Белая лань

      Adrian von Ziegler — Unique       Серый бархат над головой. Казалось, пепел войн и пожаров столбом кружится, вьется в небе, мешаясь с мокрым снегом. Он наблюдал за пеплом с балкона. Холодный ветер трепал светлые, потускневшие без вновь спрятанного солнца волосы. Тонкие губы сжаты. Брови нахмурены.       Отсюда видны темные горы, холмы, обсыпанные ельником, хвойные леса и озеро впереди. Огромное Саойле простиралось далеко на восток. Туда, где встает солнце… И возвышается поместье Ринеев.       Нортон смотрел, как в Бальторе все еще горят огни. Не исключено, что она там, вместе с дочерью. Сидят у камина и пьют чай… Лисса всегда любила заваривать чай с малиной. И у нее это получалось гораздо лучше, чем у слуг.       Огнев с раздражением повернул голову.       Болван. К чему эти глупые метания? Василиса, его дочь, сбежала. Люди Огневых вот уже который день пытаются получить дозволение ступить на земли Ринеев, но все тщетно. У него просто нет оснований обвинять их клан в похищении дочери!       Это приводило в ярость лорда Огнева.       Мужчина сжал кулаки, при том побелели костяшки пальцев, и отвел взгляд от маячившего за сотню миль отсюда замка. Бессмысленно смотреть в эту сторону.       Прошлое не вернуть.        — Милорд, — прозвучал за спиной бесстрастный голос. Астрагор подошел к Огневу и бросил взгляд на восток, — любуетесь видами?        — Да, — коротко ответил тот, и было видно, как по лицу заходили желваки. Справившись с необъяснимым раздражением, Нортон Огнев вернул каменное лицо и развернулся к собеседнику: — Вы просили о личной встрече. Я здесь. Что-то требуется мне сказать?        — Вашу дочь, — усмехнулся Астрагор, — похитили Ринеи.        — Она сбежала, — Огнев прищурился. — Говорил же — Ляхтичи зря затеяли свои игры в кошки-мышки. Моя дочь упряма, — он с досады побарабанил пальцами по перилам.        — Разбойники засекли лорда Драгоция и его сестру на границе владений Ринеев. С ними была некая… — пауза. — Рыжая девушка. Я приказал главарю поймать и доставить ко мне.        — Да? — напрягся Огнев. Это было подозрительно. Причины Астрагору тратить средства и опускаться до подкупа разбойничьей шайки? Какая ему выгода?        — Фэш Драгоций, — в голосе собеседника звучал едва сдерживаемый, пронзающий холод. — Отбился. Те недоумки всему виной. Чаклошу следует прежде думать, кого он берет в свою команду.        — Неужели никакого результата? — насмешливо протянул Нортон.        — Почему же! Захарра Драгоций, — Астрагор ухмыльнулся. — Теперь у меня.        — Зачем она тебе? — быстро спросил мужчина.        — Старые счеты, — жестко отрезал он.        — Отдай ее мне. Я заставлю Ринеев пойти на обмен, пускай они вернут младшую рода Огневых, — лорд требовательно прищурился в сторону собеседника. Тот лишь усмехнулся. Что можно сказать об Астрагоре? Спокойное, ничего не выражающее лицо. Черные глаза, горящие жестокой иронией. Он стар и мудр, но это заметно не по морщинам, а именно по глазам. Он опасен, и это главное.        — Предлагаете сотрудничество? — испытующе взглянул на Нортона-старшего.        — Что вам нужно.        — Чаклош требует компенсации… Его люди пострадали в бою, — намекнул Астрагор.        — И? — должно быть что-то еще. Не платить же одним глупцам, которые не смогли справиться даже с вооруженным сопляком и рыжим ребенком.        — Вы в любом случае отдадите мне младшую Драгоций, — отозвался Астрагор. — А если удастся поймать и брата, так же позволите распоряжаться их судьбами.        — Не слишком ли много? — Нортон усмехнулся. Лорд все еще не до конца понимал мотивов.        — Гоняться за вашей бестолковой дочерью не так-то легко, — парировал собеседник.        — Напротив, — Огнев оторвался от перил и начал неторопливо ходить вокруг неподвижного Астрагора, сложив руки за спиной, — если они пересекут границу клана Ринеев и окажутся на общей территории, все будет предельно просто.       Астрагор пожевал губами и скрыл самодовольную улыбку.        — В долине происходят странные вещи, возможно все.        — Найдите мне дочь. Найдите мне ее, — отрезал мужчина и добавил уже совсем тихо: — любой ценой.

