Voice doesn't matter

Включите что-нибудь сами? :,D Луи проснулся. Он медленно открыл глаза и сразу же сощурился, стараясь привыкнуть к яркому свету, бьющему в не такие уж и большие щели из окон. Если это можно назвать окнами. То, откуда исходил свечение – было единственное излучающее свет место, да и то наполовину. Он приподнял голову, оглядываясь в комнате и вспоминая, что было вчера. Где же Гарри? – думал он, когда осматривался. Он оказался на его кровати, закутанный в одеяло. Вероятно, ночью было холодно, раз не было так жарко как сейчас. И все-таки ему интересно, куда делся его друг. Ответ лежал в углу кровати около подушки. Небольшая записка. «Доброе утро, Лу ;)…» Сердце Луи взлетело. Ему нравилось, что теперь Гарри называет его как Лу. Это значит, что им комфортно вместе. « Извини, мне нужно идти в пекарню, на работу, так что я пораньше встал. Мне не хотелось тебя будить, потому что ты слишком сладко спал…» Луи простонал. Лучше бы Гарри его разбудил, так они могли бы выйти из дома вместе, хоть и сам Томлинсон не любитель вставать, когда его будят. «… Если что, то я сказал маме, что ты у меня спишь, в смысле я тебя еще не разбудил, так что когда проснешься, думаю, она проводит тебя. Ну и если ты захочешь поесть, то у нас осталось вчерашнее мороженое :D прости, уже не осталось…» Луи фыркнул. Сбоку было приписано мелким почерком. «… зато остался твой горячий шоколад и кекс ;D х» Томлинсон улыбнулся и продолжил. «П.С. ты же не против, что я надел твою футболку? Она такааая полосатая …» Зачем он надел мою футболку? – сразу же пронеслось в голосе у Луи. И это оказалось правдой: футболки, которая была кинута куда-то в Сибирь, не было на месте. Что ж, зато Луи хотя бы может взять какую-нибудь из коллекции Гарри. -Ладненько, посмотрим, что тут у нас есть…. – задумчиво пробормотал Луи, вставая с кровати. Он подошел к полностью завешанному разными вырезками и рисунками шкафу. Вообще-то, тут все было завешано всякими рисунками, наклейками и… Что это? Лист из дневника? Первое, что попалось на глаза – это полное обилие разных рубашек. Их было просто дохрена. У Луи разбежались глаза. На верхних полках, на вешалках, на полу шкафа – везде либо висели, либо валялись рубашки. Казалось, что это целый магазин. Цветастый магазин. Как от этого не рябит в глазах? Хотя, если пожить неделю или около того в комнате, кто живет Гарри, ничего не покажется таким ярким. Томлинсону приглянулась обычная белая. Луи оделся и спустился вниз, чтобы пожелать доброго утра Энн – маме Гарри – и съесть кекс, о котором тот говорил. -Доброе утро, Энн! – бодро сказал Луи, когда спустился с лестницы, проходящей мимо кухни маме Гарри. -Доброе, Луи, как спалось? – ответила она с улыбкой на лице. -О, отлично. Но посреди ночи Гарри приснился кошмар и он ворочался, - объяснил тот, заходя в комнату и подходя к шкафу. Энн развернулась к Луи. -Кошмар? О чем кошмар? – более тихо спросила мама Гарри, а парень остановил все свои действия. Томлинсона немного напряг этот нервный голос, но он не растерялся и ответил: -Ааа… Он вроде как просто ворочался и... И потом я подошел его разбудить, он замотался еще сильнее и я просто его потряс. Он говорил, что это что-то про меня. Ну как бы я был во сне, и там что-то случилось… вот… - закончил он. Миссис Стайлс немного нахмурилась, вздохнула, а потом подошла к шкафчику – тому самому около которого стоял Луи - и достала две чашки. Потом медленно стала наливать горячий шоколад для Луи и для себя чай, приказывая Томлинсону садиться за стол. «Что это значит?»