Изумруд

Подойдя к квартире Кёко, Канаэ не стала звонить и осторожно открыла дверь. «Вдруг уснула». Бесшумно пройдя в квартиру, Котонами отправилась в комнату, Кёко действительно спала. Девушка лежала, свернувшись калачиком, лицом к двери, в той же самой одежде, в которой Канаэ застала её утром. Рыжие прядки падали на опущенные веки, глаза и нос всё ещё были опухшие. «Она снова плакала…» Присев на краешек кровати, Котонами отчётливо услышала тяжёлое дыхание подруги. «Нелегко тебе сегодня пришлось», — с грустью подумала актриса, глядя на Могами. — «Но ничего… потерпи немного, мы разберёмся с этим делом, и всё будет хорошо». Словно услышав её мысли, Кёко поморщилась и с трудом открыла глаза. — Мооко-сан… — сонно пробормотала она, потирая слипшиеся веки. — Я разбудила тебя… прости, — виновато улыбнулась подруга. — Уже утро? — вдруг спросила она, испуганно посмотрев на брюнетку. — Нет-нет, ещё только вечер. Отдыхай, — ласково ответила она, погладив рыжевласку по плечу. — Сначала, я подумала, что мне всё приснилось, но… увидев тебя, я поняла, что всё правда, — еле слышно сказала актриса, опуская глаза. — Кёко… — Я долго думала, Мооко-сан, — прошептала она, невольно прервав подругу,— и поняла, что я бессильна. — Бессильна? Да ты можешь сделать то, что никто кроме тебя не может! — горячо возразила Канаэ. — Что же? — равнодушно поинтересовалась Могами, не поднимая на подругу глаз. — Ты можешь признаться Цуруге-сану в своих чувствах! Ведь ты же его любишь! И не смей этого отрицать! — ответила брюнетка голосом, не терпящим возражений. — Да, люблю… — наконец-то призналась Могами, но так тихо, что брюнетка еле смогла разобрать её слова. — Ну, наконец-то! — ликующе воскликнула она. — Кёко, наконец-то ты поняла!.. — Но это ничего не меняет, — продолжила рыжевласка, поджимая колени к груди. — То есть? — в недоумении замерла актриса. — Как это не меняет?! — Даже если я наберусь смелости и признаюсь Цуруге-сану, он всё равно женится на ней, — так же тихо ответила она. — Но почему?! Объясни же! — удивилась Канаэ, всплеснув руками. — Да потому… — обречённо протянула Могами. — Цуруга-сан взрослый человек, и если он решился на женитьбу, у него были на то причины и, надо полагать, весьма веские. Не думаю, что моё признание заставит его передумать. — Но ты же можешь хотя бы попытаться! — Котонами в надежде уставилась на актрису. — Нет… не могу… — Не можешь? Но почему? — не унималась брюнетка. — Потому что, если он отвергнет меня… я умру… я просто умру, Мооко-сан… — губы Кёко задрожали, а из глаз снова полись слёзы. — Кёко… Кёко, послушай меня, — твёрдо сказала Канаэ, опустившись на пол, чтобы её лицо было перед глазами подруги. — Он не отвергнет тебя, слышишь? — Откуда ты знаешь? — всхлипывая, спросила Могами. — Да все знают, что он любит тебя и только тебя! — уверяла её Канаэ. — Кто это «все»? — не успокаивалась девушка. — Я, Яширо-сан, Такарада-сан… — Канаэ замолчала, стараясь припомнить кого-нибудь ещё. — Но же женится-то он на другой… значит, любит он её, — еле слышно пролепетала рыжевласка, утыкаясь лицом в колени. — Он не может любить её. Просто НЕ МОЖЕТ! — подскочила девушка от возмущения. — Да откуда тебе знать?! — горячо прошептала Кёко в колени. — Я встречалась с ней, говорила! Она не та!.. «Встречалась?.. Говорила?..» — …Не та, кто нужна Цуруге-сану! — уверенно заявила брюнетка, снова присаживаясь на кровать. — Зачем?.. — пролепетала актриса, поднимая глаза на брюнетку. — Что «зачем»? — растерялась та. — Зачем ты с ней встречалась? — спросила Могами, с интересом ожидая ответа. — Хотела посмотреть, что она из себя