We're In The Media's Touch

- Они, конечно, посетят нашу студию в следующую субботу, - радостно вещал молодой мужской голос. - И на этом я прощаюсь, мои дорогие радиослушатели. С вами был Гарри Стайлз и моя передача «Кудрявый слух» на первом радио BBC*. До встречи во вторник! Парень нажал на кнопку, и вещание прекратилось. Сняв наушники, он услышал, как из соседней комнаты его поздравляют с удачным эфиром. Юноша смеётся и поправляет свалившуюся на лицо прядь. Поблагодарив людей, он берёт свою сумку, запихивает туда нужные бумаги и покидает студию, мысленно желая удачи следующему радиоведущему. Он устал говорить, поэтому спешил попить свой любимый пряный латте из уютного кафе напротив. Гарри Стайлз закончил с работой на сегодня, и ему нужен был отдых. Гарри Стайлзом был никто иной, как худой высокий двадцатитрёхлетний кудрявый брюнет с зелёными глазами. Он закончил Оксфорд, изучая там языки и делая особенный акцент на санскрите. Никто из его окружения не понимал, зачем этот язык вообще молодому студенту, и что он будет с ним делать, однако все были ошеломлены тем, какой университет он окончил. Особенно, учитывая, что весь его класс разошёлся по обычным, простым для поступления, университетам. Однако ничего необычного в его поступлении в Оксфорд не было, ведь он поставил эту планку ещё в начале старшей школы, и добивался желаемого, как мог. Он не был особенно умным, но зато учителя о нём говорили, как о чрезвычайно упрямом ученике. Он мог не сдать зачёт с первого раза, но приходил раз за разом, чтобы добить несчастных учителей правильными ответами, которые рано или поздно появлялись на бумаге. Гарри был довольно ленивым, но университет выбил это из него, как и из остальных студентов. Но упрямство никуда не делось. Стайлз уже собрался, как и планировать подать заявку на магистратуру в несколько университетов, чтобы добиться больших успехов в изучении санскрита, и, возможно, с помощью их связей получить работу, как родители устроили ему серьёзный разговор, уговаривая сына взять себе год на размышления. Старшие Стайлзы совершенно не хотели, чтобы их чадо потратило свою жизнь на язык, который, по их мнению, не будет востребован. Кудрявый сначала отпирался, но затем решил послушаться их. Последний год был для него очень сложным и вымотал до изнеможения, поэтому брюнет решил отдохнуть немного, возможно, даже попутешествовать. Так и сделал. Девять месяцев Гарри провёл, путешествуя по Европе: он побывал в Германии, Голландии, Франции, Дании, Польше, Бельгии и Швейцарии, работая в каждой из стран по чуть-чуть. В основном он тратил только свои деньги, беспокоя родителей положением своего материального благополучия лишь изредка, в экстренных случаях. Затем Стайлз вернулся домой, на летние каникулы, так сказать. Именно тем летом его жизнь и повернулась совсем в другую сторону. Проводя время со своими друзьями, парень давно зарекомендовал себя, как весёлого и приятного в беседе человека. Он умел рассказывать, и поэтому, если в компании что-то произошло, а кто-то не присутствовал при этом, повествовал о произошедшем именно кудрявый. И в эти моменты его с интересом слушали те, кто имел к историям непосредственное отношение — он просто очень удачно подбирал слова. В один из вечеров, которые он с друзьями проводил в пабе, парень из его компании, Фред, сообщил ему, что у него могла бы быть неплохая карьера на радио. Брюнет отшутился и собирался было перевести разговор на другую тему, к примеру, вчерашний матч, но его друг продолжил убеждать его в разумности своих слов. Он также сказал, что на одном из мало-мальски популярных радио ведётся набор в радиоведущие. Гарри немного растерялся — он не знал, как объяснить Фреду то, что он никогда не задумывался о таком деле, ну, и то, что это выглядит довольно бредово для него. Видя, что Стайлзу пока нечего сказать, его друг взял с него обещание сходить и попробовать себя на радио. Кудрявому ничего не оставалось, как согласиться. На следующий день он пошёл в студию, где и вёлся набор. Пройдя так называемое «прослушивание», он был изумлён тем, что ему сообщили. Девушка, которая набирала людей в нужную ей рубрику, сказала, что он им очень подходит. Далее ему сообщили, что следует прийти сразу же через день, чтобы приступать к работе. Брюнет был так потрясён своей неожиданной востребованностью, что, сам того не понимая, согласился. Осознал он это только тогда, когда рассказывал о случившемся своим друзьям. Они были рады за него, потому что, как и его родители, они не считали, что с санскритом можно найти нормальную работу. Мама и папа же были удивлены не меньше сына: они, конечно, хотели, чтобы их чадо передумало по поводу своего необычного языка, но и медиа было для них не особо стабильной отраслью для работы. Однако, обсудив это вдвоём, они пришли к выводу, что всё же сложившая ситуация не так плоха, что их сыну стоит попробовать себя на радио, раз уж он оказался годен. С этого началась его карьера. Его маленькая на тот момент рубрика неплохо раскрутилась, и через полгода он стал более востребованным — его приглашали несколько других радио для работы. Он