Между реальностью и сном

Тсуна какое-то время смотрел на красивую, вышитую изящным золотым узором ткань балдахина, раздумывая над тем, что ему приснилось. Выходит, что они сошлись с Примо во мнениях. Это заставило шатена улыбнуться. И сон вышел вовсе не тяжёлым. Напротив, Савада ощущал себя отдохнувшим, хотя и ещё немного пьяным. Но опьянение давало лишь лёгкость в голове, позволяя думать ясно, не отвлекаясь на что-то лишнее. Итак, Аргентум, как назвал ту семью первый босс Вонголы, действуют активнее, чем думал Примо и сам Тсуна. Это несколько всё осложняет. Но в целом, если быть осторожными, то всё будет нормально. В Аргентум нет никаких дружеских привязанностей: каждый сам за себя. Значит, всё применимо и сейчас, если речь идёт именно о той семье, о которой все думают. Похоже, что даже Реборн обеспокоен. «Я должен буду зайти в библиотеку», — думает Тсуна и медленно встаёт с постели. Это его первое утро на Сицилии, в резиденции Вонголы, которую он, вообще-то, должен был занять уже довольно давно. Когда они только приехали, Саваде почудилось, что это тот самый особняк, где жил со своей семьёй Примо. Сейчас, после «просмотра» прошлого, он как-то ещё больше в этом уверен, хотя в тот момент решительно отвергнул подобные мысли. Бар он сам видел, а вино и вовсе пил — вкус тот же самый, что и чувствовал Примо (если не лучше). Всё это весьма смахивает на правду. Впрочем, какая разница. Ну, наверное, стоит вспомнить, что в подвалах пытали девушку, которая пыталась спереть документы у Джотто из-под носа. Шатен слегка прогоняется в спине, потягиваясь, запустив руки в волосы, лохматя их ещё больше, потом немного заводит руки за спину отчего хрустят кости — надо бы размяться нормально. Но, несмотря на все странности, это утро для Джудайме становится приятным. Последствия его маленькой пьянки пока ещё не наступили, и ему всё ещё хорошо, он выспался на удобной кровати даже не смущает то, что уснул в одежде. Солнце только-только поднялось из-за горизонта, будто бы вот, только что, оно пряталось от Примо, а теперь показывается Тсуне, как бы играя с первым и десятым боссами. В коридоре послышался какой-то шум и японец решил, что ему стоит принять душ, переодеться, а потом идти заниматься своим обязанностями, раз кто-то уже встал и даже шумит. Тем более, раз сам Савада так бодр и полон сил. Так парень и поступил. Сначала сходил в душ, потом надел чистый костюм, правда в этот раз он решил обойтись без пиджака и надел вместо него жилетку. Бросив короткий взгляд за окно, где озорное солнце уже полностью поднялось над гладью океана, Савада спокойно покинул комнату. *** Первым делом он заглянул в столовую, которая так и не поменяла своё расположение со времён Примо. А может, этот особняк построили взамен старого? Тот мог быть уже давно разрушен. Решил потом спросить у Реборна или самому посмотреть в документах. Тсунаёши улыбнулся, завидев Хаято, который уже завтракал. Правда, сигарета, зажатая между губ, смотрелась немного не к месту. К тому же, пока никто не видел, Ураган спокойно закидывал ноги на близстоящие стулья, не удостаивая стол такой чести, наверное, только из уважения к боссу, которому такое точно бы не понравилось. В руках пепельноволосый держал газету, внимательно читая каждую её колонку, стараясь заметить хоть какой-то признак чего-то странного. — Доброе утро, Хаято, — поздоровался шатен, присаживаясь во главе стола. Это его законное, привычное место, но в этом доме стало как-то неуютно. Да и обстановка более богатая и несколько иная, чем на базе в Японии. — Д-Джудайме! — Гокудера едва не свалился со своего стула, чуть не уронив на пол тарелку с достаточно плотным для итальянца завтраком — яичница, тосты, сосиски, кофе, булки с джемом. Вообще стол был накрыт и пестрил самыми разнообразными блюдами. Но