Союзники?

Я просыпаюсь от неприятной боли на руках. Засохшие сгустки крови. Они на простыне, на ладонях, на лице Пита. Мой сосед по кровати спокойно спит. Я жмурюсь от сильной боли, когда касаюсь локтями подушки. Нужно идти к маме. Не было печали… Ещё и болячками украсила тело. Точнее украсил, перевожу взгляд на Пита. Противно. Фыркают от воспоминаний вчерашнего вечера. Всего дня… Гейл. Что с ним делать? Пит. И с этим нужно что-то делать… Подхожу к шкафу с одеждой. Снимаю майку. - Ау, - боль в спине. С трудом провожу рукой по позвоночнику. На ощупь ничего. Синяки, наверное. Блин. Достаю чистую одежду. Голова начинает кружиться. Что я скажу маме? - Куда ты? – сонно спрашивает Пит. Я застёгиваю пуговицу на штанах. Устало поворачиваюсь к нему. - Ты бы умылся, - я указываю пальцем на лицо. – А то… - морщу нос. Не знаю, что сказать. Пит встаёт с кровати. У него взъерошены волосы, помята одежда. Забавный. - Куда ты? – настаивает он на ответе. - К маме, - я выставляю руки перед собой и показываю ладони. Пит виновато смотрит на мои руки. Он начинает шагать в мою сторону, но я отрицательно машу головой. - Я пойду, - быстро беру кофту и выхожу из комнаты. Хеймитча внизу нет. Либо есть, но в своём «кабинете», если ту комнату можно так назвать (смотрю на закрытую дверь рядом с кухней). Не важно. Выхожу на улицу и сразу прикрываю глаза. Мои опухшие глазки от слёз не ожидали такого яркого света. Немного шатаясь, я добираюсь до дома мамы и Прим. Как и ожидала – никого нет. Прим в школе, мама на работе. Придётся идти до больницы. Надеваю кофту (с трудом). Приглаживаю волосы. Протираю глаза. Сейчас полдень. На улице полно людей. ЧЁРТ! Но делать нечего. Я должна показаться маме. Неуверенно плетусь к больнице. Старательно прикрываю глаза. Хочу стать невидимкой. - Что случилось? – мама подскакивает с места и округляет глаза до запредельных размеров. Я натянуто улыбаюсь. Сажусь на рядом стоящий стул. - Упала с крыльца, - я заранее обдумала, что скажу именно это. Мама хочет завернуть мне рукава, но я останавливаю её и снимаю кофту. Мама чистит мои ссадины и обрабатывает раствором. После перебинтовывает ссадину на правом локте, на левом просто заклеивает. То же самое проделывает с ладонями и пальцами. Я быстро благодарю маму. Опираюсь лбом на стол и закрываю глаза. Ну и ситуация. Сдохнуть легче. Я должна выбрать между Питом и Гейлом? Нет. Это тупость. Я должна делать вид, что с Питом. Я должна делать вид, что мы друзья с Гейлом. В моей голове это не звучит так страшно. Другое дело – стараться воплотить эти два условия… - Что с тобой? – мама освобождается после очередного пациента и подходит ко мне. - Ничего, - пожимаю плечами. – Мне лучше уйти, а то я тебе мешаю. Я поджимаю губы. - Заходи сегодня к нам, - она меня обнимает. Мне не хватает её объятий. Всегда. - Конечно, - прижимаюсь крепче. – Я приду… Но мне не суждено было прийти к ним в тот вечер… *** С неохотой поднимаюсь по скрипучим ступенькам крыльца дома Хеймитча. Не хочу никого видеть! Запрусь в своей комнате и буду спать! Пусть думают, что хотят. Захожу в дом с опущенной головой и закрываю за собой дверь. - О Боже! Я пугаюсь. Я в самом страшном сне ни с чьим голосом не перепутаю голос Эффи. На лице Эффи беспокойство и отвращение. Она смотрит на мои руки. Я начинаю натягивать рукава на локти. - Что это? – Эффи подбегает своей быстрой походкой. Она начинает рассматривать мои ладони. Я вдруг замечаю за столом Хеймитча и