соглашался, меняя работу, как перчатки. В конце концов он стал довольно популярным радиоведущим. Именно тогда им заинтересовались и на BBC Radio 1. Разумеется, Гарри согласился на их предложение сразу же, как услышал. Это было лучшее, чего можно было добиться на радио — получить собственное время на одной из самых популярных британских радиостанций. Так он и получил «Кудрявый слух». Популярность BBC Radio 1 подскочила, а у Стайлза появилась великолепная зарплата, возможность общаться с известными музыкантами и, конечно, пропуск в мир настоящего шоу-бизнеса. Всего этого не было бы без безумного увлечения музыкой, разумеется. Когда кудрявый успевал находить столько групп для прослушивания, как он запоминал их названия и разбирал их всех по стилям, было понятно немногим. Брюнет всегда отмахивался тем, что это для него нечто вроде хобби. Кто-то играет в футбол, кто-то поёт или играет, а он коллекционирует музыку. Гарри просто любил хорошее звучание, и это не то, в чём можно кого-либо обвинять, как он говорил. Правда, знал бы он, что это хобби принесёт ему больше счастья, чем обожаемый им санскрит, сам бы себе не поверил. Сегодняшний эфир был вполне обычным: топ-20, новинки музыки и премьера новой песни у Say Yes For Melanie — всё это стало весьма стандартным для юного ведущего. Поэтому ничего не изменило его дневной рутины, состоящей из обязательного посещения кафешки напротив студии. Стайлз любил это маленькое заведение, наверное, со своих первых дней работы на BBC. Ничего особенного в нём и вправду нет: светло-зелёные обои, пол цвета весенней лужайки, столы и стулья светло-жёлтой гаммы, в ней же выдержаны и шкафчики, да и касса. Но однако что-то цепляло кудрявого в этом царстве вечной весны, при том, что это время года он совсем не любил. Возможно, дело было в приветливых официантках, которые, казалось бы, и вправду безумно хотят принести тебе любимый напиток и положить вкусное печенье на тарелку просто так, «от заведения». Можно было бы свалить это всё на известность Гарри, если бы такое отношение было бы не ко всем. Девушки - хотя иногда в кафе можно было увидеть и парней, но это было намного реже — искренне улыбались каждому вошедшему в кафе, как только колокольчик над дверью оповещал их о приходе такового, и обращались к каждому клиенту так, как будто бы он недавно спас их жизнь. Вдобавок в заведении подавали вкусный кофе и прелестнейшую выпечку — с чего же Стайлзу не влюбиться в это место? Кудрявый зашёл в помещение и невысокая шатенка сразу же помчалась ему навстречу. В последнее время Ирен обслуживала его чаще всего, и брюнет радостно ей улыбнулся. Девушка проводила его к любимому столику и сразу же взяла заказ: пряный латте и слойку с вишней. Она так и знала, что он закажет, потому что это был его стандартный выбор. В кафе вещала его станция, и Гарри усмехнулся, услышав как никогда бодрый голос Ника, его друга. Посмеявшись над его ответом радиослушательнице, он решил проверить свою электронную почту. Валери сообщила ему, что во вторник его ждёт интервью с Say Yes For Melanie, где они исполнят свою новую песню прямо в эфире с акустикой. Стайлз улыбнулся: эту часть своей работы он любил особенно сильно — болтать с талантливыми людьми. Он слышал несколько песен этой группы, и она казалась ему очень даже неплохой. Простой поп-панк, конечно, но их музыка и вправду заводит, а слова их песен были весьма правильными. В зависимости, от песен, конечно. Гарри отложил телефон в сторону, потому что Ирен уже принесла его заказ. Да и хватит уже с этой работой, нельзя смешивать еду и средство заработка на неё — кудрявый в это очень твёрдо верил. Хотя он не мог не вспомнить напоследок, что у этой группы весьма харизматичный солист и прикольный гитарист. Он оставил телефон незаблокированным на столе, и принялся за еду. А тем временем девушка случайно увидела отрывок письма на экране, когда наклонялась за упавшей ложкой. Прочитав о приходе популярной группы на радио в следующий вторник, она постаралась не измениться в лице и, извинившись перед Стайлзом за свою оплошность, пообещала заменить ложку. - Никогда не угадаешь, кто будет в следующий вторник на «Кудрявом слухе», - прощебетала она высокой брюнетке за прилавком, пока искала десертную ложку. - И кто же? - загорелась та. - Хотя нет, я сама.... Неужели Franz Ferdinand? Или Muse? - Неа, не в том направлении, Роуз, - усмехнулась шатенка, найдя то, что искала. - Say Yes For Melanie. - Правда? - обрадовалась девушка. - Это же прекрасная новость! Ирен кивнула и отнесла ложку Гарри, а затем вернулась к прилавку и своей приятельнице. - Представляешь, он будет разговаривать с самим Луи Томлинсоном, - с завистью в голосе протянула она. - И с Найлом Хораном, - согласилась Роуз. - Они же просто невероятные! Дэн и Сэм, конечно, тоже прекрасны, но Найл и Луи — это предел моих мечтаний. Ох, если бы я увидела их на улице.... - Знаю, Роузи, - усмехнулась шатенка, - ты бы упала в обморок. И не отрицай. Брюнетка лишь возмущённо топнула ножкой и поспешила ко входу, потому что колокольчик на двери оповестил всех о приходе нового клиента, а сейчас была её очередь.