- мысленно спросил он себя. Только что она улыбалась, а сейчас… «Это значит, что будет разговор, дурило» - пререкались два голоса в его голове. Разговор? Но о чем разговор? -Гарри включал постоянно музыку в комнате не просто так… - начала ни с того ни с сего Энн, когда все было готово, а она сидела за столом напротив Луи. -В смысле?... – не понял он. -Когда-то раньше у него не было друзей. Да и ты, наверное, это знаешь, если он тебе говорил. Он просто приходил домой в совершенно никаком состоянии и… И у него не было стимула жить, понимаешь? Не было стимула жить… Мозг Томлинсона усердно заработал. Он кивнул. -И когда он познакомился с тобой… Он словно заново родился. Гарри стал чаще улыбаться, и даже смеялся, - на этом Энн улыбнулась, - , ну, иногда, - она опять поникла, - после того как он приходил от тебя, он не мог перестать улыбаться физически, поэтому он словно рацветал. Однажды, когда нам сообщили, что его немоту уже не вылечить… Я думала, что он опять что-нибудь сделает себе… Луи не понимал к чему ведет этот разговор, но зато понимал о чем говорит Энн. Да, он знает это все – кудрявый постоянно ходил как в воду опущенный. А теперь… Теперь, когда Луи стал его лучшим другом, Гарри узнает что-то новое, учится не бояться людей – в пекарню то он зачем пошел? – заводит новых друзей… Оу. Так зачем сейчас мать Гарри это говорит? -Просто ... Просто убедись, что ты знаешь, что позволяешь себе, Гарри отличается от всех остальных. Я не хочу, чтобы ты оставил его или бросал. Он очень хороший. Порой, он сильно привязывается к людям, да так, что после того, как он прервет все связи, он может целую неделю просто лежать на полу в своей комнате с безысходным выражением лица. Я не хочу, чтобы это повторялось, чтобы он опять ходил никакой. И чтобы с ним случилось хоть что-нибудь плохое, связанное с людьми, он с ними и так-то не очень идет на контакт. Подумай об этом. -Ладно, я побежала, пока, Луи, - закончила Энн, оставив Луи полностью ошеломленным. Ему нужно, пожалуй, немного подумать об этом. Он, ведь, назвал меня Лу, да? Это заставило Луи почувствовать себя особенным и счастливым. Гарри «отличается от всех остальных». Правда, он совсем не такой как они. Совершенно. После стольких страдание, которые он пережил, после всего этого Стайлс не сломался. «…Опять сделает себе что-нибудь…» Эти слова эхом повторились в голове Луи, он замер на месте. Он не… Получается, Луи его спас? ~~~ -Привет, Гарри. В пекарне, как и обычно бывает по утрам, сидел за кассой Зейн, в самом лучшем своем виде, конечно же. Настолько хорошим, который и бывает по утрам. С закрытыми глазами. -Я не выспался, ясно? Не смейся… - но судя по улыбающемуся Стайлсу, Зейн продолжил, - ладно! Я проспал! Опять! Но все равно я пришел раньше тебя… Он даже не открывал глаза, но все равно знал, что пришел Гарри – потому что он единственный кто не здоровается вслух. В пекарне было много работников и работниц. Половина из них были женщины в возрасте, которые даже любили Зейна и Гарри, поэтому всегда весело с ними здоровались. -… чтобы поспать. К тому же я тебе когда-то проспорил. Только не говори, что ты забыл, а то я почувствую себя полным придурком, ладно? Вместо ответа Гарри провел руками по волосам Малика. Он вовсе не забыл, он почти никогда ничего не забывает. Хорошо, что прическа была не уложена – подумал он. -Кстати у меня для тебя есть новость, - вдруг сказал Зейн, убирая руку от лица и открывая один глаз, щурясь от света, - ты, ведь, ничего не забываешь, да? Гарри кивнул. -Ну так и вот… О, погоди, на тебе футболка Луи? – задал вопрос Малик, когда открыл оба удивленных глаза, - потому что она полосатая, конечно же. Гарри жестом попросил говорить дальше, что он хотел сказать. -А, да, сейчас… - широко зевнул Зейн, - итак, то, что я хотел сказать… - продолжил Малик, потирая глаза, - короче, ты мне проспорил ,что следующим зайдет Найл, когда он хотел к нам зайти, но это была какая-то старушка, ты не забыл