Пита. Хеймитч умыт, побрит, причёсан. Пит тоже выглядит отлично. В его взгляде читается сожаление. - Я вчера упала с крыльца, - хриплым голосом отвечаю я. - Нет-нет! – Эффи поворачивается к Хеймитчу и Питу. – Так не пойдёт. Она подбегает к телефону и яростно набирает цифры. Я не понимаю, чего Эффи добивается. Но когда слышу её просьбу о лекарстве, всё встаёт на свои места. Ту мазь, что присылал мне Хеймитч на арену, хватило затянуть огромный ожог. Здесь всего лишь царапины. Будет ещё легче. - Сейчас привезут с поезда хорошее лекарство! – улыбается мне Эффи. – К вечеру твоих болячек уже не будет, - она корчит губы. – Ты не можешь появиться в Капитолии в таком виде, - она машет руками и грациозно садится на диван. Я опускаю руки и, смотрю на Эффи не моргая. Капитолий? Осторожно перевожу взгляд на Хеймитча. - Да, детка, - Хеймитч делает глоток из стакана с чаем. – Мы едем в Капитолий. Пит уже в курсе. Он отворачивается от меня. Я чувствую его напряжение. - Зачем? – мой тон безразличия. Мне опять всё равно. Лучше что-то делать, чем тупо сидеть и делать вид, что мне есть дело до своей жизни… На мой вопрос не отвечают. Ну и ладно. - Как мне одеться? – спрашиваю я у Эффи и прохожу вперёд к ней. - Что-нибудь женственное, - отвечает Эффи очевидным голосом. – В Капитолии нас встретят ваши стилисты и приведут вас в порядок. До этого можете выглядеть как хотите, - Эффи изображают свою усталость. - Как ты умудрилась упасть? – Хеймитч насмешливо задаёт свой вопрос. - Оступилась, - говорю себе под нос и ухожу от всех. Поднимаюсь в свою комнату. Выбираю простое платье светлого цвета. Умываюсь. Расчёсываюсь. Делаю всё по правилам. Корчусь от боли, но надеваю платье. Волосы оставляю распущенными. Я не спросила, на сколько мы едем. В принципе мне всё равно. Выхожу на балкон и опираюсь на широкие перила. Нужно предупредить маму и Прим. Наверное, и Гейлу нужно сказать… Глухой стук по стеклянной двери балкона. Я поворачиваюсь и вижу Пита. Он держит в руках маленькую баночку. - Лекарство, - показывает он мне содержимое баночки. Я утвердительно киваю. Начинаю отдирать пластырь от пальцев и ладоней. - Я помогу, - Пит подходит ближе. Он ставит баночку на перила. Продолжаю отдирать пластырь, местами вместе с кожей. Сжимаю зубы, чтобы не подавать вида. Вдруг Пит берёт меня за талию и сажает на перила рядом с баночкой. Я удивлённо смотрю на его действия, но не спрашиваю ни о чём. Пит берёт мою руку и начинает развязывать плотные бинты с локтя. Я ему не мешаю. Смотрю вниз с балкона. Как бы я выглядела, если бы спрыгнула? Наверно, жутко не красиво. Мычу от боли, когда Пит стаскивает последний бинт с ссадины. Пит сосредоточен. Он берёт баночку и размазывает содержимое по моей рваной коже. Я терплю. Пит аккуратно обрабатывает каждую царапину. Теперь он не хочет сделать мне больно. Он заканчивает обрабатывать мои руки, но пальцы не убирает. Продолжает гладить мою кожу по тем местам, где нет царапин. Он смотрит на мои руки. Я смотрю на него. Рука Пита перемещается с моей руки на мою открытую ногу. Он проводит ладонью по моему колену, выше. Я кладу свою руку поверх его. - Нет, - тихо говорю я. Не думаю, что он хотел определённого результата. Но даже этого поглаживания я не хочу от него. Точнее хочу, но не сейчас. Пит и так позволяет себе многое. - Я не хотел, чтобы всё получилось так, - Пит поднимает свой взгляд на меня. Он действительно сожалеет. - Я не хотел делать тебе