Наследник Блэков

Но я не плакала, я с ужасом думала о том, что вот теперь я осталась одна, и значит я — взрослая, потому что у детей всегда кто-нибудь есть, только взрослые бывают одинокими, а у меня нет никого... Глория Му. Вернуться по следам После обеда, прошедшего почти в полном молчании, Гарри и Сириус снова устроились в гостиной. Северус, Люциус и Регулус расположились в лаборатории, обсуждая подробности плана. Нарцисса все еще не могла отпустить от себя Драко, и сейчас они отправились к Андромеде и Тонкс, чтобы отнести им еды. А Гермиона и Рон остались на кухне убирать беспорядок. И хотя Регулус прямо заявил, что этим должны заниматься домовые эльфы, разумеется, Гермиона не послушала его. — Когда обещал прийти Ремус? — прервав затянувшееся молчание, спросил Гарри. — Эм… На самом деле, я думаю, мы можем позвать его прямо сейчас, — сказал Сириус. — Но я хотел поговорить с тобой. Гарри опустил глаза, подозревая, о чем пойдет этот разговор. — Мне действительно все равно, кто твой отец, — Сириус покраснел. — Я помню тебя совсем маленьким. Когда… твои родители были живы, я приходил к вам каждый день. И я запомнил тебя таким, каким ты был, — веселым несмышленым мальчишкой. А потом я встретил тебя уже спустя двенадцать лет. Ты изменился. И я думал, что ты очень похож на Джеймса… — Я заметил, — сухо сказал Гарри. — Вообще-то было трудно не заметить. Особенно когда ты постоянно называл меня его именем! — Да, — смущенно продолжил Сириус. — Я ведь на самом деле и не знал о тебе ничего. То есть, конечно, мы провели с тобой немного времени вместе, но… Я так до конца и не верил, что ты не похож на Джеймса. — Он слишком много значил для тебя… — тихо заметил юноша. — И ты боялся его потерять… — Да, — Сириус отвел глаза. — Джеймс всегда был для меня… Примером, идеалом, к которому я стремился. А потом он погиб, и я подумал, что ты единственное, что от него осталось. Мне хотелось, чтобы ты был им… — Но я не был, — возмущенно сказал Гарри. — Дело не в этом, — мужчина посмотрел на Гарри. — За последний год я понял, что был не очень-то хорошим крестным. Когда Регулус спас меня… Честно говоря, мне не хотелось возвращаться. Потому что там я был свободным, я мог делать все, что захочу. Не бояться, что меня найдут. Не выполнять ничьих заданий. Гарри прикрыл глаза. Ему показалось, что голова расколется на две части от гнева, неожиданно появившегося от слов крестного. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. А потом позволил гневу заполнить все его мысли. — А ты никогда не думал, — медленно начал он, — что мне приходилось выполнять эти задания всю свою жизнь? Я никогда не был свободным. И никогда не чувствовал себя нужным. — О чем ты говоришь? — спросил Сириус, в его глазах застыл ужас. — Ты нужен своим родителям, мне, Ремусу, твоим друзьям. — Помнишь, ты говорил, что считаешь себя предателем? — Гарри усмехнулся. — Так вот. Ты никогда не предавал Джеймса. Ты предал меня. Ты ни разу не подумал о том, каково живется ребенку. Ни в тот момент, когда погибли мои родители, ни тогда, когда ты сбежал из Азкабана. Твоей целью всегда была месть, а на меня тебе было плевать. — Но ты ведь... — дыхание Сириуса сбилось, и он еле слышно закончил: — Ты был рад меня видеть… Ты обнял меня… — Когда ты вернулся, — Гарри сжал руки в кулаки, — я подумал, что тебе не плевать. Что я важен для тебя. А потом оказалось, что то, что я чей-то сын, для тебя важнее того, кем я являюсь на самом