представляет, — объяснила Канаэ, закидывая ногу на ногу. — Как я и ожидала — ничего интересного, — продолжала она, глядя в потолок — хотя, была одна вещь, которая меня всё же заинтересовала, — задумчиво сообщила Канаэ. — Какая? — в нетерпении спросила рыжевласка. «Заинтересовалась? Это очень хорошо…» — Большой изумруд у неё на шее, — пояснила актриса, переводя взгляд на девушку. — А причём тут изумруд? — не поняла Кёко, садясь. — Учитывая, что она была одета как оборванка, на её шее красовался очень дорогой кулон, — пояснила Котонами.— Такарада-сан полагает, что это весьма старинная вещица, и что она может иметь отношение к происходящему. — Какое ещё отношение? — захлопала глазами Могами, давно забыв о своих слезах. — Такарада-сан думает, что этот изумруд может… обладать магией. — Магией? — опешила девушка. — Но… Мооко-сан, как такое возможно? — Кёко, ты так любишь сказки, но не веришь в магию? — усмехнулась актриса, ловя себя на мысли, что и сама верит в это с большой натяжкой. — Ну… я же не так наивна, — пробубнила Кёко, покосившись на подругу. — Сомневаюсь, что магия существует… то есть, существует в нашем мире. Хотя, если был открыт какой-нибудь портал… «О Боги… началось… но это всё равно лучше, чем бесконечные рыдания». Монолог Кёко и мысли Канаэ были прерваны дзиньканьем мобильного телефона брюнетки. Переглянувшись с подругой, Котонами достала сотовый из кармана джинс и проверила входящие сообщение: «Котонами-сан, буду очень признательна за Вашу помощь в выборе платья, если конечно, завтра у Вас найдётся время. С уважением, Такана Минами». — Отлично! — возликовала Канаэ, прочитав сообщение. «Буду рада составить Вам компанию», — написала брюнетка и нажала «отправить». — Мооко-сан, что это значит? — опешила рыжевласка, переводя взгляд с экрана мобильного телефона на подругу. — А то, — довольно улыбнулась актриса, встретившись взглядом с Могами, — что завтра во время предсвадебного шопинга я выясню, каким образом невесте-замухрышке удалось заполучить самого завидного холостяка Японии. Уж очень я сомневаюсь, что это была любовь с первого взгляда, — закончила она, поднимаясь с кровати. — Думаешь, она расскажет? — неуверенно протянула Кёко, поднявшись следом. — Ну, я же твоя лучшая подруга, — ещё шире улыбнулась Канаэ, воодушевлённая своим успехом. — И ради твоего счастья я из этой курицы душу вытрясу. А теперь, напои-ка меня чаем, а то от этих душещипательных разговоров у меня что-то в горле пересохло. В полдень следующего дня Канаэ бодрой походкой направлялась на встречу с Таканой Минами. Вчера вечером брюнетка полагала, что всю ночь будет успокаивать рыдающую подругу, но из-за своих недавних переживаний Кёко уснула, едва коснувшись подушки. Утром обе актрисы направились по своим делам. Кёко на задание отдела «Люби меня», которое Такарада потрудился найти для неё, чтобы отвлечь от грустных мыслей, а Котонами на предсвадебный шопинг с девушкой, которую почти ненавидела. Подойдя к условленному месту, брюнетка присела на скамейку. «Уже ровно 12:00. Сама время назначила, так чего опаздывает? — девушка едва не скрипнула зубами от раздражения. — Я, конечно, не горю желанием провести с ней весь день, но ради Кёко мне нужно выяснить причину такой скоропалительной женитьбы, а значит, мне ещё больше нужно втереться в доверие этой Минами. А для этого нужно время», — глубоко вздохнув, актриса устроилась поудобнее, закинув ногу на ногу, и принялась ждать. Уже прошло полчаса, а девушка так и не появилась. Терпение брюнетки подходило к концу, ожидание раздражало и забирало силы: «Ну, где же она? Неужели решила меня