Пока ещё Малфой

В особняке Блэков пахло хвоей, корицей и мандаринами. Огромная ель, которую Драко с Гарри вчера едва втащили в гостиную, была увешана старинными игрушками — серебряными драконами, хрустальными снежинками и крошечными мерцающими шарами, в которых, если присмотреться, шёл настоящий снег. Камин, украшенный ветками остролиста, весело потрескивал, отбрасывая пляшущие тени на стены. В кресле у камина, заматывая ногу в лодыжке эластичным бинтом, сидел Совиль. Когда-то грозный аврор, а теперь просто уставший ветеран, член Сопротивления, он хмуро косился на подростка, который нарезал круги по комнате. — Лоркан, угомонись уже. У меня голова от тебя кружится. — Я не могу угомониться! — Лоркан Маклагген, шестнадцатилетний вихрь на длинных ногах, взлохматил свои темные волосы. — Как вы можете быть таким спокойным? Там мой отец! Он, может быть, прямо сейчас... — Там твой отец делает то, что должен, пока ты спрятан в безопасном месте, — оборвал его Совиль без злости, но твердо. — И твоя беготня ему не поможет. Лучше вон, принеси чай Элеоноре. Элеонора Бранстон, которая некогда училась на одном курсе с Гарри и Драко, сидела на диване с вязанием в руках. Услышав своё имя из уст Грэхема Совиля, она подняла глаза и тепло улыбнулась. Добрая Элли была будто живым ангелом, источавшим свет. Её глаза лучились любовью. — Лоркан, милый, правда, не переживай. Наш Драко обещал в шесть отправить сюда патронуса. Будут новости – сможешь выдохнуть. А пока — иди сюда, помоги мне нитки распутать. Они страшно запутались. Лоркан закатил глаза, но к Элеоноре подошел. Совиль усмехнулся в усы — подростки. — А местный Малфой где? — спросил он, оглядывая комнату. — На кухне, — отозвалась Элеонора. — Готовит горячее. Переживает, что у нас тут слишком напряженная атмосфера, хочет добавить уюта. Рождество же. — Малфой и уют, — фыркнул Совиль, но в его голосе звучало уважение. — Кто бы сказал мне двадцать лет назад... — Двадцать лет назад ты вообще никому не верил, — напомнила Элеонора. — И правильно делал. Но времена меняются, — он кивнул в сторону Лоркана. — Вон, сын Маклаггена у нас. Кто бы мог подумать, что Кормак будет на нашей стороне... Лоркан напрягся, услышав имя отца, но смолчал. Кормак Маклагген официально числился на службе у режима — мелким чиновником в Отделе магического транспорта. Но именно благодаря ему Сопротивление узнало о трех облавах за последний год. Лоркан знал, что отец рискует каждую минуту. И ненавидел себя за то, что сидит здесь, в тепле и безопасности, пока отец там, в Министерстве, улыбается Пожирателям и ходит по острию ножа.

***

Пока Малфой хлопотал у плиты, Гарри стоял у окна неподалеку, обхватив ладонями горячую кружку с какао, и смотрел, как крупные хлопья снега падают на сад, укутывая кусты и деревья пушистым одеялом. Пейзаж был спокойным и даже сказочным, но Поттер не мог расслабиться, он был весь напряжен. Тёплые руки обвили его талию сзади, и он улыбнулся, чувствуя, как Драко утыкается носом ему в плечо. — Перестань переживать, — прошептал Драко, целуя его в шею. — Всё будет хорошо. — Я знаю, — Гарри прикрыл глаза, выдыхая и откидываясь на него. — Просто... Я волнуюсь. — Ты всегда волнуешься, Поттер, — Драко легонько куснул его за ухо. — Ауч! — Гарри рассмеялся и попытался вывернуться, но Драко держал крепко. Гулкий хлопок аппарации заставил их друг от друга отлепиться. Прямо у обеденного стола, в вихре серебристого воздуха, возникли двое. Патрик — загорелый дочерна, в лёгкой куртке, совершенно не соответствующей декабрю, с большим туристическим рюкзаком за плечами. И Придира, чей округлившийся живот заметно выделялся под свободным платьем. — С Рождеством! — в один голос закричали гости широко улыбаясь и, не сговариваясь, нырнули в