Белая лань

      Сhristophe Beck — Elsa and Anna       По снежному склону спускалась юная девушка, закутанная в синий плащ. Из-под капюшона проглядывали глаза цвета сапфиров на бледном лице и огненно-рыжие локоны. Красивая кукла с фарфоровой кожей. А кукла ли? Василиса Огнева — младшая дочь Нортона Огнева. Сегодня она в очередной раз тайно сбежала из замка на прогулку в лесу.       Будет тебе,— думала девушка. — Узнает отец, какая его Елена мерзкая, и перестанет идти у нее на поводу. Запирать меня в башне, словно древнюю принцессу. Все они надоели с их чрезмерной заботой!       — Снежка, — белый саван скрипнул под сапожками Огневой, когда она остановилась на небольшой поляне, — поди сюда, я принесла тебе вкусностей, — с этими словами она достала корзинку со сдобой и огляделась по сторонам. — Снежка?       Никто не отозвался. Василиса прикусила губу, вздохнула и упрятала корзинку обратно под плащ. Снежка редко показывалась на виду, лани очень пугливы. И все же, когда девушке удавалось выманить животное, лань с удовольствием уплетала мучные изделия с ее рук, касаясь кожи шершавым языком и покачивая ветвистыми рогами в такт мягкому фырканью. Но сейчас единственный друг Василисы не пришел. И это опечалило девушку.       Нортон старший постоянно говорил, что в их долине не водятся лани. Мол, их давно перебили. И Василиса никому не рассказывала о Снежке. Она боялась — вдруг животное убьют. Лань была очень красивой: стройные ножки, белоснежная шкура с черными пятнышками у спины и большие синие глаза — точь-в-точь, как у самой Огневой.       Немного постояв на месте, Василиса решила продолжить свой путь, а значит — уйти как можно дальше от поместья Огневых.       Девушка так любила этот лес. В долине почти всегда царила зима. Белые от снега изогнутые деревья, солнечные зайчики в хрустальных сосульках, темно-синие тени стволов. Все это очень нравилось Василисе.       Еловая ветка покачнулась от прилетевшего снегиря и присыпала Огневу снегом. Девушка, отряхнувшись, позволила себе шальную улыбку. Не лес, а сказка.       Здесь ей было хорошо, потому что именно здесь не было сводных сестер и братьев, вечно потешающихся и издевающихся над рассеянной и неуклюжей Василисой. Не было злой высокомерной Мортиновой, все время кривящейся при виде падчерицы. Не было ледяного и бесчувственного отца… Ведь она так устала от холода.       Вечерело. Небо было малиновым, а оранжево-красное солнце бросило на деревья желтые блики. Второй друг Василисы — крестный Миракл, приезжал издалека и очень редко. После выпитого вина с Нортоном старшим он усаживал маленькую Огневу к себе на колени и поздними вечерами рассказывал волшебные истории о дальних странах, где круглыми годами царило лето.       Василиса мечтала попасть в самое настоящее знойное лето. Она смутно и расплывчато предполагала, как оно выглядит, но безумно хотела увидеть на деревьях более густую изумрудную листву, а под ногами — яркий ковер цветов. Их долину посещала лишь кроткая весна: снег и широкое озеро таяли, а из-под белого одеяла проступали подснежники.       Но потом Миракл гостил в замке все реже и реже, и все реже у него оставалось время на сказки для крестницы. А однажды он поссорился с отцом Василисы. Прошло пять лет, ей исполнилось уже шестнадцать, а Миракл так больше и не приехал.       Весной в долину приходили люди из далеких деревень. Они весело смеялись, разжигали костры, пели песни и расстилали на земле пестрые шатры. Это называлось Ярмаркой. Тогда Василиса могла покупать у них диковинные плоды и ягоды, красивую одежду и дорогие украшения. Но последние две вещи не особенно интересовали девушку.       Ее интересовало другое. Однажды на Ярмарке среди прочих букетов она заметила белые цветы, похожие на подснежники, но с чудесным ароматом. Торговка назвала их ландышами, но продавать отказалась. Она пояснила, что цветы приготовлены в подарок для ее дочери, а в этой долине можно найти еще. С тех пор второй маленькой мечтой для Василька стало отыскать в лесу те волшебные ландыши.       Солнце потихоньку садилось. На небо опустились сумерки. Снег приобрел оттенок синевы с алым и заблестел.       Надо возвращаться, — опомнилась было девушка, с тревогой наблюдая за заходом солнца.       Огнева огляделась по сторонам. Ну и занесло же ее в самую чащу! Вокруг стремительно темнело, а у Леди не было даже огнива или лампады. С горем сориентировавшись, она стала двигаться на север. Птицы затихли. Снег по-прежнему хрустел под ногами, но в полной тишине его шепот казался и вовсе зловещим.       