Альфа среди людей

Yamaha медленно въехала на закрытую территорию при огромном особняке. Железные ворота из толстых вьющихся прутьев закрылись, оборвав последние пути отступления для Чанёля. Мотор заглох. Лухан вытащил ключ и велел пассажиру слезть, после чего последовал за ним, ловко перекинув ногу через сиденье. Рыжий стоял как солдатик: руки по швам, уши внимали следующим приказам, только вот плечи были пугливо поджаты. - Чтобы ты знал, - вполголоса обратился байкер к нему. - Если мне прикажут размозжить твою башку или башку твоего создателя, я это не задумываясь сделаю, но испытывать удовольствия не буду. - Размозжишь башку? - переспросил Чан, не столько испугавшись, сколько удивившись - Но зачем? - Откуда мне знать? Приказы отдаёт Чондэ, а он на всю голову больной. Ему и причина порой не нужна. Лухан достал из багажника под сиденьем небольшую сумку с кучей карманов, накинул тонкий ремешок на плечо и кивком приказал «пленнику» следовать за ним. На парадном крыльце парней уже ждала группа людей: кто просто в костюме, а кто в белом халате поверх. Самый малогабаритный из них светился как лампочка — то был Ким Чондэ. - Как же долго я ждал этого момента, - восторженно протянул глава, когда альфы наконец подошли. - Ну-ка, дай тебя хорошенько рассмотреть. Ким водрузил свои руки на плечи юноше, заставив испуганно дёрнуться. - Малыш, спокойно, — слащаво процедил Чондэ и продолжил свой осмотр, щупая беднягу по рукам, ушам, нагло притягивая за шею, грубо раздвигая пальцами губы, чтобы оценить зубы. На последнем действии моложавый альфа не выдержал и вырвался, сделав шаг назад, вопреки чувству обязанности и страху, вызывая у наглеца довольную улыбку. - Хороший экземпляр, — обратился тот к подчинённым, отчего те задумчиво закивали. - Поместите его в уютную камеру и начинайте исследования. Охрана, опасаясь встретить сопротивление, взяла новичка под руки и хотела повести в здание, как главарь произнёс: - Стойте, - он расплылся в нагоняющей ужас улыбке и вплотную подошёл к Чану, после чего вполголоса спросил: - Тебе же разъяснили условия нахождения здесь? Юноша быстро закивал. - Так вот, - продолжил Чондэ. - Я внёс кое-какие коррективы. За попытку сбежать, за вспышку агрессии или за непослушание мы не просто покромсаем Бекхёна, мы сожжём тело в его собственном доме вместе с лабораторией и Ким Чонином, который за последние сутки узнал слишком много. Чанёль был настолько напуган, что у него скрутило желудок. Его просто вывернуло на отглаженный костюмчик Чондэ. Все вокруг замерли в страхе. - Дай сюда! - рявкнул на охранника испачканный мужчина, вырывая из чехла на ремне странный жезл с кнопками у рукояти. - Господин, я думаю, что не стоит... - раздался чей-то неуверенный голос из толпы. - Стоит! Этот щенок заслужил посвящение болью. Жезл затрещал голубым током. Чанёль запаниковал, вытаращив глаза. Он забрыкался в руках охранников. По команде они бросили паренька на пол, после чего в него тут же уткнулся жезл, пуская мучительно болезненные импульсы. Тело непроизвольно билось в конвульсиях ещё пару секунд, даже после того как сознание отключилось. Очнулся Чанёль в небольшой скромной комнатке на полутораспальной кровати. Он приподнялся на локтях и огляделся. Рядом с кроватью стоял стол, нагруженный книжками, за ним - мягкий крутящийся стул на колёсах, а в углу большой надувной мяч, который обычно используют для фитнеса. Одна стена оказалась полностью из толстой решётки. Нервозность немного утихла, ведь новое жильё так напоминало старое, где альфа родился и провёл часть своей недлинной