деле. — Но ведь я извинился! Я сказал, что мне все равно, кто твой отец! — Ты извинился. О да! — саркастически воскликнул Гарри. — Извинился только потому, что хотел найти себе оправдание. Тебе нужно прощение для себя. — Но… Что я мог еще сделать? — тихо спросил мужчина. — Ничего, — твердо сказал Гарри. — Я не знаю. Сейчас я просто хочу, чтобы это поскорее закончилось. Война, тайны, неожиданности, — юноша прикрыл глаза и, помолчав, сказал: — Давай просто поговорим с Ремусом? Сириус с болью посмотрел на юношу. Гарри, все еще не открывая глаз, почувствовал этот взгляд, но даже не думал пошевелиться. Он сказал правду. И Сириус должен был понять и изменить свое отношение. Возможно, не с ним... Но, с другой стороны, Гарри понимал, что интонации, слова, фразы на самом деле не принадлежали ему. Он мысленно усмехнулся. К Мерлину школу, если единственное, чему он там научился, так это подражать Северусу Снейпу. Сириус встал и подошел к камину, и Гарри смог немного расслабиться и выдохнуть. Крестный был только первым шагом. Когда спустя несколько минут к ним присоединился Ремус, они по-прежнему молчали, сидя по разные стороны комнаты. — Гарри! — воскликнул Люпин, выходя из камина. — С тобой все в порядке? Сириус рассказал мне… Поднимаясь с кресла, чтобы обнять своего бывшего учителя, юноша постарался сделать более приветливое выражение лица. — Здравствуйте… Гм… Ремус. — Все еще никак не можешь привыкнуть? — засмеялся оборотень, обнимая юношу в ответ. Затем Ремус кивнул Сириусу в знак приветствия и устроился на диване вместе с Гарри. — Сказать по правде, — улыбаясь, начал Люпин, — мне до сих пор не верится, что Сириус жив. И вся эта история, которую он рассказал… — Добавь плюсом к истории то, что Гарри — сын Снейпа, — мрачно сказал Сириус. Гарри нахмурился. Можно сколько угодно распространяться на тему того, что это не важно, но для его крестного, видимо, это самое главное! — Кх… — кашлянул Люпин. — Ведь это ничего не меняет… Гарри по-прежнему наш Гарри. Сириус с опешившим видом посмотрел на него в ответ. — Ты знал, да? — вскрикнул он, вскакивая на ноги. — Ну да… — смущенно ответил Ремус. — Знал и ничего не сказал мне?! — зло воскликнул Блэк. — А надо было? — скептически ответил Ремус. — Ты бы убил Северуса! Ты всегда переставал думать, едва он оказывался с тобой в одной комнате! — Но как вы узнали? — смущенно перебил его Гарри. Люпин повернулся к нему и ободряюще погладил Гарри по голове. — Твои родители сказали мне. Когда стало известно о пророчестве, они решили, что я не могу быть хорошим защитником для дома. Потому что меня мог призвать Волдеморт. Но я мог стать вторым шансом для тебя. В случае опасности я мог заявить, что ты сын Северуса, и это бы спасло тебе жизнь. Северус был готов на все ради ребенка Лили. Представь, что он бы сделал для своего ребенка! — Значит, мой отец знал об этом? — нахмурившись, спросил Гарри. — В смысле Джеймс Поттер? — Джейми… — полузадушено пробормотал Сириус. — Да, разумеется, знал, — спокойно ответил Ремус. — Ему пришлось сначала магически усыновить тебя, а затем уже принять в род. — Но разве это возможно сделать без влияния министерства? — неожиданно спросил Блэк. — Возможно, если дело решает верховный чародей Визенгамота, — сказал Ремус. — Дамблдор знал?! — воскликнул Гарри, сжимая кулаки. — Да. Но он считал, что тебе не нужно это знать. Он всегда поступал по-своему. И в этот раз тоже. — А мой отец? Почему он согласился? — Северус? Ему