Не такая, как все

- Как дела, болящая? – знакомые руки легли на плечи, и в следующую секунду Кана уже смотрела на лицо Джастина. – Отлично выглядишь. - Фрид! – девушка улыбнулась и радостно обняла парня. Полюшка прописала ей прогулки на свежем воздухе, но идти никуда не хотелось, поэтому хитрая волшебница просто сидела, скрываясь от неё, за хижиной и читала книгу. По правде сказать, ей было ужасно скучно, так что Фрид прибыл очень вовремя. – Так вот он, один из моих спасителей? – усмехнулась девушка, растрепав зелёную макушку, за что была награждена укоряющим взглядом. - Кана! Чем тебе не угодили мои волосы? – возмутился волшебник, восстанавливая порядок на голове. Девушка расхохоталась и, обронив книгу, упала на траву. Её всегда смешила эта особенность Фрида: он старался выглядеть идеально в любой ситуации. Парень закатил глаза, наконец, завершив свои действия, и уселся рядом с пытающейся успокоиться Альбероной. – А у тебя, как я погляжу, хорошее настроение? - Даже не представляешь, насколько, - кивнула Кана. - Хм. Думаю, я знаю, из – за кого это, - усмехнулся Джастин. Шатенка прищурилась. - А разве не у тебя сейчас самый настоящий цветочно – конфетный период? - Не понимаю, о чём ты, - Да! Ей это удалось: маг покраснел, как помидор. - Не прикидывайся! – Альберона, смеясь, толкнула его локтем в бок. – Твоя мечта, наконец, сбылась, верно? – улыбаясь, спросила она. Фрид обречённо вздохнул и ответил кивком головы. - Да. Мира замечательная… - В самом деле? – послышался звонкий голос Штраус за спиной. Джастин обернулся, нервно сглотнув. Он до жути боялся встречи двух девушек, не зная, чего ожидать. - Мира, - Кана поднялась и направилась к волшебнице. Парень вскочил на ноги, и девушка удивлённо уставилась на него. – Ты чего? - Кана, я понимаю, вы плохо ладите… - Фрид! – шатенка скрестила руки на груди и вопросительно подняла бровь. – Ты действительно думаешь, что я иду её убивать? – она покачала головой и подошла к Мираджейн. – Я хотела извиниться, - тихо произнесла она, глядя прямо в бездонные глаза своей давней соперницы. Мира удивлённо посмотрела на неё. – Прости меня. Это ведь я.… Тогда в гильдии, это была я! – к абсолютному удивлению Фрида, она обняла Миру. - Знаю. Но так было нужно, верно? – Штраус улыбнулась. – К тому же, проблемы из – за этого у тебя могут быть не со мной, а с Эрзой. Она готовит наказание для тебя, - тихо пробормотала пепельноволосая на ухо нарушительнице. Кана вздрогнула. А ведь точно, наказания ей не избежать. Уж если за дело взялась Скарлетт… - Мне конец, - вздохнула шатенка, отходя от волшебницы и опуская плечи. - Эй, мы не дадим тебя в обиду, - подмигнула ей Мира. – Лаксус не позволит. Альберона нахмурилась. Глупо, но она всё ещё ревновала Дрейара к Дьяволице. Ей не нравилось, что она вот так просто произносит его имя. Так легко и привычно. - Это уж точно, - усмехнулся маг письмён, обнимая Миру за талию. Та прижалась к нему в ответ, нежно проводя рукой по его щеке. Кана почувствовала себя немного спокойнее. - Ну, если уж меня будут защищать сами Громовержцы, да ещё и два Дьявола к тому же, то я, пожалуй, спокойна, - шатенка подняла с земли книгу и повернулась в сторону хижины. – Мне уже пора, - вздохнула она, потянувшись. - Ещё увидимся, - дружелюбно помахала ей Штраус. - Конечно, - заверила её Кана и направилась в свою «палату». Её восстановление почти завершилось, хотя прошло меньше недели. Полюшка изучала волшебницу со всех сторон, впервые увидев такой феномен: раны были нешуточными, но затянулись с невероятной скоростью, не оставив даже шрамов. Это казалось невозможным, но всё было именно так. Целительница могла лишь догадываться, что за чудеса происходили с телом Альбероны. Она и не подозревала, что магия драгонслеера может так сильно повлиять на лечение. - Какая жалость, что лишь немногие могут принять силу Убийц Драконов. Она приживается только по желанию самого драгонслеера, если он действительно хочет этого. К тому же, лишь в критических ситуациях, - причитала Полюшка. – Ты стала одним из тех единичных случаев, когда эта сила усвоилась. Просто невероятно, насколько проще стало бы лечить раненых, если бы она была более управляемой... Эй, слышишь меня? Тебе никогда в жизни по - настоящему не отблагодарить парня за его героический поступок! Подумать только... Драгонслеер, а с таким добрым сердцем... Кане оставалось лишь закатить глаза и в очередной раз выслушивать всё это от целительницы, ведь другого выбора попросту не было. Каждый день она говорила одно и то же, а затем хмурилась и, так ничего нового и не изучив, исчезала куда – нибудь, чтобы сварить очередное зелье или набрать целебных трав. По правде сказать, Альберона не понимала, зачем глотает все эти зелья и настои. Раз её тело так замечательно восстановилось, зачем всё это? Ответом, как всегда, была стандартная фраза. - Думаешь, это шутки? Такое впервые в моей практике, и я не собираюсь допускать никаких осложнений! Поэтому пей и не