жизни. На него нахлынули воспоминания: первые шаги, падения, первые слова. Самое главное, что в каждом воспоминании присутствовал Бекхён, сиявший своей квадратной улыбкой. Образ в голове прорисовывался так чётко: мягкая толстовка, из-под которой виднелся чуть перекошенный воротничок хлопковой футболки, тонкие пальцы, переворачивавшие страницы книг, и шнурок, завязанный бантиком на поясе трико. Словно наяву Чанни услышал треск ткани, который обратил настроение воспоминаний. Парень вспомнил хриплые крики, бледную шею в укусах и кровь, стекавшую по дрожавшим ногам. Химера скривился, резко сжал лицо ладонями и, гневно выкинув подушку на пол, забился в угол кровати. Тем временем высокие парадные двери особняка резко отворились от толчка запыхавшегося Минсока. Он быстро зашагал к лифту, мимоходом переодеваясь в протянутый прислугой белый халат с бэйджем. - Создатель! - окликнул учёного Лухан, вовремя вынырнув из-за угла, будто долго стоял там в ожидании. - Мне некогда, - отмахнулся Минсок. Альфа обогнул учёного, едва не преграждая путь, и завалил крайне волнующими вопросами: - Ты к Сехуну, да? Сегодня же его последний день карантина? Когда я смогу с ним увидеться? Ким несильно отпихнул живую преграду и наспех бросил: - Мне сейчас не до Сехуна. - Как? - опешил блондин на пару секунд, после чего быстро догнал мужчину и беспардонно развернул к себе. - Я знаю расписание практически всех процедур моего омеги, и сегодня ты должен его перевести! Учёный был крайне возмущён и уже хотел ругнуться, но вовремя заметил, как косился на них охранник с ближайшего пункта в ожидании команды «фас», держа ладонь на рукоятке электрического жезла, что был прикреплён к ремню. - Тише, Лу. Не давай им лишнего повода, - настоятельно прошептал Минсок. Альфа огляделся и тут же опомнился, отступив назад. Мин продолжил с толикой искреннего сожаления: - Я обязан в первую очередь заняться Чанёлем. Мы не знаем точно, в каком он состоянии. Может, он болен, и ему требуется срочное лечение, чёрт знает, как тот дилетантишка с ним обращался. К тому же, это личный приказ Чондэ, а твой омега может подождать пару часов или дней, ничего с ним уже не случится, процедуры ведь закончены. Немного попыхтев, Лухан смирился. Все местные знали, что самому главному в этой компании лучше не перечить. - Пожалуйста, сделай свои дела поскорее, — умолял альфа. - Сехуну тяжело находиться там. Он устал... - Пытаешься разжалобить? - холодно поинтересовался учёный, изменившись в лице. Выдержав паузу, он добавил: - Я знаю, что испытывает каждый пациент в этой лаборатории, ведь я руковожу всеми процедурами над ними, в том числе мерзкими и ужасными. - Руководит Чондэ, — поправил Лухан, чем вызвал ещё большее раздражение у собеседника. - Чондэ руководит компанией в целом, конкретно процедурами и опытами заниматься приходится мне. - Но ведь самое ужасное поручает Чондэ! - Не пытайся выставить меня хорошим, Лу. Если я что-то делаю, то только потому что действительно этого хочу. Байкер принял услышанное за вызов: - Значит ты действительно хотел, чтобы надо мной изощрялись всеми возможными способами тогда, пару лет назад? - Нет, не хотел и мне жаль... - глаза Минсока были полны боли. - Но больше всего я нуждался в научных результатах. Лухан иронично улыбнулся, кивнул сам себе и ушёл с пути. - Я всегда хотел услышать это лично, - бросил он напоследок и ушёл, дав создателю спокойно зайти в лифт. *** Чанёль настолько сосредоточился на своих мыслях, что неиспользуемые некоторое время сверх-чувства остро среагировали на звук отворившихся