продинамить?» Канаэ достала мобильный телефон и набрала номер Таканы: «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится…» — услышала она и с шумом закрыла «раскладушку». Тело начало затекать от длительного сидения и, поднявшись со скамьи, брюнетка принялась расхаживать туда-сюда. «Что б тебя! Какого… мало того, что опаздывает, так ещё и телефон отключила!.. А, может, она догадалась? — Канаэ замерла, опасения, что её чётко продуманный план может пойти насмарку, охватили душу. — Нет… не может быть, — отмахнулась она, — с её-то куриными мозгами… она в жизни меня не раскусит. Я — актриса агентства LME и одна из троих членов отдела «Люби меня», а значит, у меня нет шанса провалить это дело, — остановилась она и глубоко вздохнула. — Но где её черти носят?!!» — Котонами-сан! — послышалось позади, и брюнетка обернулась с очаровательной улыбкой, к подбегающей шатенке. Сегодня на Такане была выцветшая майка некогда жёлтого цвета и длинная зелёная юбка. Волосы так же были собраны в хвост, а на ногах одеты обшарпанные босоножки на небольшом каблуке. «Ну что за вид?» — про себя возмутилась Канаэ, оглядев девушку сверху вниз. — «Блин… не заразиться бы её отсутствием вкуса… или безденежьем», — актриса уже собиралась отвести взгляд от соперницы лучшей подруги, как он непроизвольно сфокусировался на кулоне. «Очень хорошо, что она его надела, будет повод побольше расспросить о нём». — Такана-сан, с Вами всё в порядке? Я уже начала волноваться! — обеспокоено проговорила актриса, глядя на запыхавшуюся девушку. — Прос…тите… Котонами… сан… — задыхаясь, проговорила она, склонившись в поклоне. — Что-то утро не задалось… простите. — Да… ничего страшного, — ответила Канаэ, изображая растерянность, — в любом случае, Вам не следовало так торопиться. У меня сегодня весь день свободен, — заверила она, улыбаясь, — может, для начала выпьем кофе, и Вы мне расскажите, что же с Вами случилось? — предложила девушка, указывая на кофейню, которая располагалась неподалёку на открытом воздухе. — Да… пожалуй… так и сделаем. Девушки проделали этот короткий путь в молчании. Такана пытаясь отдышаться, а Котонами, снова прокрутила в голове манеру своего поведения. Усевшись за приглянувшийся им столик, брюнетка упёрла локти в стол и положила подбородок на скрещенные пальцы: — Здесь подают отличный капучино. Особенно мне нравится с карамелью, — заверила она, будто бывала здесь раньше. — В самом деле? — переспросила Минами, взяв меню. — Я не очень-то люблю кофе. — Я тоже, но капучино — моя слабость. О! И ещё латте, — улыбнулась актриса, и её взгляд замер на висящем на шее собеседнице изумруде. «Так… о камне я спрошу чуть позже. Сейчас стоит проявить участие и расспросить её, почему она так опоздала». — Такана-сан, так что же с Вами всё-таки случилось? — поинтересовалась Канаэ, отвлекая шатенку от меню. — Котонами-сан, Вы ещё раз извините, что я так сильно опоздала, просто… неловко в этом признаваться, но утром у меня не сработал будильник, и я проспала… — сказала девушка, закрыв меню и положив его на стол. «Да уж… точно недотёпа…» — …потом я застряла в лифте… «Чего?.. Застряла в лифте? Как же ты со своим «везением» Цуругу окрутила? Или везение тут не причём?» — …а когда выбралась и добралась до метро, у меня сломался каблук. Поэтому мне пришлось вернуться домой, чтобы надеть другую обувь. Но я даже не могла Вас предупредить, что опаздываю, так как вчера вечером, когда я остановилась на улице, чтобы написать Рэну сообщение, на меня налетел велосипедист, и я выронила телефон. В результате он разбился, а новый я купить не успела, — закончила Минами. — Ого… Да