на что мы спорили? – с интересом спросил Зейн, ухмыляясь. Глаза Стайлса расширились, и он замотал головой. О боже мой, нет, только не это… -Нет! Не делай такой взгляд, Гарри! Я беру тебя с собой в клуб, ты мне проспорил. И никаких но! После работы я жду тебя у себя дома в восемь готового. Одень что-нибудь… - он окинул взглядом кудрявого парня, да в принципе, так и иди в чем есть – футболка и черные узкие джинсы, - махнул рукой. Черт, Стайлс, ведь ,думал, что Зейн уже давно и забыл про этот спор. Оказалось, что у него не было подходящего момента об этом сообщить. Ну и подходящего времени. А сейчас? Сейчас… -Хазз? Расслабься, я же тебя не беру на войну или куда еще… - продолжал Зейн. Он просто не понимает. Гарри никогда никому не говорил, но… Да и вряд ли вообще скажет кому-нибудь. «Хорошо» что и делает он жестами, уже мысленно думая как и где он об этом будет жалеть. ~~~ В восемь вечера ровно Гарри уже стоял около входной двери к дому Малика. И сказать, что он нервничал, это не сказать вообще ничего. Он постоянно кусал палец и теребил кудрявую челку, которая скоро не будет такой уложенной. Вечером он открыл свой платяной шкаф и понял… Что ничего такого, для похода куда-нибудь в клуб или на вечеринку, у него нет. Весь его гардероб – тонна рубашек, две-три футболки и узкие джинсы. Но Зейн его уверил, что он выглядит лучше, чем нормально. Намного. Гарри еще несколько раз позвонил в звонок. Должен же Малик его когда-нибудь впустить, потому что стоять на пороге не самая лучшая идея. И вот. Дверь щелкает, а за ней наполовину готовый Малик. -Ого какие люди. Я не думал, что ты придешь, заходи! – с улыбкой сказал Зейн, когда на пороге увидел модно одетого молодого человека. -Итак. В общем. Слушай… - мял пальцы он, - я сейчас еще чуть-чуть, мне надо закончить, подожди меня на кухне или где еще, ладно? Я реально не думал, что ты придешь, – быстро протараторил брюнет и улетел наверх. Это шутка? Он действительно думал, что Гарри не придет? Но почему? Через пятнадцать минут Зейн был полностью готов: он идеально уложил прическу и надел очки с клетчатой рубашкой. Настоящий хипстер. -Тебе везет, Стайлс, тебе стоит лишь провести рукой по волосам – и они готовы, - с досадой изрек Зейн. На самом деле это не так. По утрам у кудрявого парня на голове просто птичье гнездо, потому что его волосы слишком сильно вьются. Ему приходится их долго расчесывать, мочить, делать так, чтобы они торчали хотя бы в одну сторону, а не во все. Он хотел было возразить, сказать ,что Зейну не стоит так морочиться с ними, они у него и набок неплохо смотрятся, но… Но он решил ему не перечить и вышел следом за ним из дома. -Итак. Ты, наверняка думаешь, куда же я тебя поведу, да? – задал вопрос тот, закрывая дверь, - Это не первый попавшийся клуб. Хоть я тут и недавно, но я уже присмотрел один, кстати говоря, и это тот, куда мы идем, - закончил он, кладя ключи в карман. Большую часть дороги они молчали, но все таки иногда Малик говорил фразы типа «главное - расслабься» и «спор есть спор», но когда они почти дошли до пункта назначения, брюнет остановил и серьезно сказал: -Не нервничай, ладно? Просто расслабься, я же рядом. Если вдруг что где – то звони мне, или пиши. Делай что-нибудь, хорошо? Клуб тебя не убьет. Не нарывайся на компании и… И я даже не знаю, ну, постарайся не совсем далеко от меня уходить в общем, ладно? Легко ему говорить – расслабься. Сможет ответить. Расслабься… - хмыкнул про себя Гарри. Он решил, что простой клуб не сделает с ним ничего плохого, и, может быть не все так уж и плохо. Он глубоко вздохнул в последний раз прежде чем его друг сказал: -Итак, мы заходим в толпу, - продолжил путь Зейн, схватил Стайлса за предплечье и потянул с собой, стараясь игнорировать его испуганный