массивных дверей где-то далеко на этаже, потом ещё одних, и ещё. С каждым разом звук становился громче, ближе. Альфа убрал руки от красных глаз и завертел головой в попытке спланировать свои дальнейшие действия. Через несколько секунд он подорвался с кровати и, подобрав подушку с пола, как следует поправил всё спальное убранство. Дальше он стал сдвигать книги, нарушая ровность стопок и порядок. Достав пару книг с конца, он, сев за стол, разложил их пред собой и принялся выжидать. Вскоре в ту часть коридора, которая включала в себя камеру Чанёля и ещё несколько пустых, через запароленный вход зашли охранник и Минсок, державший в руках синюю папку. Альфа напрягся. Приближавшиеся шаги с каждой секундой все сильнее отдавались в висках, а незнакомый запах усиливался. Руки затряслись, поэтому парень сильнее вцепился в книгу. Минсок задержался у камеры на несколько секунд, любуясь на широкие острые плечи создания, длинную прямую спину, яркую медную «шёрстку» на голове, едва завивавшуюся на кончиках. Уже от такого скромного зрелища он был более чем восхищён. Улыбка откровенно засияла на его лице, а глаза заблестели от предвкушения. Наконец учёный зашёл в камеру, попросив охранника подождать снаружи. Он не спеша прошёл от порога, обогнул стол и встал практически напротив новоприбывшего представителя созданной им расы. Тот, в свою очередь, даже не шевельнулся. - Здравствуй, Чанёль, - спокойно произнёс Минсок. Альфа поднял обречённый взгляд на собеседника и спросил: - С Бекхёном всё в порядке? Над ним не будут издеваться из-за того, что меня стошнило на Чондэ? - Нет, - успокоил мужчина. - Ты ведь сделал это непреднамеренно. - А можно сделать так, - затараторил младший, - чтобы за каждую ошибку я продолжал самостоятельно расплачиваться током, а Бекхёна оставили в покое? Я сильный, я выде... - Тебя ударили током? - перебил крайне возмущённый Минсок. Рыжий пришёл в замешательство от увиденной реакции перед тем как неуверенно ответить: - Да. Учёный досадно простонал, ероша волосы. - Знаешь, Чондэ весьма вспыльчивый, — начал он сожалеющим тоном. - Обещаю, я не причиню тебе боли. Чанёль недоверчиво покосился на него. - Правда, - добавил Мин. К его удивлению, альфу действительно немного расслабило последнее слово, поэтому он смог спокойно продолжить разговор на совершенно безобидную тематику, вроде того, какой он соблюдал режим сна, питания, какие испытывал физические нагрузки, как происходило развитие, т.е. за какие сроки научился ходить, говорить, читать и тому подобное. Учёный постоянно что-то записывал в папку и временами приятно удивлялся услышанному. В целом, он был открыт, добр, аккуратен в вопросах, не давил, если оппоненту было трудно вспомнить, - это очень располагало Чанни к нему. Тем временем, с одиноким охранником, стоявшим всё это время без дела в коридоре, вышли на связь по маленькой рации в ухе, отчего он нажал на неё и, ответив «да» пару раз, обратился к Минсоку: - Господин Ким, президент просил вас к себе сразу, как закончите здесь. - А, да, я как раз закончил, - ответил учёный и закрыл папку, а после с улыбкой сказал Чанёлю: - Этой информации пока достаточно. Я пришлю людей, они отведут тебя в лабораторию и возьмут кровь, проверят зрение, сделают рентген и прочее, так что не бойся, хорошо? Ответом послужил лишь кроткий кивок. Рыжика пугали обстановка и все люди в этом здании, кроме Минсока, к которому он проникся доверием. Словно на каком-то бессознательном уровне между ними возникла невидимая связь, и это случилось вовсе не потому, что учёный вёл себя доброжелательно.