Дочь Легендарного

От автора: Я обещала проду, я ее написала. Спасибо тем, кто все еще читает. - Может, все-таки ответите на вопрос? К чему все это, граф? – спросил Гробовщик, садясь в кресло напротив графа, перед этим усадив Елену в соседнее. Беззаботная улыбка исчезла с лица Сиэля, выражение лица стало серьезней, и он ответил: - Моего дворецкого заинтересовала ваша «дочь», а точнее то, что она может делать в похоронном бюро, - серьезно и невозмутимо. Гробовщик изо всех сих пытался сохранить спокойствие и каким-либо способом передать его Елене, которая, казалось, была бледнее обычного. - И... и все? – жнец и Елена с удивлением и легким раздражением смотрели на Сиэля, который, не обращая внимания на это, пил принесенный дворецким чай. Себастьян, стоящий в стороне, мрачно наблюдал за этой непривычной картиной. Демон был зол на самого себя. Настроение ухудшалось с каждой минутой, и он каждый спрашивал себя: «И почему господин такой упрямый?» Беседа Сиэля и гостей не имела никакого смысла. Пустая болтовня. Ненужные слова. Господин спокойно разговаривал с Еленой и Гробовщиком, что делало эту картину еще более непонятной и непривычной. Слуги с интересом вслушивались в их разговор, узнавая все больше и больше нового о девочке, а Себастьяну же невольно приходилось слушать это, ведь, в конце концов, из-за него они здесь. Разговаривают с графом, общаются с прислугой. - В чем дело, Себастьян? – Сиэль, улыбаясь, повернулся в сторону дворецкого. И тот, придумывая ответ, заметил, что улыбка господина отнюдь не маска, а самая что ни на есть настоящая. И демон вновь задался вопросом: «Видел ли я настоящую улыбку хоть когда-нибудь?» - Все в полном порядке, господин, - наигранно улыбаясь в ответ, произнес Михаэлис. – Еще чаю? Сиэль с едва заметным подозрением взглянул на дворецкого, но все же кивнул в знак согласия. И вроде бы все шло так, как он планировал, и поведение Михаэлиса не являлось неожиданностью, однако улыбка сползла с лица мальчика, а взгляд стал более подозрительным. - Что-то не так? – озадаченно спросил Гробовщик, ставя полупустую чашку на столик около кресел. Жнец тоже недоумевал. Граф пригласил его и Елену, сейчас они вполне мило беседовали, он улыбался, Елена смеялась над рассказами Сиэля, слуги стояли рядом, разговаривали с ней. Но улыбка Фантомхайва почему-то померкла. Почему же?

***

Наливая чай, дворецкий размышлял. Размышлял о господине. Он никогда не видел его таким... веселым? Он не понимал, почему у слуг, которые всегда старались поднять ему настроение, ничего не получалось, а маленькая девочка, судьба которой, пожалуй, более печальная, чем у него, развеселила графа. Демон, который всегда все знает наперед, сейчас попросту запутался и, фыркнув: «Странные существа, эти люди», - вновь зашел в комнату. И сейчас уже было заметно, что Сиэль улыбался через силу, стараясь не расстраивать девочку и прислугу. Но они это видели, хотя и вели себя как ни в чем не бывало. - Ваш чай, - дворецкий поставил поднос на столик, по-прежнему наблюдая за графом. А тот игнорировал его, болтая с гостями и не сводя глаз с Елены. Девочка дружелюбно улыбалась, отвечая на все вопросы Фантомхайва и, похоже, совершенно позабыв о страхе, с которым она пришла сюда. Михаэлис стоял около двери, погруженный в свои мысли. Происходящее вызывало у него недоумение и едва прикрытое раздражение. Разговоры ни о чем, непринужденный смех, радостные улыбки – все это злило и казалось скучным и неправильным. Жнец – его вечный враг – сидел напротив господина и о чем-то разговаривал с ним с улыбкой на губах. Его дочь – такой же враг – сидела рядом, и эта нелепая ситуация доставляла ей радость. Отчего она больше не боится его?

***

Позже, попрощавшись с гостями, Сиэль закрылся в своем кабинете. А Себастьян, сидевший в своей комнате, снова думал о господине. «Что такого в том, что ему понравилось общаться с... этими существами?» Но потом в голове промелькнула странная мысль, которая тут же исчезла. Она была невероятной, глупой, но в то же время имела место быть: «Господин завидует им?»