачем мы здесь? — не выдержала Тереза. Похититель пожал плечами, заставив клоунскую маску на своем лице дернуться. Она прятала все — и волосы, и лицо незнакомца, не позволяя дать никаких полезных описаний: — Как зачем? Чтобы сыграть.