Где-то позади хрустнула ветка.       Василиса от неожиданности подпрыгнула и обернулась, но никого не увидела. Сердце испуганно сжалось от нехорошего предчувствия.       И вот уже совсем темно, а девушка все бродит по лесу и не может найти дорогу обратно. При малейшем шорохе Огнева замирает, а по спине пробегает колонна мурашек.       — Ау-у-у-у! — со стороны западных гор прозвучал оглушительный долгий вой.       — Ау-у-у-у-у-у! — ответили в восточной части леса.       Волки.       Василиса похолодела и ускорила шаг. Куда угодно, лишь бы скрыться от этого протяжного и тоскливого воя.       — А-у-у! — раздалось почти над ухом.       И вот тогда Огнева спустилась на бег. Сердце бешено стучало в груди, ноги глубоко проваливались в снег, в лицо лезли черные корявые ветки, лишь заступая дорогу.       Со всех сторон послышался хруст, чей-то далекий лай, и громкий вой, будто за спиной, зашевелил волосы на затылке… Нет. Она не сможет. Она не успеет!       Но Леди, сжав зубы, с трудом продолжала бежать по снегу. Сознание затопила паника, когда она споткнулась о толстую корягу и упала в белый холод, что тут же забрался за шиворот и начал больно резать кожу.       Медленно поднявшись, она увидела волка — громадного, оскалившегося и рычащего. В расширившихся зрачках зверя плескалась жажда убить и обескровить добычу, с клыков капала голодная слюна. Ноги Леди налились свинцом, а тело странно оцепенело от ужаса.       Внезапно перед волком мелькнула человеческая фигура с собаками. Послышалось тявканье, лай, рычание. Клубок из грязных шерстистых тел покатился по снегу. В темноте луна лизнула острое лезвие, и под чей-то сдавленный стон все затихло. Первое время Василиса, осев в снегу, лишь тряслась от холода. И от испытываемого ужаса, пожалуй.       — Все в порядке? — скрип снега, чиркнула спичка, и огонь осветил лицо хмурого черноволосого юноши с небесными голубыми глазами, в которых горело удивление.       Огнева, не выдержав, приглушенно всхлипнула.       — Да не реви, — парень наклонился к Василисе и потрогал ее руки. — Все позади, слышишь? Прекрати. У тебя руки ледяные. Ты вся дрожишь, — он отвернулся и накинул на девушку плащ. Свой Василиса потеряла в погоне.       — Спасибо, — пролепетала Огнева, кутаясь в теплую ткань. Юноша отошел, и она увидела несколько собак, развалившихся и тяжело дышащих у тела… волка! Ох.       — Я сейчас разожгу костер, — спокойно произнес парень. — Никуда не уходи.       Странный. Уйти в любом случае не могу…       Спустя мгновение девушка грелась у шального огня, а незнакомец кормил своих псов.       — Могу узнать ваше имя? — решилась Василиса задать мучавший ее вопрос.       — А ваше, — прищурился юноша. Казалось, внутри он смеялся.       — Я первая спросила, — девушка, еще не приученная скрывать эмоции, заметно возмутилась. Он нарочито медленно развернулся и взглянул на нее так, будто видел в первый раз.       Думает, я — крестьянка из деревни, — сообразила Василиса. — Не удивительно, сегодня надела простое и удобное платье.       — Мое имя — Фэш Драгоций, — произнес юноша и вновь отвернулся к весело скулящим собакам.       Один из псов, тот, что уже досыта наелся, подполз к девушке и ткнулся носом ей в бок. Та по-привычке почесала животное за ухом, все еще размышляя над полученной информацией. От отца и братьев Василиса знала об еще двух богатых родовых семьях, разделяющих владения долины. Клан Ляхтичей и Ринеи. Кто же этот Драгоций? Явно не крестьянин.       — А я — Василиса… Огнева.       — Что, простите? — Фэш резко развернулся. На его лице отразилось удивление и презрение. Почему-то это сильно задело девушку. — Что ты сказала?       — Повторять не намерена, — напряженно нахохлилась Леди. Пускай же так смотрит, ей безразлично. И чего он к ней прицепился? Но, хм… Если бы не Лорд…       — И чем же юная Огнева занимается в лесу? — уже с заметным равнодушием спросил он, устраивая из вещей подобие постели на снегу.       — Я сбежала, — голос предательски чуть дрогнул.       Фэш иронично выгнул бровь и насмешливо заметил:       — У волков живется лучше?       — Да… как вы смеете? — рассердилась девушка и молча отвернулась, лишь позабавив собеседника.       — Смею, Миледи, — сухо ответил Лорд, затушив костер. Лег в свое импровизированное ложе и весело усмехнулся: — Ночью будьте осторожны. Лес кишит волками, и у них, как видно, отменный аппетит. Завтра утром я отведу вас к родным.       Ох, и попадет же мне… Никаким волком не оправдаюсь.