Тринадцатый билет

Стоять так и смотреть друг на друга, когда сердце учащенно бьется в груди, а мороз тем временем плавится, перетекает в зной, и в пальто становится душно. Это неправильно. Это нечестно. Нельзя притвориться, что между ними ничего не происходило. Константин вздохнул и махнул рукой, подзывая парня. Белкин радостно подскочил к нему через полсекунды. Это снова был тот самый его одиннадцатиклассник Белкин, с наглецой в глазах, только на два года старше. — Тебе не кажется, что две случайные встречи за день — это уже перебор? — спросил историк. — Ну… — не сдерживая улыбки, протянул Ник, — случайная — только одна. Узнать ваше расписание — пара пустяков. — Ладно, Шерлок, — Железнов снова вздохнул, оглядывая его высоченную фигуру, — садись в машину, подвезу. Если у тебя занятия закончились. — Йес! — вскидывая руку вверх, подпрыгивая, крикнул морозному небу студент и в два прыжка оказался у пассажирской двери. — Закончились, а хоть и не закончились — хрен с ними. Железнов усмехнулся: ну как он мог ругаться на этого балбеса? Однако настало время для серьезных разговоров. Иномарка выруливала с заснеженного университетского двора на оживленную широкую улицу. Белкин еще никак не мог наулыбаться, беззастенчиво разглядывал педагога. — Куда тебя отвезти? — поинтересовался Железнов. Он-то как раз изо всех сил старался оставаться серьезным. — Я в общаге на Панфиловцев живу… — Знаю такую улицу… — Но, вообще-то, я думал, мы к вам поедем… Вот ведь наглая морда! — А если у меня жена, дети и комната в коммуналке? — Хорош вам прибедняться, Константин Евгеньевич, те, кто ездят на «Ауди А8» не живут в коммуналках. У вас трёшка в новостройке и никаких детей. Информация, она ж повсюду! — И ты все это за четыре пары узнал? — ухмыльнулся препод. — Обижаете! — возмутился Белкин. — На перемене между второй и третьей. Я ж почти гений. Не зря с золотой медалью школу закончил. Константин понял намек. — Ты же собирался поступать в московский вуз, на финансиста, — он оглянулся на парня, потом вернулся к дороге. Машина тяжело ползла по загруженному проспекту. — Я и поступил, — гордо заявил Николай. — Сделал родителям приятное. Только потом забрал документы и на последней волне был зачислен сюда. — Почему? — вопрос был не праздным. Железнов на самом деле желал знать, что толкнуло парня бросить столичный вуз и примчаться за три с лишним тысячи километров в Новосибирск. О причинах он догадывался, но хотел услышать ответ из уст самого Белкина. Ник замолчал, отвернулся, глядя в окно на невзрачные здания, изможденных людей и плетущийся транспорт. Потом повернулся к бывшему классному. — Вы же тоже рванули сюда, — сказал он без тени улыбки, но сразу же вернулся к прежнему тону. — А едем-то мы не на Панфиловцев. Историк хмыкнул. — Раскусил… — Ура! — заорал Белкин, кидаясь ему на шею. Константин попытался увернуться и при этом не въехать никому в бампер, но у него не очень получилось. Студент повис на нем, их губы оказались в опасной близости. Нет, они не поцеловались. В какую-то секунду Ник растерял свою смелость и, смущенно ойкнув, убрался обратно, тихо посмеиваясь, уставился в окно. У Константина осталось легкое чувство облома. В квартире он устроил Белкина в гостиной, сам пошел на кухню. Обед уже давно прошел, а до ужина было еще далеко, поэтому он решил ограничиться бутербродами и кофе. Но потом подумал, что студенческая жизнь в общежитии может оказаться как в анекдотах и байках, и собрал припасы посытнее. Когда он заканчивал накрывать на стол, в дверях нарисовался Белкин, помаячил немного, а потом сел на стул. — Тебе кофе или всё-таки чай? — спросил Железнов. — Мне покрепче бы… — ехидно прищурился Ник, но под пронизывающим взглядом поправился. — Кофе покрепче! А вы что подумали? — Ничего, — соврал Константин. — Даже не верится, что я сижу у вас в гостях, вы мне готовите кофе… не в постель, конечно… Историк резко обернулся. Ох, уж этот Белкин, опять со своими намеками и шуточками, ничуть не изменился. Педагог словно перенесся на пару лет назад в маленькое село Медведково, где он водил учеников на экскурсии в прошлое и воспитывал невоспитанный выпускной класс. Впрочем, в первый ли раз память возвращала его в те интересные и напряженные дни? — Молчу, молчу, — примирительно сказал парень, поднимая со стола вилку и приступая к трапезе. Костя остался стоять у кухонного стола, медленно отпивая горячий напиток и задумчиво рассматривая гостя. Мир преподнес ему сюрприз, вот он и решал: приятный или не очень. Нестерпимо хотелось курить и… Они вернулись в гостиную. Ник прошелся вдоль полок с книгами, рассматривая корешки — в основном там были романы Лукьяненко, Сапковского, Кинга — и присел на диван. — Придется посидеть немного в одиночестве, — сообщил Константин, кидая ему пульт от телевизора. Сам