больно… - А, по-моему, хотел, - перебиваю я его спокойно. Я чувствую облегчение от мази. Раны не зудят и не тянут больше. И почему в больницы дистриктов такие мази не поступают? Пит вместе с моей рукой продолжает движение своей ладони. - Не хотел, - утверждает Пит. Его рука добирается до края платья. Пит слегка улыбается. Его рука задирает высоко моё платье, оголяя одно бедро. Я должна оттолкнуть его, убрать руку, но нет. Я сижу и жду, что будет дальше. - Так будет всегда, когда ты будешь ревновать меня? – спрашиваю я не громко. Пит выпрямляется. - Я не ревную тебя, - Пит неестественно ухмыляется. На моём лице застывает улыбка. Не ревнует… Даже я лучше вру, Пит. - Отлично, тогда вопрос о моих встречах с Гейлом решён, - придвигаюсь ближе к Питу. Улыбаюсь шире. Пит крепко сжимает моё бедро. - Перестань, - просит меня он сквозь зубы. Я отвожу взгляд на солнце. Скоро оно скроется. Нужно позвонить маме. - Пусти, - обращаюсь я к Питу. – Мне нужно сказать маме и Прим. Пит несколько секунд смотрит на меня, и только потом отпускает. Я спрыгиваю с перил и прохожу мимо него. Пит закрывает баночку и идёт следом. Мы спускаемся вниз. Эффи кричит, что мы вовремя и нам пора. Машина уже подъехала к дому. Я быстро звоню маме. Сообщаю плохую новость. Успокаиваю Прим. Прошу их сказать Гейлу. - Пусть он не обижается… - говорю напоследок и кладу трубку. Эффи и Хеймитч провожают нас к машине. Нас везут к поезду. Эффи распинается. Всё говорит про Капитолий. Мы должны развлекать капитолийцев своим присутствием. Цезарь. Сноу. Банкеты в нашу честь. Притворная любовь. Это будет не сложно… Я смотрю на родной дистрикт из окна машины. Я буду скучать. Поезд как всегда идеален много роскоши, еды. - Вы заслужили побаловать себя, - разводит Эффи руки, указывая на красоту вокруг. Я не могу это слушать. Смотрю на свои руки. Лекарство помогло. Всё затягивается. Ещё немного и ничего не будет заметно. - Я могу пойти в своё купе? – спрашиваю я у присутствующих. Пит не смотрит на меня и не проявляет никакой заинтересованности. - Пожалуйста, - взволнованно произносит Эффи. Она указывает мне направление. Я встаю с кресла и иду в купе. Там я закутываюсь в ласковое одеяло и засыпаю. Два дня на отдых, а после я должна быть готова к терзаниям Капитолия. *** На следующий день я не выхожу из своего мнимого временного убежища. Эффи приносит мне еды и испуганно интересуется: - Ты не заболела? - Нет, - мямлю ей в ответ. – Хочу как следует отдохнуть… Все ссадины и порезы затянулись. Нужно сильно присмотреться, чтобы разглядеть покраснения. Капитолий умеет исцелять, с этим не поспоришь. Чувствую себя каким-то овощем. Всё меня достало и это всё же меня не волнует. Я набираю номер дома мамы. Болтаю с Прим огромную кучу времени. Точнее говорит она, а я просто слушаю. Про Гейла не упоминаю и не спрашиваю. Не хочу. Уже не важно, что он подумает. У меня странное предчувствие, что в Капитолии меня ждёт ещё много «интересных» штук, которые потребуют большего притворства. Гейлу в такой жизни не место. Он сам не захочет. Трачу время на просмотр передач и мультфильмов. Капитолий нас ждёт! О нашем приезде говорят каждые полчаса. Иногда подхожу к окну и любуюсь пролетающими местами незнакомых мест, в которых я никогда не побываю. Это печально. О Пите стараюсь не думать. Я его не простила и пока не собираюсь. А ему вроде и нет дела до этого. Ближе к вечеру я решаю всё-таки переодеться. Снимаю платье и меняю его на просторную майку. Вновь