общие объятия. — Дети! — выдохнул Гарри, крепко сжимая их обоих, — Вы вернулись, ну, Слава Богу, с вами всё хорошо. Патрик первым отстранился и покрутил головой по сторонам. — А где Виктория? Я думал, она уже тут. Мы договаривались здесь у вас встретиться. Гарри и Драко переглянулись. — В смысле? — медленно переспросил Гарри. — Она не говорила, что приедет. — Ой, — Патрик нахмурился. — Она мне смску прислала позавчера. Сказала, что приедет с Френком и малышкой на Рождество. Вы что, не в курсе? Наверное, она решила, как всегда, сюрпризом. Драко побледнел. — Патрик, им сюда нельзя. Здесь опасно. — Ох, Мерлин, — простонал Гарри, пряча лицо в ладони. — Только не сюда, только не сегодня. Патрик недоуменно нахмурился, не понимая, что родители имеют в виду. А Придира ткнула его локтем в бок и жестом привлекла его внимание к гостиной, вид на которую открывался через широкий дверной проем. Совиль уже закончил бинтовать ногу и принялся методично, с хирургической точностью, полировать свою палочку, время от времени пуская из нее сноп искр, поднося к уху и прислушиваясь к одному ему слышимому гулу, исходящему от нее. Лоркан, которому надоело вязание Элеоноры, пытался левитировать диванную подушку, помахивая палочкой. Она начинала воспламеняться и он через агуаменти тушил её водой. А потом снова пытался. Элеонора ловко орудовала палочкой, чтобы связать очередной шарф. И повсюду то тут, то там сновали патронусы: олень Малфоя, дракон Гарри, кошка Элеоноры и крот Совиля. — Это кто? Что за люди? — спросил Патрик с любопытством и вытянул шею, разглядывая незнакомцев. Сколько он себя помнил, родители редко приглашали кого-то в гости. И никогда на Рождество. — Тот, другой Малфой, прислал, — устало пояснил Гарри. — Лоркана прячем, чтоб не вляпался в неприятности, пока его отец работает. Тому сейчас тяжело после смерти жены и дочери. Совиль с Элеонорой ненадолго здесь, восстанавливаются после проклятий. У нас тут теперь часто кто-то лечится или прячется, здесь что-то вроде пит-стопа или лазарета. — Что-то вроде штаб-квартиры Ордена! — поправил его Патрик и улыбка сошла с его лица, — О чём он только думает, этот... этот Малфой! Это же не безопа... Договорить он не успел. Входная дверь распахнулась, впустив в дом клубы морозного воздуха и звонкий голос: — Сюрпри-и-из! — так заорала Виктория, влетая в прихожую с бутылкой шампанского в одной руке и детской переноской в другой. — Родители, встречайте вашу блудную дочь с её великолепным семейством! Она замерла, с порога заметив незнакомых людей, патронусы, палочки, искры через проем в гостиной. Её глаза расширились. Следом за ней, нагруженный сумками и подарочными пакетами, следовал Френк, согнувшийся под тяжестью поклажи. — Вик, я же говорил, что надо было взять подарков ещё побольше, — проворчал он, пытаясь не уронить половину ноши. — И чего ты замерла? Проходи давай, холодно... Гарри и Драко, пока Френк не видел, синхронно махнули палочками. Легкое, почти неуловимое движение — и серебристые фигуры оленя и дракона растаяли в воздухе, будто их и не было. Также они перегородили спинами проход в гостиную, и натянули на лица улыбки. — Виктория! Френк! — голос Драко прозвучал на удивление ровно, хотя в глазах мелькнула паника. — Какой... неожиданный сюрприз! – добавил Гарри. Виктория перевела взгляд с натянутых улыбок родителей на проем гостиной, откуда все еще доносились подозрительные звуки. Она прищурилась, и на ее лице появилось то самое выражение, которое с детства означало: «Я, конечно, сделаю вид, что всё в порядке, но, блядь, во что вы меня опять впутываете?». — Ага, сюрприз, — протянула она, медленно ставя шампанское на тумбочку, а переноску с дочкой на пол. — Люблю сюрпризы, знаете ли, — она усмехнулась. — Сестренка! — заорал