сел на другой диван, включил ноутбук и нетерпеливо залез в «аську». ШутНика среди онлайн-контактов не было. — Чёрт, — вырвалось у него прежде, чем он вспомнил, что не один. Безумно захотелось курить. — Что случилось? — Белкин приземлился рядом, заглядывая в монитор. — Кого-то ждете? — Нет, — качнул головой Железнов, свернул все окна, пристально посмотрел на Ника. — Ты еще куришь? — Травлюсь иногда. Минздрав, конечно, предупреждает, но умирать здоровым, сами знаете, обидно. — Тогда пойдем. Хозяин апартаментов вывел его на балкон. Хороший балкон, без привычного хлама и барахла, утепленный, большой, с дизайнерской мыслью в интерьере, продолжающей хай-тек-тему всей квартиры. Константин открыл окно в морозный вечер, не думая о гриппе и простуде, протянул пачку «Лаки Страйк» Николаю, потом вытащил зубами сигарету себе, чиркнул кремнем зажигалки… Затянулся, выпустил струйку дыма в окно… — Ты не замерз? — вдруг опомнился он. От всех пережитых сегодня эмоций ему самому было жарко. — Вы хотите меня согреть? — улыбнулся студент. — Не хочу. — Даже после того, как узнали, что я проехал за вами полстраны? Мы же больше не в школе, вы не мой учитель, и мне уже девятнадцать лет. — Даже после этого. — Вы говорили, что мы можем быть вместе, когда я закончу школу, — голос Ника был тверд, не смотря на содержание его речей, обвинениями или скулежом они не звучали. Это большой плюс характеру парня. — Я передумал, — ответил Железнов. Он затушил едва докуренную до половины сигарету, кинул бычок в пепельницу и ушел в квартиру. Через пару-тройку секунд туда явился Николай. ШутНик всё еще находился в оффе. Смешанное чувство недовольства и разочарования охватило историка, он еле смог сдержаться, чтоб не выругаться, но рядом стоял Ник, и Ник не был виноват. — Тебе пора возвращаться, — Константин закрыл ноут, встал. — Давай я тебя отвезу. Парень удивленно улыбнулся, но за улыбкой скрывалась грусть. Он сделал маленький шаг к преподавателю, чтобы оказаться совсем близко, чуть поколебавшись, взял его за руку. — А я думал, что останусь у вас. Помнится, мы уже проводили вместе ночь… вечер… под дождем на природе… Вряд ли он смог понять, как в следующий миг оказался прижатым спиной к шкафу. Константин и сам не понял, как и зачем он его туда толкнул. — Уже проводили, — тихо подтвердил он. Расстояние между ними было минимальным, но, даже не соприкасаясь телами, Железнов чувствовал идущее от него тепло, видел, как вздымается его грудная клетка, вдыхал его запах. Неприкрытое, нарастающее возбуждение парня передавалось ему самому, дыхание против воли учащалось, и внизу живота скапливалась тягучая слабость, и у него уже две недели не было секса. Он с трудом смог оторвать взгляд от порочно припухших губ Белкина. — Давай повторим, — произнес Ник, с вызовом глядя в поднятые на него глаза. Константин тряхнул головой, отодвигаясь. — Нет. Собирайся, я отвезу тебя. Белкин опустил голову, кивнул. Приехав назад, скинув пальто, обувь, Железнов первым делом снова полез в ICQ. Прошло уже достаточно много времени, и он надеялся… ШутНик был на связи. Слава Богам. ШутНик: Вечер добрый! Где пропадал? Проказник-скоморох: Экстремальным вождением занимался. Тебя тоже в Сети не наблюдалось. Гулял? ШутНик: Спроси еще: «Бухал?» Проказник-скоморох: Бухал?)) ШутНик: К Брэду Питту ходил. Проказник-скоморох: И… и как? Он даст положительные рекомендации? Для Джонни. ШутНик: Значит, ты готов со мной пересечься? Проказник-скоморох: Может быть. Смотря, что Брэд скажет. ШутНик: Спроси у него. Он же твой коллега и бета-трахальщик. Понравилось ли, как я ему засадил. Проказник-скоморох: Хочешь, чтобы я ревновал? ШутНик: А почему бы нет? Проказник-скоморох: Ну ты шутник))) ШутНик: А то. Так когда пересечемся? Джонни, ты не разочаруешься. Не боись, я красавчик: высокий голубоглазый блондин. Константин был готов назначить встречу. После сегодняшней встречи с Ником в нем кипела страсть, возбуждение рвалось наружу. Жутко хотелось трахаться. Он мог поехать за ШутНиком прямо сейчас. Только… Проказник-скоморох: Звонил другу Брэду, но его телефон не отвечает, так что не судьба тебе. ШутНик: Вот он редиска! Такой обломище устроил! Проказник-скоморох: Ты же его раньше боготворил, в идеалы записывал, а теперь к Деппу рвешься. ШутНик: Всё, он уже отработанный материал. Я его трахнул, он мне больше не нужен. Проказник-скоморох: Потом и Джонни станет не нужен? Джонни так не любит. Он сам всех бросает. ШутНик: Не дрейфь, тебе это не грозит. Ты препод, ты еще пригодишься. Проказник-скоморох: Ах вот где собака порылась… ШутНик: Неее, не угадал. Ладно, не переживай раньше времени. Я тебя всё равно обманул: Брэдди мне отказал, так что… Пришла только часть сообщения, а ромашка ШутНика стала розовой. И не позеленела ни через полчаса, ни через час…