подрывник выбрал именно такой завтрак. Савада глянул на закрытые прозрачным колпаком тарелки с яичницей, омлетом и рыбой. На душе сразу стало легче — кормят тут примерно так же, как и на прошлом месте их проживания. — Хорошо, что я тебя встретил, — произносит Дечимо, коротко посмотрев на друга, который ставил всё же упавший стул на место. — У меня есть несколько поручений тебе. — Я вас внимательно слушаю, Джудайме! Тсуна снова улыбнулся. — Отлично, но сначала поедим. — Йо, вы сегодня рано, — в столовую зашёл Ямамото. Парень выглядит необычно-привычно бодрым. Наверное, Савада просто отвык видеть друзей такими, ведь и они и он сам совсем недавно почти с ног валились от усталости и недосыпа. Сейчас же, по прибытию в жаркую, солнечную Италию, а точнее её маленький кусочек — Сицилию, все умудрились отдохнуть и отоспаться. А Такеши, видимо, ещё и сделать пробежку. — Кто бы говорил, — фыркает пепельноволосый, туша сигарету в пепельнице. — Ха-ха, ну да. Кстати, я видел, что Ламбо уже пошёл устраивать себе экскурсию, — мечник добродушно улыбнулся, присаживаясь рядом с боссом. Если Гокудера сидел справа, то Ямамото сел слева, напротив. Тсуна на мгновение почувствовал волнение. Что если Ламбо потеряется? Это же жуть что будет. Он разревётся, ненароком ещё коробочку откроет… Конечно, ему уже не пять лет. Но всё же прошлое многому научило Дечимо. — Отправьте кого-нибудь его сопровождать. Гокудера молча кивает и ненадолго выходит. — Ты выглядишь лучше, — немного невнятно произносит брюнет, жуя круасан и запивая его апельсиновым соком. — И чувствую тоже, что уж скрывать, — ответил босс. Он ел медленно, смакуя каждый кусочек. Не каждое утро такое. Да и вряд ли ему удастся позавтракать в таком комфорте в ближайшее время. Дино скоро должен прибыть с новостями. — Ничего не снилось? — предположил Такеши, протягивая руку за ещё одним круасаном. Похоже, ему полюбились итальянские завтраки. За окном запела птица, нарушая тишину, возникшую в столовой. Стеклянная (бронированная) двустворчатая дверь вела в сад, где уже раскустились после ночи цветы и над ними уже вовсю жужжали и порхали различные насекомые. Похоже, что в тот вечер, когда в этом (а может и нет) зале обедал Примо со своими хранителями, выход в сад был скрыт тяжёлыми тёмно-красными шторами. Тсуна подумал, что зря — наверняка свет из помещения должен был освещать ближайшие кусты. — М-м-м, — нарушил затянувшуюся паузу, — снилось. Но и я и Примо выпили. Так что, ты сам понимаешь… Какие-то секунды Дождь Вонголы молча смотрел на друга, изумлённо открыв рот, а потом расхохотался. В этот самый момент и вернулся Хаято. — Джудайме, можно я его стукну? — Нет, не стоит. Зелёноглазый печально вздохнул, зыркнул на всё ещё смеющегося Ямамото и только после этого сел на своё место. — Джудайме, а что он так заливается? — поинтересовался Гокудера, с сожалением обнаруживая, что пока он выполнял поручение, еда в его тарелке немного остыла. Савада вкратце описал вчерашнюю ситуацию. Теперь посмеивался ещё и Хаято. Тсуна же улыбался. Всё же, не дети уже. Подумаешь выпил. Но совпадение забавляло. — Всем доброе утро! — как всегда жарко объявил Рёхей, резко открыв дверь. На плечах хранителя Солнца висело полотенце, одет он был в спортивный костюм — явно только что с разминки. — Доброе утро, брат, — улыбнулся Ямамото, продолжая иногда тихо посмеиваться. — Доброе, — кивнул подрывник. — Доброе утро. Только с пробежки? — поинтересовался Тсуна. На самом деле Сасагава мог и грушу с утречка для разминки использовать. Всё же боксёр ведь. Но странным образом шатен всегда угадывал, что именно выбрал для утренней зарядки брат Кёко. — Верно, — кивнул молодой мужчина и сел рядом с Ямамото. — Так что я ЭКСТРИМально голоден!!! «А я всё ждал, когда же будет его коронное „экстрим“, — подумал