не сказали об этом, — увидев отрицательный жест Гарри, Ремус продолжил: — А! Ты имеешь в виду Джеймса? Он слишком любил Лили, я думаю. На самом деле они никогда не объясняли мне причину. Да и вообще мы говорили об этом только один раз. И они взяли с меня клятву, что я не расскажу правду о тебе никому. Кроме случая смертельной опасности. — Но вы рассказали. Сейчас. — Только потому, что ты уже знаешь об этом. Северус тоже в курсе? Он сильно злится? — Э… — Гарри смущенно вспомнил улыбающегося профессора. — Он знает, но, кажется, даже немного рад… — Уверен, что он лопается от счастья, что смог обойти Джеймса, — зло пробормотал Сириус. — Не сомневайся в этом! — воскликнул Северус, внезапно входя в гостиную. — Здравствуй, Люпин. — Добрый вечер, Северус. Не думал, что тебе захочется меня видеть. — Да, — профессор поморщился. — Не хотелось прерывать ваш милый разговор, но у нас проблемы. — Волдеморт? — испуганно вскинулся Гарри. — Именно, — кивнул Северус. — Я только что от него. Люциусу пришлось остаться. И если мы все еще хотим увидеть его живым, то действовать надо немедленно! — О чем ты, Сопливус? — спросил Сириус. — Блэк, оставь оскорбления для более удачного времени. Темный лорд заподозрил неладное, когда исчезла Беллатрикс. Сегодня он пытался связаться с Нарциссой, а затем и с Андромедой. Я думаю, что он пока не знает, что мы можем снять метку. А значит, верит в то, что его триада полностью уничтожена. Отвечать за это, конечно, пришлось Люциусу. Я не знаю, как долго он продержится под пытками… — Он может выдать нас? — тихо спросил Люпин. — Он может умереть! — резко заявил Снейп. — И тогда наши грандиозные планы покатятся к чертям, потому что никто не останется в поместье, хозяева которого мертвы. — Но ведь Нарцисса… — Поттер, вы слушаете или нет? Все считают, что она мертва! А после смерти Люциуса Малфой-менор останется без защиты! — едко ответил Северус. — Люпин, этот бродячий пес посвятил тебя в подробности нашего плана? — Примерно да. Но будет неплохо, если ты повторишь, — спокойно ответил Ремус. — Отлично, — выдохнул профессор. — Забирай свою полоумную метоморфиню и отправляйся с докладом в Орден. Скажи, что Малфой согласился сотрудничать. Что он открыл поместье, чтобы вы проникли туда и схватили всех пожирателей. -Они подумают, что это ловушка, — покачал головой Ремус. — Ловушка — не ловушка, вас там будут ждать пожиратели, — устало сказал Северус. — Соберите как можно больше человек. Будьте готовы к полуночи. Чуть позже я пришлю сову с точным временем. — Нет, сова летит слишком долго, — неожиданно сказал Сириус. — Мы отправим Кричера. — Еще лучше… Люпин, послушай меня, — Северус внимательно посмотрел на оборотня. — Даже если тебе не удастся собрать всех… После его смерти они будут находиться на грани боли и сумасшествия. Если ты сможешь поймать хотя бы самых ярых его сторонников — это уже помощь, — с этими словами мужчина взмахнул палочкой, и на коленях у Люпина появился лист пергамента. — Что это? — озадаченно спросил Люпин. — Список первого круга. Ближайшие приспешники Темного лорда. Схватите как можно больше. А еще лучше — убейте. Тонкс наверху. Отправляйтесь. Сейчас же! — сорвался на крик Северус. Едва Люпин исчез из комнаты, Гарри вскочил. — А чем займемся мы? — быстро проговорил он. — Займемся выполнением вашего плана. Начнем с самого главного, — Северус кивнул на позабытую всеми клетку. — Петигрю все еще ждет своего звездного часа.