Патрик, выскакивая вперед и разводя руки, чтобы разрядить обстановку и переключить внимание на себя. И Виктория тут же упала ему в объятия. — Пэтти, братишка! — визжала она, тиская брата так, будто он был плюшевым медведем. — Я скучала! Почему почти ничего не писал? Мы думали, вас там львы съели! Придира, ты как? — Львы — это в Африке, мы были в Австралии! — рассмеялась Придира, которую Вик тоже притянула в объятия. — Кенгуру людей не едят. И мы писали вам! Просто связь там плохо ловит, ты же знаешь. Френк тем временем сгрузил сумки у двери, распрямился и с интересом уставился на семейную сцену. — Так, так, так, — сказал он с усмешкой, потирая поясницу. — А я-то думал, вам всем не терпится познакомиться со Сьюзен! — Ой, точно! — опомнилась молодая мама. — Знакомьтесь, родственники! — Виктория наконец отпустила брата и гордо указала на переноску с малышкой. — Ваша наследница собственной персоной! Все четверо — Гарри, Драко, Патрик и Придира — сгрудились вокруг малышки Сьюзен, которая спала сном праведницы, изредка смешно морща крошечный носик. Её темные кудряшки вились точно так же, как у Френка, а на пухлых щёчках были ямочки, как у Виктории. — Она прекрасна, — выдохнул Гарри, боясь дышать на ребенка. Он осторожно коснулся пальцем крошечной ладошки, и Сьюзен во сне рефлекторно сжала его палец. — Вся в меня, — довольно заявил Драко, заглядывая через плечо Гарри. — Пап, она темненькая и кудрявая. Ты серьезно?, — фыркнула Виктория. — Молчи, женщина, я про внутренний шарм, — отмахнулся Драко, но в его глазах светилось неподдельное умиление, он явно боролся с желанием оттеснить Гарри и самому подержать внучку. Поттер словно услышал его мысли, с неохотой выпустил из руки пальчик Сьюзен и встал. — У нас сегодня гости, — голосом конферансье объявил он и взглядом указал на гостинную. — Пойдемте, я вас познакомлю. Гарри поднял глаза на дочь, и в его взгляде мелькнуло чувство вины — он явно понимал, что объяснения неизбежны. Но пока Френк рядом это было невозможно. Поэтому всё, что им оставалось, — притвориться нормальной семьей. Ну, почти нормальной. — Ну-ну, — сказала она, не сумев сдержать издевку в голосе. — Давай, знакомь.

***

Час спустя они все сидели за огромным столом в столовой, заставленным яствами. Гарри с гордостью наблюдал, как его семья — его огромная, шумная, немного сумасшедшая семья — смеётся, перебивает друг друга, делится новостями. Патрик и Придира наперебой рассказывали о своей поездке в Австралию (которая, по сути, ничем не закончилась, биологических родителей Пат так и не нашел, но приключение было то ещё), Виктория и Френк рассказывали про то, как изменилась их жизнь с появлением малышки Сьюзен, давали Патрику с Придирой советы по воспитанию детей и обещали передать им ворох вещей, которые малышке стали уже маленькими. — Лоркан, прекрати так ковырять пудинг, как будто он в чём-то перед тобой провинился, — Совиль осек подростка. — Ешь нормально. — Я не голоден, — буркнул Лоркан, но ложку всё же отложил и уставился в окно, за которым кружился снег. Элеонора разливала чай по чашкам, одновременно умудряясь поддерживать разговор с Френком об автомобилях — выяснилось, что её покойный муж тоже увлекался техникой. Придира вдруг охнула и положила руку на живот. — Толкается? — с интересом спросила Виктория. — Брыкается, — поправил сестру Патрик с улыбкой. — Будто в футбол играет. Неспокойный малыш. — Это он в тебя, — хмыкнул Гарри. — Ты, когда мы тебя только забрали себе, вертелся на кровати так, что Драко по ночам просыпался от твоих пинков. — Я думал, это ты меня пинал по ночам, — невозмутимо заметил Драко. Гарри запустил в него салфеткой. Это был момент чистого, абсолютного счастья. Драко поймал взгляд Совиля через стол, тот, допив