Савада. — Как всегда оглушительно». — Доброе утро, босс, ребята, — в столовую вошла Хром. Семья постепенно собиралась вместе. Только Хибари никто не ждал. Тот никогда не завтракал со всеми. — Доброе утро, Хром, — поздоровался шатен, неспешно отпивая кофе из фарфоровой чашки. Остальные уже что-нибудь ели, так что ограничились кивками. Правда, очень активными. Девушку все были рады видеть. Докуро смущённо улыбнулась и села рядом с Гокудерой. Тот доедал сосиску и всё ещё читал газету. — ЭКСТРИМально вкусная еда! — неожиданно заявил Рёхей, отчего Тсуна чуть не поперхнулся кофе, Хаято не уронил сосиску, а Ямамото не выпустил из рук круасан. — Ты совсем, что ли, торфяная башка?! — рявкнул Ураган Вонголы, поднимаясь с места. — Гокудера-сан, не нужно, — начала было его успокаивать Хром, но получив грозный взгляд от парня, замолчала. — Ну-ну, успокойся, — подключился к разряжению обстановки брюнет. Савада не успел вмешаться. На плечо его горячего друга запрыгнула Ури и Хаято странным образом тут же притих. Он уже давно понял, что с кошкой себя нужно вести потише и поспокойнее. Забавно, что ради семьи он не всегда так старался, как для оружия своей коробочки. — Мяу, — мурлыкнула Кошка, потеревшись о щёку своего хозяина. — Рёхей, не кричи, когда все едят, — немного взволнованным тоном, но всё же вполне спокойно сказал Гокудера и сел на своё место. — Ха-ха-ха, осьминожка как всегда! — рассмеялся хранитель Солнца, даже и не думая скрывать свои чувства. Остальные же прятали свои улыбки. Гокудера ограничился только злобным взглядом на друга. Кошка на его коленях действовала похлеще успокоительного. — Расслабься, Хаято, — улыбнулся Савада уже открыто, — мы всё понимаем. Брат, действительно не стоит так кричать за завтраком. Кто-нибудь мог сильно подавиться. Конечно, такое уже не раз происходило. И Тсуна достаточно часто делал выговор почти всем хранителям. Ну как выговор, просил больше так не делать. Как ни странно, но достаточно долго, примерно неделю — для Вонголы это действительно долго, его просьбы придерживались. Потом же всё начиналось заново, но уже не с такой силой. Возможно, однажды все конфликты в семье и вовсе сойдут на нет. Эх, мечты-мечты. — Прости, Савада. — Спасибо, Джудайме, — поблагодарил пепельноволосый, осторожно погладив кошку на своих коленях. Раньше бы Ури уже давно царапала его лицо своими когтями. Так что Гокудера наслаждался каждым моментом — кошек он очень любил. Дечимо же только покачал головой. На самом деле он переживал из-за Натса. Его любимый Небесный лев, к сожалению, томился в коробочке уже не один день. Как только Тсунаёши начали сниться эти сны о прошлом, Натс вернулся в коробочку, а шатен не рисковал его выпускать. Всё же все чувства у босса Вонголы в смятении, так что делать это было просто опасно. Но сейчас, вроде, всё начало успокаиваться, так что сегодня-завтра он попробует выпустить львёнка. «Я скучаю, Натс». — Гау! Все хранители посмотрели на Тсуну. Тот молчал, Натса никто не видел уже несколько дней, но все отчётливо услышали рык. — Джудайме… — начал было Хаято, но тут дверь резко открылась. — Доброе утро! — поздоровался вбежавший в столовую мальчик, и тут же шлёпнулся на пол. В помещение тут же забежала невысокая девушка-горничная, помогая хранителю Грозы подняться на ноги. Видимо, именно она сопровождала Ламбо в его экскурсии. — Прошу меня простить, — девушка посмотрела на Саваду, сидящего во главе стола, и тут же отвела взгляд. Слуги обычно не попадались на глаза мафиози, стараясь работать незаметно — это показывало, насколько они профессиональны. — Ничего, — произнёс Тсуна, хотя и был в некотором шоке. Глаза у девушки были разноцветными, что невольно напомнило о Мукуро. Только если у Рокудо один глаз был голубым, а другой красным, то у этой один, правый глаз, был