у Вас действительно день не задался, — с сочувствием произнесла Канаэ, убирая прядь волос за ухо. — Это так странно… раньше со мной ничего подобного не случалось, — призналась шатенка, слегка пожав плечами. — Добрый день. Чего желаете? — с улыбкой поинтересовался подошедший к девушкам официант. — Мне, пожалуйста… двойной капучино с карамелью, — заказала актриса, наспех заглянув в меню, чтобы оценить калорийность продукта и перевела взгляд на официанта. «Мама дорогая!» — мысленно простонала она. Молодой человек был весьма хорош собой: каштановые волосы, выразительные глаза, милая улыбка, отчётливо выделяющиеся мускулы и ему очень шёл передник. «А он случайно работой не ошибся? Он же просто… чёрт, он восхитителен! Ему нужно работать моделью, а не официантом». — Значит, двойной капучино с карамелью… — повторил молодой человек и перевёл взгляд на Минами, — … а Вы чего пожелаете? — Мне… мне тоже самое, — пролепетала шатенка и смущенно отвела глаза. «Чего?..» — Котонами тут же посмотрела на свою спутницу, на лице которой застыл неожиданный румянец.— «Чего это она так разомлела? Ей же послезавтра замуж выходить! Так какого чёрта она краснеет от того, что официант у неё заказ принял? Так-так-так… как же это всё интересно…» — Хорошо, — ответил молодой человек и мило улыбнувшись, покинул девушек. — А какой симпатичный! — заговорчески прошептала брюнетка, подавшись вперёд. — Да уж!.. — воодушевлённо согласилась Такана, — очень... симпатичный. «Хм… негоже на других мужиков заглядываться, когда у тебя Цуруга Рэн в женихах ходит. Странная ты особа, Такана Минами». — Нужно будет оставить ему визитку нашего агентства. Из него могла бы выйти звезда, — заметила Котонами, переведя взгляд на кулон. «Думаю, сейчас самое время». — Такана-сан, а ваш кулон… он, наверное, очень старинный? — спросила Канаэ с заинтересованным видом. — Полагаю, что да, — ответила девушка, машинально коснувшись драгоценности, — бабушка говорила, что этот кулон подарил её прапрапрабабушке Юри какой-то заморский принц. — Надо же, как интересно, — протянула брюнетка, ещё пристальней вглядываясь в украшение. — Да, — кивнула шатенка, — Юри прислуживала у жены императора, и они увиделись во дворце. Это была любовь с первого взгляда. Но принц не мог жениться на ней из-за её неблагородно происхождения, да и времена тогда были совсем другие… Канаэ сама не заметила, как погрузилась в рассказ девушки с головой. — … принц был вынужден покинуть её, но подарил ей на память этот кулон, сказав, что этот камень наделён магией и если он всегда будет с ней, она обязательно найдёт своё счастье… — Прошу, ваш заказ, — Котонами, даже не заметила, как официант вернулся с подносом, на котором стояли две чашки капучино. — Благодарю, — сказала, актриса, глядя на поставленный перед ней напиток. — Спасибо, — поблагодарила Минами и снова чуть покраснела. «Блин… как я могла так заслушаться, что не заметила, как он подошёл? Так и из роли можно выпасть… нельзя… Ни в коем случае! Я не могу провалиться из-за какой-то романтической чепухи». — …в общем, с тех пор кулон передаётся из поколения в поколение женщинам нашего рода, — продолжила Такана, — и как я уже упоминала, месяц назад он достался мне от бабушки. — От бабушки? А почему же бабушка не передала кулон Вашей маме? — поинтересовалась Котонами, делая глоток желанного кофе. — Мама умерла, когда я была ещё совсем маленькой, — ответила шатенка, обхватив ладонями горячую чашку. — Мне очень жаль… «Правда, жаль…» — Я почти её не помню, по правде говоря, поэтому и не скучаю особо. Меня растила бабушка. Она заменила мне мать, — пояснила