свой кофе, откинулся на спинку стула и с лёгкой усмешкой наблюдал за суетой. Казалось, даже его вечно настороженное лицо немного расслабилось в тёплой атмосфере. В его глазах читалось "Ради этого и стоит жить. Ради этого стоит бороться". Но тут идиллия лопнула. Вспышка серебристого света, ослепительная и холодная, разрезала воздух и все замерли. Патронус. Выдра. Голос другого Драко. Они нашли проход. Доносчик неизвестен. Они уже прошли через дверь. Они знают координаты вашего дома и скоро будут у вас. В первую очередь спасайте детей и маглов. Мы за них в ответе. Патронус рассыпался серебристой пыльцой, и в столовой повисла гробовая тишина. Первым среагировал Драко. Он вскочил, палочка уже была в руке. — В круг! Все в круг! — его голос, резкий, как удар хлыста, не терпел возражений. — Виктория хватай Сьюзи, Френк — в центр! Локан, к ним и без глупостей! Виктория, побледневшая, но собранная, прижала дочь к груди и рванула в середину комнаты, увлекая за собой ошарашенного Френка. Локан подошел к ним. Гарри, Патрик, Придира, Драко, Грэхем и Элеонора встали вокруг них плотным кольцом, спинами к родным, лицами к невидимой угрозе. — Хомениум ревелео! – крикнул Поттер. Заклинание серебристой волной прокатилось по стенам. Чисто. В доме никого. — Периметр сада! — сказал Драко, не опуская палочки, и Гарри кинул ещё одно сканирующее заклинание в сторону окон. — Тоже пусто. Пока. — Что происходит?! — вырвалось у Френка. Он сжимал Викторию за плечи, пытаясь защитить её и дочку, хотя сам не понимал, от чего. — Что за чертовщина?! — Потом, милый, потом, — прошептала она, не сводя глаз с двери. — Я всё потом объясню. Напряжение звенело в воздухе, как натянутая струна. Секунды тянулись бесконечно. Гарри чувствовал, как Драко рядом с ним дышит ровно, но его пальцы, сжимающие палочку, побелели. — Вроде бы никого, — выдохнул Патрик. — Может, ложная тревога? — Не думаю, — процедил Драко сквозь зубы. — Я... то есть он... мы не паникеры. И тут тишину разорвал крик. Душераздирающий, полный ужаса и боли женский вопль со стороны дома Лонгботтомов. Крик Полумны. Придира дёрнулась так, будто её ударили током. Лицо её, ещё секунду назад сосредоточенное и бледное, сейчас и вовсе стало белее мела. — МАМА! — закричала она не своим голосом и рванула к выходу. — Дир, нет! — Патрик перехватил её за плечи, разворачивая к себе. — Ты не пойдёшь туда! Это слишком опасно! — Пусти! — она забилась в его руках, пытаясь вырваться. — Там мама! Там папа! А если это круциатус? Господи, только не это. Папа не переживёт. Пусти меня, Патрик! — Я не пущу тебя умирать! — рявкнул он. И тут Придира замерла. Её лицо исказила гримаса боли, она схватилась за живот и согнулась пополам, издав сдавленный, жалобный стон. — Дир? — Патрик испуганно ослабил хватку. — Дир, что с тобой? — Ой... — выдохнула она, глядя на него расширенными от ужаса глазами. — Пат... кажется... воды отошли. Она посмотрела вниз. По её ногам, по полу стекала прозрачная жидкость. — Нет, — прошептала она. — Только не сейчас. Там мама. Мне нужно к маме. Я должна помочь. Патрик подхватил её, удерживая на ногах. В его глазах, только что горевших боевой готовностью, плескался животный страх. За неё. За ребёнка. — Папа! — крикнул он, оборачиваясь к отцу. — Что делать? Гарри и Драко переглянулись. В их взглядах было всё: осознание угрозы, ужас за Полумну и Невилла, и ледяная решимость защитить тех, кто здесь. Драко шагнул вперёд, его голос, несмотря на ситуацию, был спокоен и твёрд. — Патрик, аппарируйте в больницу. Прямо в приёмный покой. Пожиратели вряд ли пойдут за вами, но всё же наложи защитные чары на палату. Держи себя в руках, будь собранным. Дир сейчас потеряет магию, только ты сможешь защитить её. Патрик кивнул, приманил из своего