задавай глупых вопросов! Девушка вздохнула. Прошло три дня с тех пор, как она обнаружила на своей кровати белую лилию. С тех пор Лаксус здесь больше не появлялся. Это казалось очень странным, и Альберону не покидало тревожное чувство. Нет, с ним ничего не могло случиться, но… Что, если он передумал? Что, если он ошибся, слишком сильно разволновавшись за неё, и спутал обычный страх за жизнь родного человека с таким чувством, как любовь? Ведь такое вполне возможно, разве нет? Да, она слышала, что Убийцы Драконов - однолюбы, но… Что, если настоящей любви и не было? Кана не знала, куда деваться от собственных мыслей. Неизвестность медленно сводила её с ума. - Ей, чего задумалась? – шатенка вздрогнула, когда голос Полюшки вырвал её из размышлений. – Может, совет нужен? - Спасибо, обойдусь, - покачала головой волшебница. Уж с этой женщиной она точно не собиралась делиться своими мыслями. - Как знаешь, - обиженно фыркнула целительница. – Кстати, поздравляю. Ты вполне здорова, так что завтра можешь отправляться домой. - Уже завтра? Так быстро? – удивлённо уставилась на неё Кана. - Ты не рада? - Нет, я счастлива, - улыбнулась девушка. – Я соскучилась по дому, - она прикрыла глаза, вспоминая свою кровать, гораздо более мягкую, чем эта кушетка. Но почему – то воспоминания нагоняли тоску. Тоску одиночества. Она ведь снова останется одна… - Вот и отлично. Завтра вечером чтобы тебя тут не было. - Не беспокойтесь, меня не будет здесь уже к полудню. - А вот тут ты ошибаешься, - хмыкнула Полюшка, доставая графин с тёмно – зелёной жидкостью. – В полдень ты будешь сидеть здесь и пить это. Двойная порция зелья окончательно поставит тебя на ноги. Улыбка немедленно исчезла с лица волшебницы, оставляя после себя гримасу разочарования и досады. Кана мысленно помолилась о том, чтобы эта жутковатого вида смесь не была такой же отвратительной на вкус, как и две предыдущие. Раздался стук в дверь, и она поплелась к выходу. - Что за… На пороге никого не было. Альберона огляделась и опустила глаза вниз. Из груди вырвался облегчённый вздох: на земле лежал, поблёскивая на солнце, её медальон. Кана схватила его и прижала к сердцу. Последнее упоминание о маме. Она открыла крышку, с нежностью глядя на лицо женщины, так похожей на неё, и провела пальцем по металлическим завиткам на краях. - Я так боялась, что потеряла тебя, - прошептала волшебница и, осторожно закрыв крышку, спрятала вещицу в карман. Девушка подняла глаза, надеясь увидеть того, кто вернул ей эту потерю. Конечно, насколько хватало глаз, никого видно не было. Кана опустилась на ступеньки и благодарно подняла глаза к небу. Где – то глубоко внутри разливалась теплота, согревающая и заполняющая пустоту неопределённости. – Спасибо, - прошептала Альберона. Лицо её освещала улыбка. – Спасибо тебе, кто бы ты ни был. Парень улыбался, наблюдая за этим темноволосым ангелом. Даже не верилось, что Кана на самом деле может быть такой – мягкой, доброй, нежной. Он мог поклясться, что половина гильдии считает её именно такой, какой она предстаёт перед ними каждый день. С этой маской напускного веселья, безразличия и даже нахальства. Внутри развесёлой пьянчуги, живущей только сегодняшним днём и ни о чём не заботившейся, жила обычная девушка. Милая, ранимая и несчастная, так страстно желающая стать сильнее, смелее и обрести, наконец, своё заслуженное счастье. Как только девушка снова скрылась в хижине, Лаксус спрыгнул с крыши. Заложив руки за голову, он, улыбаясь, направился домой. Его чуткий слух принёс хорошие вести: Кана возвращается домой завтра. - Готовься, - ухмыльнулся блондин. – Тебя ждёт сюрприз, Альберона. - Что это ты удумал? - прозвучал где – то слева голос. Парень оглянулся. В метре от него, опёршись спиной о дерево, стоял Фрид. - А ты что здесь забыл? – скрестил руки на груди Дрейар, проигнорировав вопрос. - У нас намечена прогулка по лесу, - пробормотал Джастин, кивком головы указывая на спешащую к ним Миру. Лаксус похлопал его по плечу, понимающе кивая. Уж он – то точно знал, как долго собирается Штраус. - Тогда удачи, - махнул рукой драгонслеер, продолжая свой путь. Он не собирался рассказывать о своих планах Фриду. Никому не собирался рассказывать. Это только их с Каной дело, и никто не имеет права вмешиваться. Тем более Фрид. В душе Лаксуса пробудился самый настоящий дракон. Существо, до конца сражающееся за то, что принадлежит ему. Ревнивое и беспощадное. - Моя, - неожиданно для самого себя прорычал парень, сжав кулаки. – Только моя. Альберона. Никто не посмеет больше прикоснуться к ней. Никто, кроме него. Лаксус резко поменял направление. Нет, сейчас нет времени отдыхать, отсиживаясь дома. Он встретит её. Встретит так, что не останется никаких сомнений, не будет даже шанса на раздумья. Да, так он и поступит. Дрейар ускорил шаг, надеясь на то, что рынок сегодня не закроется раньше положенного времени. Нужно успеть совершить несколько важных покупок. Найти вещи, которые помогут изменить его жизнь…