девушка, отпивая из кружки. — А что Ваш отец? — осторожно спросила актриса, поставив чашку на стол. — Отца я не знала. Когда мама забеременела, он бросил её, сказав, что ещё очень молод и ребёнок будет для него обузой, хотя до этого клялся ей в вечной любви, — ответила шатенка с толикой сожаления в голосе. — Простите, мне не стоило задавать такие личные вопросы, — извинилась Канаэ, делая очередной глоток капучино. — М.. нет, всё в порядке. Я рада, что рассказала Вам всё это… мне даже как-то легче стало. Бабушки нет и теперь мне не с кем поделиться своими переживаниями, тем более о своём отце. — Это конечно не моё дело, но… неужели вы переживаете из-за человека, которого не знали, когда и по матери своей не скучаете? — сама того не замечая, брюнетка стала проникаться сочувствием к своей собеседнице. «Так что же… получается, что она одна? Одна на всём белом свете?.. Как когда-то была Кёко?» Котонами никогда не была синтиментальной, но ей той, у которой такая огромная семья, было сложно представить, каково это, когда у тебя нет никого. Раньше, Котонами думала, что отдала бы всё, что угодно, чтобы оказаться на месте Минами и жить самой по себе, но теперь, когда она увидела неподдельную грусть в глазах шатенки, Канаэ отказалась от такого желания. Да, у её лучшей подруги тоже была непростая жизнь, но Канаэ никогда не видела в глазах Кёко одиночества, которое так отчётливо читалось во взгляде Минами. — Я всё же стараюсь не думать о нём, ведь он оставил маму, но сейчас мне грустно. Видите ли, мы с Рэном решили, что будем праздновать свадьбу по-христианским обычаям, то есть по законам католической церкви, а там, невесту к алтарю должен вести отец… а получается, что единственный человек, с которым меня связывают кровные узы, даже не знает, что я выхожу замуж. «Что? Он отказался от них с матерью, а она жалеет, что его не будет на свадьбе?..» — …да этого козла вообще вспоминать не стоит! — вдруг выпалила актриса. — Что… простите?— растерянно пролепетала Такана. — Что?.. — не поняла Котонами. «Вот чёрт! Как же я могла?.. Вслух… Да и ладно, если бы пробубнила, так я же это буквально проорала! Как же… оно само так вырвалось?..» — Простите, меня, Такана-сан, — ответила Канаэ, беря себя в руки. — Но если Вы не питаете к своему отцу никак чувств, то не стоит жалеть, что он не поведёт Вас к алтарю. Неужели Вы бы хотели, чтобы человек, который оставил Вашу мать из-за своей трусливой натуры, держал вас за руку в этот день? — Ааа… — на какое-то время девушка замерла, приоткрыв рот, обдумывая слова своей собеседнице, — да… Вы абсолютно правы, Котонами-сан. Простите, я сказала глупость. — Не извиняйтесь. Не следует переживать о людях, которые этого не стоят, — ответила брюнетка, делая последний глоток кофе. — Но чтобы идти к алтарю, Вам нужно платье, и значит, его надо купить, — продолжила девушка, подавая знак официанту, — так что, не пора ли нам отправиться по магазинам? — закончила она, улыбаясь. — Действительно, — улыбнулась Такана ей в ответ, — сегодня, я обязательно должна его купить. — Тогда не будем терять времени! — возликовала брюнетка, принимая у официанта счёт. Расплатившись за свой кофе, Канаэ не забыла вложить в папку чаевые с визиткой агентства LME, в надежде, что этот милый официант воспользуется ей по назначению. И поднявшись из-за стола, девушки направились в свадебный салон. Целый день они ходили из одного салона в другой, подбирая свадебное платье, но невесте жутко не везло: то широкое, то длинное, то цвет не тот, то сидит плохо… К концу дня брюнетка выбилась из сил. «Ничего себе… никогда не думала, что