взгляд после слово «толпа». Но, ведь, правда, в клубе реально много народу. Везде. И чтобы куда-нибудь протиснуться, нужно было идти именно через толпу. «Надеюсь, что вернусь домой целым» -мысленно произнес молитву Гарри, прежде чем попасть в здание, полное клубной музыки. Первое что он заметил – абсолютно, точно, бесповоротно, непереносимо, ужасно отвратительная музыка. Гарри, может быть, и любит ту, которая не орет так, которая не елозит по ушам и не так раздражает, но эта… Та, что была здесь – она просто не для его ушей. Зейну, кажется, было наплевать, потому что главное, что она громкая и веселая. Как для него. Точно не для Гарри. -Не волнуйся. Здесь никто не кусается! – Малику пришлось заорать на ухо Гарри, чтобы тот услышал его сквозь шум. Ладно. Я буду в порядке. Хорошо, - пытался расслабиться Гарри и дышать. Но тут было банально нечем. Не было чего-то получше, чем этот клуб? Чего-то поспокойнее, желательно потемнее, чтобы прожекторы не так слепили глаза, чего-то породнее, менее люднее… Например его дом. Кудрявый шмякнулся на один и барных стульев, а следом за ним Зейн, который подозвал бармена. -Что-нибудь будешь? – непринужденно спросил было брюнет, но увидев, какие напуганные глаза были у Стайлса, быстро сообщил подошедшему работнику, - чего-нибудь смешанное, - и придвинулся к зеленоглазому, - Гарри? С тобой все нормально? – с беспокойством спросил он, видя, как кудрявый беспокойно оглядывается. Он рассеяно рассматривал людей, его глаза скрывали какие-то сильные эмоции. Стайлс покачал головой из стороны в сторону. Вокруг было полно пьяного потного народу. Его было много! Нет, с ним не все нормально. -Что такое? – заново повторил Зейн. Кудрявый прикрыл глаза и глубоко вздохнул, выдыхая и открывая их, все такие же напуганные. Теперь у Зейна стали примерно такие же. Им принесли заказ. Малик быстро его оплатил и всучил один стакан Гарри, который даже не посмотрел на него. Он все еще оглядывался по сторонам. -Я не знаю, что это, но, уверен, что ты должен это выпить и пойти веселиться, - приободрил его брюнет, вставая и хлопая по плечу зеленоглазого. Боже мой. Кто все эти люди. Что я здесь делаю? Я хочу домой, там нет шума. Там нет никого. Господи, спасите меня кто-нибудь, - повторял испуганный Гарри про себя. У него не было совершенно никакого желания пить свой напиток, поэтому он быстро его поставил на стойку, пока кто-нибудь не прошелся мимо него и не задел и не пролил. Прямо на Гарри. Где Луи? Ему срочно нужен воздух. Он это решил уже тогда, когда только зашел сюда. Но как ему пробраться сквозь толпу? Куда ему идти? Кажетс, его сейчас стошнит. Фигуры людей вокруг него начали размываться. -Привет! – вдруг раздался звонкий дружелюбный голос прямо около его правого уха, - я Даниель, а ты? – человек протянул руку. Гарри посмотрел на нее. Красивые длинные кудрявые как у него волосы, загар, дружелюбные глаза. -Ладно, - просто ответила девушка за кудрявого и села на тот самый стул, за которым был Зейн несколько секунд назад, - кхм… скажешь как зовут? – продолжала она с приподнятыми бровями. Черт, твою мать, что мне делать, - спрашивал сам себя Гарри, но не находя ответов. Ему срочно нужно на улицу. Срочно нужно уйти отсюда. Кажется, он сейчас задохнется от всего. Его уши заложило. Он слышал только очертания мелодии. Перед глазами поплыло. -Ау? – помахала Даниель рукой около глаз Гарри, который, кажется, с широкими глазами залип в одну точку. Это послужило последней каплей. Стайлс сейчас сойдет с ума, если не уйдет отсюда. Он сорвался с места, раздвигая локтями людей, с целью поскорее убраться. Срочно. Как можно скорее. Ему нужно найти выход и свалить отсюда как можно дальше, где очень тихо. Так тихо, что он снова сможет слышать свои мысли.