ложусь в кровать. Хотела бы я такое лекарство, которое усыпляет тебя на нужное время, а потом будит. Места не могу себе найти. И общаться ни с кем не хочу. Нужно постараться заснуть… Что и делаю. После трёх часов бесполезного отлёживания боков, я засыпаю. Мне снится дом. Я никогда не была в нём в реальной жизни. Может это мой будущий дом? Расписные ставни, тёмная крыша и цветы везде… Я уже туда хочу. Этой ночью я сплю беспокойно. Постоянно просыпаюсь от каждого скрипа, шороха, света ярких фонарей, что светит в единственное окно моего купе. Каждый раз я сонно открываю глаза и натягиваю на лицо одеяло, чтобы укрыться от всего вокруг. На мгновение – это мой домик. Я уже сбиваюсь, в который раз меня будит очередной скрип. Придвинув к себе ближе подушку, я крепче натягиваю на себя одеяло. Быстрее бы до Капитолия доехать! Но через несколько секунд я обнаруживаю странное ощущение… присутствие… дыхание. Волнение. Страх. Резко скинув с себя одеяло, я сажусь на кровать и чуть не ударяюсь своим лицом о лицо Пита. В этот миг всё моё сердце сжимается от страха. С моих губ слетает нервный визг. Вот ведь засранец! - Ты совсем одурел? – громким шепотом спрашиваю я. Начинаю учащённо дышать. Сердце начинает биться. А в руках появляется дрожь. Пит спокойно смотрит на меня. Он находится надо мной. На нём тоже свободная пижама. Я стараюсь успокоиться: отвожу взгляд и глубоко выдыхаю. Ещё выдох. - Я тебя напугал, милая? – этот тон не преступен. На лице парня появляется самодовольная улыбка. Я толкаю его кулаком в грудь, а ладонью второй руки хлопаю по его лицу. Не хотела сделать ему больно, так что пощёчина получается смазанной. Пит делает вид, что ему больно. Он морщится. А я закатываю глаза (что за позёрство?) Тогда парень запускает свою руку под мои бёдра и опускает меня ниже. Теперь мои глаза точно смотрят в его. - Не делай так больше, - прикрываю я глаза на время. - Как? – я чувствую его вопрос на своих губах. - Не пугай меня, - я выставляю руки, указывая на своё лицо. – Почти сердце выскочило, - хватаюсь руками за голову. - Извини, - Пит смотрит в мои глаза. – Не хотел… Опять он не хотел… Что-то в последнее время он стал часто это говорить. Я машу головой, давая понять, что не верю. - Зачем пришёл? – безразлично спрашиваю. Совсем недавно и он спрашивал тоже самое у меня. - Ты весь день просидела здесь, - Пит проводит рукой по моей шее, убирая несколько прядей волос. – Я волновался. Нет. Плохая идея, Пит. Я всё ещё обижена. - И поэтому решил напугать ночью? – возражаю я ему на его нежный тон. - Я не думал, что ты такая пугливая, - Пит улыбается. – Я не хотел. Честно, просто так… - Уходи, - спокойно прошу я его, не дослушав оправдание. Пит замолкает. Смотрит на меня, но не в глаза. Его взгляд сосредоточился на моих губах, шее, груди. Он вдруг отрицательно качает головой. - Нет, - протягивает он. – Я не хочу уходить. Его шепот сводит с ума. Массивная грудь парня прижимается сильнее. Меня раздражает его ответ. - Пошёл вон из моей кровати, - твёрдо говорю я. Пит плотно сжимает свои губы, а потом грубо хватает за горло. - Замолчи, - холодный тон. Это переходит уже всякие границы! Ударяю руками по груди, губам, лицу Пита. В любое место, куда могу дотянуться. Пит лишь крепче прижимает меня к себе. - Пусти, - говорю я громче. Пит разжимают мою шею, и зажимает ладонью рот. - Шшш, - произносит он тихо. – Нас могут услышать… Я толкаю его изо всех сил. Пит позволяет меня выбраться