Я здесь.

У меня глаза голубые. Каждый почему-то норовит сравнить цвет моих глаз с чем-то совершенно отвлечённым, а я, признаться, не понимаю этого рвения. Глупо, нелогично, не приносит пользы, но почему-то я не хочу "стирать" сравнения различных людей из своей памяти. Вот, например, Ватсон. Доктор часто сравнивает мои глаза с небом. "Потому что такие же далёкие", - смеётся Джон. Я в ответ только пожимаю плечами. Или Ирен. Она при каждой нашей встрече томно шепчет: "Как глубины вод". Тут я даже не знаю как реагировать: это комплимент? Скрытая подначка? Что-то ещё? Зато она хохочет во весь голос. Лейстред часто упоминал, что глаза у меня холодные, но, спасибо ему, не сравнивал ни с чем. Зато характеристику давал чуть ли не от всего Скотланд-Ярда. Глаза у меня, дескать, холодные, бездушные, отстранённые, но умные. "Змеиные", - всё-таки однажды оговорился коп, с некоторым отвращением следя за тем, как я вожусь с прекрасным изуродованным трупом. Майкрофт тоже не отставал. Говорил, что у меня глаза светло-голубые, как айсберги. Но глыбой льда Мориарти назвал его, а не меня. А после того, как я ему высказал это, обиженный братец заявил, что глаза у меня под цвет моей ориентации. Решили всё же сойтись на айсбергах. Если задуматься, то можно вполне признать, что каждый из них был в чём-то прав. Джон - в моей отстранённости, Ирен - в спокойствии, Лейстред со всей своей характеристикой, и Майкрофт с намёками о моём излишнем равнодушии и возможно даже о "голубизне" души. Право, глупо как-то звучит. Все эти люди, как и всегда, выцепляют по ниточке из огромного клубка события, в нашем случае, моего характера. Они видят всё это по отдельности, но не наблюдают картины в целом. Я уже давно решил, что первый, кто соберёт это всё, будет пользоваться моим безграничным уважением. И как-то так случилось, что одновременно пазл собрали три человека: Джон, Ирен и Джим. Поэтому я уважаю доктора за его храбрость и преданность; Ирен - за её гениальность и красоту; Джима - просто так, ведь сложно выцепить что-то одно из него. Мориарти достоин уважения совершенно полностью и весь, он соткан из тех качеств, которые заслуживают подобного отношения, по крайней мере, для меня. - Ты равнодушная скотина! - Сумасшедше заливается хохотом Джим, радостно приплясывая на самом краю крыши. - Рав-но-душ-на-я! Я ничего не говорю, только слежу за его действиями. Интересный он человек, невероятно гениальный мозг. Его бы вскрыть, там наверняка есть какое-нибудь полезное для науки отклонение. В моём тоже, кстати. - Многое произошло. - Но тем не менее, ты стоишь тут, рядом со мной, стоишь и не пытаешься наложить на себя руки, не опасаясь за своих "друзишек"! - Опасаясь? - Три снайпера. Три пули. Три смерти. Мозг в слабых попытках трепыхается, силится понять ситуацию, но в голову лезут лишь сравнения чужих людей. Ну почему именно это? Всё продумано. Молли ждёт. Труп, приготовленный Молли, ждёт. Даже Ватсон, спешащий сюда, ничего не подозревающий о своей роли в игре, тоже ждёт. Человеческий фактор - самая непредсказуемая вещь. Сумасшедшие люди - тем более, они не живут по логике, плюют на планы, вообще ничего не хотят, кроме собственного веселья. - Ай, чёёёёёррррт! - Всплескивает руками Мориарти - Как же жаль, что ты Ангел! На стороне ангелов! Мы могли бы стать замечательными друзьями, рушить этот мир вместе, легко, с блеском! Человеческий фактор всё и всегда портит. Был план: инсценировать свою смерть, уничтожить угрозу для Ватсона, Миссис Хадсон и ещё нескольких людей, но блеск в глазах Мориарти заставляет мой мозг просчитывать другие варианты. Так, на всякий случай. Из-за чего-то кто-то постоянно погибает. В моих мыслях, конечно. Тогда я возвращаюсь к начальным действиям, меняю их и смотрю, что происходит дальше. Опять кто-то гибнет, опять я возвращаюсь в начало. По кругу. Пока не найдётся наилучший вариант из предложенных. - Хоть я и на стороне ангелов... - Я подхожу к Джиму совсем близко, заставляя злодея смотреть мне прямо в глаза, задрав голову, - но не тешь себя мыслью, что я сам ангел. - О нет.. - В восхищении шепчет сумасшедший. - Нет-нет, ты не он... друг... - Протягивает ладонь для рукопожатия. - Прощай, друг. Выстрел. Человеческий фактор всегда всё портит. Если я не умру, умрут остальные. Если умрут остальные - умру я. По моим подсчётам, у меня есть около пяти минут. Лучше пусть друзья скорбят у моей могильной плиты, чем обзаведутся собственными. Друзья?.. - ...Это моя записка, Джон. Люди ведь оставляют записки? - Какие, Шерлок?! - Прощай, Джон. У меня глаза голубые. Не пытайтесь даже думать, что они холодные как айсберг, что растаял, превращаясь в спокойную воду, в которой отражается небо со змеями-облаками на нём. Ха, смешно даже. У меня глаза голубые. Всё.