***

       — Что собираешься делать дальше? — поинтересовалась Василиса. Она впервые видела Фэша… Таким. Он сидел у кострища, запустив немного одну руку в темные волосы, словно пытаясь заставить голову лучше работать, и напряженно смотрел перед собой.       А темное небо соперничало с белым снегом, и на горизонте алела заря. Словно вдали сгорают сотни лесов, и их прах под свинцовыми облаками поднимается ввысь. Девушка с тревогой отметила, как в голубых глазах промелькнула тень отчаяния. Но лишь на мгновенье. Драгоций тут же выпрямился, словно в спине появился внутренний стержень, и уверенно произнес:        — Мы едем в Хельики. Время позднее: ночью вьюга замела следы лошадей, и шансов отыскать разбойников нет. В деревне попробуем выведать о Лиссе, заодно и расспросить про разбойников. Должны же они иметь отрывочные сведения.        — Ясно, — Огнева не знала, что говорят в таких случаях. В голосе лорда звучала боль, как бы он ни пытался это скрыть. Драгоцию, должно быть, нелегко… Потерять сразу двух своих близких, и не исключено — что единственных. Ей вдруг захотелось подбодрить такого каменного на вид человека, хотя бы просто обнять. Но Василиса не решилась. Со стороны это будет выглядеть глупо. Разве так неуклюже ведут себя утонченные леди и лорды? Вместо этого она лишь спросила: — И далеко до Хельиков?        — Нет, — бросил Фэш, вдевая сапоги в стремена фыркающего Белорожка. — Где-то два дня беспрерывной езды.       Василиса ужаснулась перспективе отбить себе и без того пострадавшие «чресла», но все же ухватилась за предложенную лордом руку и поднялась в седло.

***

      Чем дольше они двигались на юг, тем больше отступал мороз и зимняя стужа. Да, вековой снег белой полосой простирался по сторонам, но руки теперь не леденели. Метель приутихла, оставляя в туманном воздухе лишь редкую мелкую морось.       Василиса никогда не находилась так далеко от дома. Казалось, куда же дальше? Но нет. Видно, эта долина безгранична… Нескончаемый снег, он и весной почти не тает. Сплошной холод. Вечная зима. Подумать только — так будет всегда? Когда начало темнеть, Драгоций приостановил коня. Слез с тяжело дышащего жеребца и потрепал того по холке, понизив голос:        — Потерпи, старина. Белорог устал, а я не рассчитал силы, — нехотя признал Драгоций и обернулся к Василисе: — Придется переночевать на месте.       Поужинав последними остатками продовольствия, Фэш признал, что неплохо было бы поймать какую-нибудь живность.        — И где вы здесь живность видите, Милорд? — Василиса обвела взглядом заснеженную равнину. Ни одного кустика. Тут и зайцу-то прятаться негде.       Пришлось ложиться с голодным привкусом чего-то гадкого во рту.       …Леди проснулась от холода. Едва приоткрыв глаза, она повернулась и в полутьме заметила рядом чью-то фигуру, замотанную в плащ, служивший девушке одеялом.       Пребывая в полусонном состоянии, когда обычно работают инстинкты, Огнева попыталась натянуть одеяло обратно на себя. Тело пошевелилось, вздохнуло. На девушку уставились два небесно-голубых и таких же сонных глаза.        — Верните плащ! — бесстрастно потребовала она. Но вконец охамевший Драгоций не выпустил ткань из сильных рук.        — Кто сказал, что это ваше? — буркнул Фэш. — Это мой плащ… твой искромсали разбойники…        — Я не виновата, вы сами мне его отдали, — возмутилась Огнева и продолжила тянуть на себя.        — Если заберешь у меня плащ, то я не засну от холода, — резонно подметил Драгоций, — а большая часть нашей жизни проходит во сне…        — Сейчас чья-то жизнь и вовсе закончится! — рассердилась девушка и рванула псевдо-одеяло из рук парня. И вот они с шумом покатились по земле. Мокрый снег тут же забрался за шиворот и окончательно взбодрил девушку с лордом.       Зарыв юношу в сугробе, Леди все-таки отвоевала свой промокший и мятый плащ.        — Все из клана Огневых такие звери? — глухо прозвучал голос Фэша в снегу.        — Лишь когда дело касается сна, — Василиса гордо вздернула нос и спустя пару мгновений начала уплывать обратно в страну Морфея.       Драгоций что-то сердито говорил, ворочался, но в конце оттянул себе маленький кусок ткани, устроившись рядом с девушкой, и заснул.

***

      Солнце выкатилось из-за горизонта, пронзая утренними лучами холодный туман. Заалев и осторожно убрав чужие руки со своей талии, Василиса зевнула… Сладко потянулась, задумалась над добычей провианта.       Была бы с нами Захарра, — тоскливо подумала Леди. Ее накрыло чувство вины. Это она, Василиса, виновата, что все так вышло. Быть может, она могла бы что-то предпринять, но не воспользовалась возможностью.       Собрав вещи и оседлав лошадей, они отправились в путь.       Горные шапки приблизились и увеличились, а Василиса все чаще стала замечать протоптанные в снегу дороги. Пару раз мимо них проезжали обозы с телегами и даже одна позолоченная карета (наверное, кто-то из аристократов в очередной раз посетил снежное царство).        — Откуда это движение?        — Мы приближаемся к краю долины, — пояснил Фэш, пришпоривая коня, и голос лорда раздался уже издали: — Дальше будут небольшие селения.       Ветер словно потеплел. Теперь он дул с востока. До Леди Огневой доносились едва уловимые ароматы жареной пищи и чего-то по-домашнему приятного. Снег будто бы стал хрупким, кое-где проступали пятна голой темной земли… Через пару часов девушка заметила вдалеке блеклые изумрудные пятна.       Первая трава.       За выступившими впереди небольшими холмами открывался великолепный вид…