из-под него. Быстро сажусь на подушку и поджимаю к себе колени. - Уходи, - мой голос не дрожит и мне не страшно. Это просто просьба. Пит садится напротив. Он улыбается. Странно, но в этот момент я не вспоминаю, что злюсь на него. Его настойчивость привлекает меня. - Уходи, - прошу ещё раз. Только мой тон стал другим, я приглашаю Пита… Я не могу понять себя… - Только когда закончим, - тихий ответ Пита. Я чувствую сладкий трепет по всему телу. Качаю головой. Нет. Китнисс, нельзя. Сжимаю руки в кулаки, чтобы не была видна дрожь. - Иди сюда, - просит меня Пит, протягивая мне руку. - Я на тебя злюсь, - кидаю свой последний козырь. Больше я не смогу придумать оправдание. Ни для него, ни для себя. - А ты не можешь на время забыть о своей злости? – Пит придвигается ближе. Пит берёт мои запястья в свои руки и тянет меня к себе. Я не соглашаюсь. Качаю головой. Но Пит тянет меня ближе. Я ничего не могу сказать. И сознание полностью отключается, когда его горячие губы касаются моих. Руками лихорадочно проскальзываю по его груди. Пит плавно и быстро проскальзывает своими руками по моим ногам, бёдрам, животу, груди. Останавливает их у моего подбородка. Отстраняясь, замечаю капельки пота на его лице. Сощурив глаза, он улыбается, а затем опускает глаза вниз, разглядывая мои обнажённые ноги. Лёгким движением, укладывая меня на кровать, Пит задирает мою майку. Я запускаю свои пальцы в его волосы, задеваю раскрытые губы, тяну его к себе. Раздвигая руками мои ноги, Пит последовательно изучает мои бёдра. Я только прикрываю глаза и позволяю ему. Моё тело поддаётся на каждый его поцелуй. Сердце колотится. Мелкая судорога пролетает по всему телу. - Хватит, - прошу я его. Это защита. Я начинаю терять контроль. Я ведь не должна ему поддаваться. – Уходи. - Замолчи, - Пит возвращает свои губы к желанному месту. И я слушаю. Умолкаю. Позволяю ему всё. Пит больше не может сдерживаться. Одним резким движением он освобождает меня от единственной преграды, заполняя меня всю. С губ срывается нетерпимый стон. Воздух в купе наполняется знакомым, но никогда не повторяющимся аромат наших тел. Пит, чувствуя, что я закричу, зажимает мне рот. Я ускоряюсь, когда ускоряется Пит. Дыхание замирает… А картинки меняются одна за другой. Я чувствую, как он горит, готов взорваться. И я вместе с ним… … это головокружение не проходит. Оно прокручивает снова и снова всё испытанное, заставляя улыбаться. Я не отвожу своего взгляда от Пита. "Давай повторим все сначала, а то я забыла, где мы остановились", - думаю я про себя. И Пит меня слышит… Теперь я сижу на нём. Его руки ласкают меня. Я его не стесняюсь. Моя обида на него уходит не на время, я больше про неё не вспоминаю. Я продолжаю свои движения… и чувствую пульсирующие подрагивающие движения внутри себя… Мы не можем насытиться. Ко мне возвращается желание с новой силой. И даже после нашего расслабления… успокоения, я отстраняюсь от Пита, чтобы дать ему возможность ласкать мою грудь…Он целует мою шею. Я продолжаю ласкать его спину. На мгновение думаю, что должна его прогнать. Только я не могу его оттолкнуть от себя. Это слишком тяжело. Так что я озираюсь по углам своего купе, а потом прикрываю глаза. Его прерывистое дыхание успокаивает меня. Все мои тревоги. Моё тело. Моё безразличие. Мне становится страшно. Это ощущение. Оно не для меня. Не для нас с Питом. И моё тело вновь противоречит мне. Я прижимаюсь к Питу. И всё… Этой ночью я больше не просыпаюсь.