Сгорая в синем пламени любви, я прошу тебя стать моим на веки.

Рин проснулся в холодном поту посреди ночи. Глаза его были расширены, а зрачок уменьшился почти до точки. Сердце юного экзорциста с силой ударялось о клетку из собственных костей, а в голове все еще стоял шум от кошмара, что никак не вспоминался. В комноте было душно, но для юноши было очень холодно, пожилой мужчина, что лежал рядом приподнялся и обняв Рина за плечи, что-то ему стал шептать и вскоре они оба заснули беспокойным сном. (POV Рина) Я не помню тот кошмар, что мне снился, лишь мелкие и незначительные детали. Вроде бы там был лес и черная река, а еще там были голоса. И голоса эти были не живых людей, а мертвых и они меня о чем-то просили. И лес тот был не простым, все ветви в нем были из плоти, что полыхала черным огнем. Деревья тоже были странными, но мне не вспомнить. Вода же соприкасалась с берегами словно нефть, медленно убивала зеленую траву. Земля была ужасна, но я не знаю почему, слишком мутно все перед глазами. А еще я видел, что кто-то тонул в той воде и я отчаянно пытался его спасти и человек тот не был моим отцом, но все равно кто-то очень важный для меня. А затем, что-то там случилось и рука за которую я держал того человека пропала, и я сам словно на миг перестал существовать. И я проснулся. Мне было очень больно дышать и слезы вырвались из глаз, я так одиноко себя еще не чуствавал. Мне было страшно и до скрежета в зубах хотелась почуствовать тепло живого человека. Тут меня обняли, так ласково. Мелодичный и слегка басистый голос шептал слова успокоения, но я не понимал их значения, я просто оживал, словно в том ужасном сне меня кто-то убивал. (Конец POV Рина) Утро было на удивление солнечным, хотя на дворе стояла поздняя весна, и почти каждый день был пасмурным. Лучи солнца без препятствия проникли в комнату Рина и стали светить ему прямо в глаза. После ночного кошмара, хотелась спать так, словно ты бегал вокруг Академии трех часовой марш бросок. Усталость брала свое. Широ же смотря на то как его сын кутается посильнее в тоненькое одеяло, хотел бы его оставить дома, да только у него была контрольная по Юкиному предмету. Но сердце паладина упорно доказывало разуму, что отправлять это чудо в Академию категорически нельзя. Смутные подозрения закрались в пепельноволосую голову, так как Сатану сегодня не видели. Обычно этот демон раньше всех приходил на занятия и перебирал какие-то бумаги, но как Фудзимото не пытался выбить и Феля информацию, так у него и не получилось. Тот упорно играл в молчанку. Чувство опасности так и витало в воздухе. Надавив совести преподавателя на горло, Широ встал и, начиркав несколько строк на листке бумаги, пошел в Академию, оставив Рина спать дома. (POV Широ) Ночью Рин проснулся с самым загнанным выражением лица и ужасом в глазах. Я сразу понял, что тому приснился воистину страшный кошмар и поэтому крепко обнял его за плечи. Через некоторое время он успокоился и устроившись поудобней в моих объятьях заснул. Я же пролежал без сна еще где-то час, но и я не спал крепко. Уром зазвенел будильник, и черныш снова принес мне его в зубах. Я отключил механические часы и слегка усталым взглядом посмотрел на моего бывшего фрасьена. Тот недовольно и как-то загнано махал своими хвостами. Большие золотые глаза смотрели на меня с затаенной надеждой. Видимо не я один чувствовал опасность. Вскоре мне позвонил Мефисто и сказал, что его папочки в школе нет, а это не к добру. Я спросил, есть ли Юкио в Академии и Фель ответил положительно, однако чувство облегчения не наступило, а наоборот еще дальше забилось в глубину моей души. Чувство чего-то очень злого в стократ превысилось. Я пошел на кухню и выходя из спальни застыл в дверном проеме, я не хотел покидать Рина ни на секунду, но пересилив себя все же вышел, даже не повернувшись. Куро засеменил за мной. Завтрак я сделал чисто на рефлексах, та как моя голова была занята логическим мышлением. Ведь не мог Сатана не