выбирать свадебное платье, это такая морока! Что же будет, когда я буду замуж выходить?» — в ужасе подумала Канаэ, когда они в очередной раз покинули салон с пустыми руками. — «С другой стороны… я хоть и устала до ужаса, но может если она не купит платье, то и свадьбы не будет? Эх... это вряд ли», — вздохнула она и вошла в новый салон вслед за своей спутницей. В этот раз невесте улыбнулась удача — приглянувшееся платье село, как влитое. — Вы только посмотрите, Котонами-сан! Какая прелесть! — Минами радовалась, как ребёнок, крутясь перед зеркалом в белоснежном пышном платье. — Оно как у Золушки в мультфильме Диснея, только белое! — В самом деле? Тогда это знак. Вы должны его купить! — восторженно заявила брюнетка, оглядывая платье. «И может тогда я смогу наконец-то вернуться домой и уснуть без задних ног». — Раз Вам приглянулось это платье, я могу помочь подобрать к нему фату, украшения и туфли, — предложила служащая салона, помогавшая Такане с примеркой. — Да! Спасибо! — радостно отозвалась шатенка и ещё раз крутанулась. «Фата? Украшения? Туфли???.. Мамочки… когда же закончится этот день?!..» Когда всё было подобранно и куплено, девушки направились к метро. — Котонами-сан, огромное Вам спасибо за помощь! Если бы не Вы, не знаю, что бы я делала, — благодарила Такана, воодушевлённая сегодняшними покупками. — Не стоит благодарности, — заверила брюнетка, — мне было очень приятно составить Вам компанию. — И какой замечательный консультант нам попался! — продолжала восторгаться Такана. — Помогла подобрать всё необходимое и устроила всё так, что завтра платье доставят прямо на дом! — Да, консультант что надо, — кивнула Канаэ, с трудом сохраняла беззаботность на своём лице. Сегодняшний шопинг очень её утомил, в то время как Минами оставалась бодрой и полной сил. — Вот и пришли, — сказала Такана, отрывая брюнетку от мыслей. — Время пролетело незаметно. Ещё раз спасибо за Вашу помощь, — поклонилась она. «Блин… я с ней целый день провела, но так ничего толком не выяснила, — вздохнула про себя брюнетка. — С другой стороны, мне нельзя торопиться, ведь если она почует неладное, то в жизни мне ничего не расскажет. Ладно… у меня есть ещё завтрашний день только надо придумать, какой предлог найти, чтобы встретиться». — Не стоит, — улыбнулась Котонами. — Я рада, если смогла Вам сегодня помочь. «Если бы ты не угрожала счастью Кёко, возможно, мы смогли бы поладить». — Мне… мне так неудобно Вас об этом просить, но… — замялась шатенка и чуть покраснела. — Что случилось? — заинтересовалась Канаэ и чуть наклонилась вперёд. — Завтра… — неуверенно продолжила Минами, — последний день перед свадьбой и… я хотела бы устроить девичник… «Девичник?!» — ...но кроме Котонами-сан у меня нет хороших знакомых, и я подумала… может быть, Вы согласились пойти со мной… отметить окончание моей незамужней жизни, — закончила она, глядя на брюнетку с робкой надеждой. — Конечно! Я с удовольствием!!! — обрадовано воскликнула актриса. «Какая удача! Завтра мне останется только её напоить, и она выложит мне все подробности того, как очаровала Цуругу-сана!» — Я даже знаю отличное место, куда можно пойти! — продолжила брюнетка. — Это будет не забываемый вечер! «Ещё и компромат раздобуду… так, на всякий случай». — Да?! Спасибо, Котонами-сан! А я-то голову ломала… — благодарила Минами, удерживаясь от того, чтобы не обнять свою новую знакомую. — Значит, завтра повеселимся от души! Я позвоню Вам вечером после работы и скажу время и место. — Хорошо! — просияла шатенка. — Тогда до завтра, — попрощалась Канаэ. — До завтра! — крикнула счастливая Такана ей вслед.