огромного рюкзака специальную давно собранную сумку в роддом, взял Придиру за руку и аппарировал. — Совиль, присмотрите за Лорканом, — продолжал раздавать указания Драко. — Мы с Гарри отправим Викторию с Френком домой и сразу же вернёмся. И не выходите, что бы ни случилось. — Я с вами, — протянула свою руку Элеонора, — Им пригодится кто-то с палочкой. Драко кивнул, протягивая ей руку. Второй рукой он крепко ухватил дочь за плечо. — Виктория, не волнуйся. Папа с Френком и Сьюзи пойдут следом. Френк открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел — резкий хлопок, и трое исчезли, оставив после себя лишь лёгкий завиток воздуха. Френк моргнул. Потом моргнул ещё. — Они... они просто исчезли, — выдохнул он, глядя на пустое место. — Как по волшебству... — Френк, — Гарри уже был рядом, в одной руке он бережно, но крепко прижимал к себе проснувшуюся и начинающую хныкать Сьюзен, другой сжимал плечо зятя. — Держись. Сейчас будет немного неприятно. — Что значит «неприятно»? — не успел спросить Френк. Хлопок. Их выкрутило, сжало, куда-то потянуло и выбросило на пол гостиной в их с Викторией маленькой квартирке в Лондоне — тёплой, уютной, с работающим телевизором и ёлкой в углу. Элеонора, Драко и Виктория уже ждали их внутри. Френк встряхнул головой, пытаясь стряхнуть наваждение. От их квартиры до дома родителей его жены было больше шести часов езды. А они оказались здесь в считанные секунды. Как это возможно? Гарри аккуратно переложил внучку в кресло, на мгновение задержав ладонь на её тёмных кудряшках. Посмотрел на дочь, на Элеонору и взял за руку мужа. — Сидите тихо. Никому не открывайте, — бросил тот ошарашенному Френку. — Я пришлю патронуса с новостями, как только смогу. И они исчезли. Френк медленно сполз по стене, хватаясь за голову. Виктория бросилась к нему: — Я всё тебе объясню. — Ты хочешь сохранить ему воспоминания, девочка, ты уверена? — мягко без нажима уточнила Элеонора. — Эй, вы ещё и воспоминания стирать умеете? И сколько раз вы уже со мной проделывали это? Не надо мне ничего стирать, я и так видимо ни черта не знаю о том мире, где живу. — Френк, прости меня, я тебя люблю, — всхлипнула Виктория.

***

Гарри с Драко материализовались в прихожей особняка Блэков, где их уже ждали Совиль и Маклаген. Лоркан выглядел бледным, но собранным. — Отправили? — коротко спросил Грэхем. — Да. — Гарри перевёл дыхание. — Что будем делать? — Ждать нельзя, — подал голос Совиль, опираясь на косяк. Он прихрамывал сильнее обычного, но в руке сжимал палочку с той уверенностью, которая приходит только с годами войны. — Крики не повторяются. Это плохо. Очень плохо. — Значит, идём туда, — Гарри сжал палочку. — Я с вами. Мой отец... — Лоркан шагнул вперёд, в его глазах горела отчаянная решимость. — Нет, — Драко оборвал его жёстко, но не зло. — Твой отец нас убьёт, если с тобой что-то случится. Ты остаёшься здесь. — Но... — Драко, — Гарри шагнул к нему, положил руку на плечо, заглядывая в глаза. — Ему почти шестнадцать. Пат в семнадцать уже завел семью. А я в семнадцать победил Волан-де-Морта. Малфой стиснул зубы, но кивнул. Гарри отпустил его и вдруг, словно вспомнив что-то, метнулся к старому комоду в углу прихожей. Ящик заскрипел, и через секунду он извлёк пузырёк с мутноватой жидкостью. — Держи, — протянул он Лоркану. — Выпей оборотное. На всякий случай. Лоркан взял пузырёк дрожащими пальцами, но кивнул решительно, открыл и залпом осушил пузырёк, морщась от отвратительного вкуса. Вскоре он почувствовал, как начинают неметь и перестраиваться черты лица. И через минуту в гостиной стоял совершенно другой парень — шатен с курносым носом и веснушками. — Идем? — Совиль приподнял бровь. — Идем, — кивнул Поттер. Они вышли в ночь. Трое ветеранов и один подросток.