прийти в Академию, это не в его стиле, тем более Юкио пришел туда же гораздо раньше, а это не в его привычках. Невольно мне припомнились слова Мефисто об искусственных полукровках. Я полностью приготовив завтрак пошел в комнату и увидев, что Рин все еще спит не стал его будить, прекрасно чувствуя его усталость. Взяв со стала у окна мобильный телефон, я тихо пошел снова на кухню. Черныш же увидев меня прыгнул мне на плечо даже не притронувшись к своему завтраку. Набирать номер Мефисто было сложновато из-за того, что у меня тряслись руки, вскоре в телефоне послышались гудки. - Ало. Фель на проводе. - Мефисто помнишь ты упоминал об искусственных полукровках? - Это ты Широ? Чего по телефону Рина звонишь? Впрочем, не важно. Да я помню и что? - Я так полагаю, что Мононоке один из них. - Правильно. И что же ты теперь хочешь у меня узнать? - Сколько его тело может выдержать в себе силу Сатаны? - Это довольно трудный вопрос даже для меня. Но если посудить логически, то где-то два года, но и тут есть свои заковырки. Видишь ли… Мононоке уже не раз был сосудом Сатаны, ведь ему уже где-то триста лет и его выносливость к этому времени довольно сильно истощилась. Сатана знает об этом и не исключено, что он уже ищет себе замену, а может и вовсе ее нашел. Тело Агисавы не предназначено для его вспышек гнева, а вы двое то и делали, что его выводили из себя, вот теперь и пожимайте свои плоды. - Сколько у него еще есть сил для содержания в себе Сатаны? - Примерно месяц, не больше, если даже не меньше. - Спасибо за информацию Фель. - Я это делаю только ради спектакля! А вообще не звони мне больше, когда я занят отчетами, я так весь рабочий дух теряю! Все бай-бай! И в телефоне послышались гудки. Настроения совсем не было, а мне еще на лекции нужно было идти и Рина разбудить. Вскоре, я еще раз все обдумав, решил оставить сына дома, а сам придумал ему отмазку, мол, плохо себя чувствует, хотя это скорее была недосказанная правда. С Юкио я встретился в коридоре и все в нем мне показалась обычным, он как всегда скупо поприветствовал меня, а когда я ему сказал, что Рина сегодня не будет, он проворчал что-то про лентяев и оболтусов. Уже уходя, я еще немного посмотрел в спину удаляющегося Юкио и понял, что это был не он. Сатана умело играет его роль, но моя интуиция как родителя и паладина вместе выли о том, что передо мной Сатана в теле моего сына. Я не стал предпринимать попытки по изгнанию, но вот, то, что меня раскрыли, было понятно без всех слов. Сатана был умен и по любому он понял, что я его раскрыл. Жизнь Рина и Юкио были в огромной опасности. Я с трудом заставил себя провести уроки и не выдать себя перед учителями и учениками. Все время на моем лице сияла добрая улыбка и полная беззаботность, но на деле все было с точностью, да наоборот. Затем ко мне подошел учитель физкультуры и сказал, что Рин сегодня мало того, что опоздал, так еще и занимался плохо. По моему телу прошелся табун мурашек и холодный пот. Сердце пропустило удар от осознания того, что Рин может пострадать от рук Юкио, которым управляет Сатана. Я мигом вылетел из класса и по пути чуть не сбил Мефисто тот увидев в каком я состоянии понял, что случилось что-то нехорошее. Я в трех словах объяснил ситуацию - Юкио. Сатана. Рин. Мефисто быстро сообразил, что к чему и мы пулей полетели в кабинет Юкио и тут послышался звук выстрела и громкий крик Рина, дальше все было как в тумане. (Конец POV Широ) Двое экзорцистов выскочили из поворота и увидели раненого Рина и полыхающего огнем Юкио, чей разум поглотил Сатана. Одна рука держала острие меча, а другая нацелилась в сердце полукровки, и вот палец нажал на курок и раздался еще один звук выстрела. Все экзорцисты тот момент ни о чем не беспокоились, и тишина пустых коридоров поглотила отчаянный крик двух экзорцистов. Видимо Сатане надоела эта игра и больше ему не нужен Окумура Рин. Это был самый страшный день в моей жизни, день когда звук выстрела заглушил звук моего сердца.