карий, а другой серым. Нет, босс Вонголы видел и других людей с гетерохромией, но настолько разных по цвету глаз ещё не видел. Горничная же откинула каштанового цвета косу за спину, поклонилась и, вручив Ламбо конфету, повторив извинения, ушла. Кроме Тсуны на неё никто особо не обратил внимания. Даже Ламбо, получивший сладость. *** Разобравшись с почти всеми своими запланированными делами, молодой босс Вонголы шёл в библиотеку. Он уже назначил график дежурств охраны и усилил её втрое, объяснил всё хранителям. Даже Хибари. Шатен всё ещё чувствовал себя вполне бодрым, поэтому решил, что если он немного почитает старые документы, ничего плохого не будет. Да и давно уже пора. Не вечно же всё будет делать Реборн. «Однако совсем недавно я был в просто ужасном состоянии, так что не удивительно, что Реборн взял всё в свои руки, — тут Савада вспомнил, как вчера совершенно спокойно сказал, что поступит так, как хочет сам, а не как от него требует бывший репетитор. Раньше бы за такое по голове получил. — Нужно будет сказать ему спасибо за помощь». Около часа просидел японец за столом в большой, полутёмной библиотеке Вонголы. Он ходил между высокими, сделанными из дуба стеллажами, внимательно высматривая ящики и книги с нужными ему годами. Хорошо, что каждый стеллаж и коробка были помечены. Конечно, были и такие записи, которые так и не удалось опознать. Тсуна просмотрел несколько коробок и понял, что там не будет того, что он ищет. По крайней мере, не в общей библиотеке. Как босс он имеет доступ в более закрытые места, но пойдёт туда только после просмотра всех документов здесь. Глаза немного слезились от пыли и тусклого света, а горло першило из-за сухого воздуха. Возможно, для бумаг и книг такой воздух благо, но Савада считал это проклятием. Никогда не любил библиотеки. Когда он был совсем ребёнком, его испугала библиотекарь. Сейчас Дечимо вспоминал это и улыбался. Когда шатен уже подумывал поручить поиски Гокудере или Ямамото, ему наконец-то попалось то, что он искал. Записи Примо. Савада принялся внимательно просматривать каждую страничку. У Примо был красивый и невероятно понятый и разборчивый подчерк. Строчки ровные, чернила на них отлично сохранились. Вот только Тсуна не помнил, чтобы Джотто писал что-то, когда он поймал вора. «Наверное, он написал это после того, как всё закончилось». Меня с самого начала преследовало неприятное чувство тревоги. И не зря. Вечером того же дня хранитель Дождя услышал какой-то шум. В моём кабинете я задержал вора. Это был молодой парень с ожогом от монеты. «Парень? Это всё же был парень?» — удивился Тсуна. Примо точно знал, что вором была девушка. Взгляд карих глаз прошёлся по ещё нескольким строчкам, пропуская описание серебряника и примерного разговора с пришедшими хранителями. Парень, который проник в кабинет, не кричал, когда его пытал хранитель Тумана. Что ж, даже у такой бесчестной семьи есть определённая честь и достоинство. Хранитель Урагана сказал, что семья Аргентум не пытаются вытащить пленника, только узнать то, что не удалось ему. Даже жаль этого парня — его будущее печально. Савада изумлённо уставился на пожелтевший от времени лист. Примо упорно указывал на то, что в кабинет проник парень. Но первый босс кое-что исправил, когда писал. Возможно, он специально писал неправду? «Похоже, что этим записям верить нельзя. Видимо мне придётся досмотреть воспоминания Примо до самого конца, — Тсунаёши подавил в себе желание полистать записи дальше. Лучше увидеть всё самому — это вернее. — Интересно, как много он изменил? А главное, зачем?» Дверь открылась бесшумно, но Джудайме всё равно заметил, что кто-то вошёл в помещение. Это была та самая горничная, которая присматривала за Ламбо. Увидев босса Вонголы, шатенка замерла. Она явно не ожидала увидеть его здесь сейчас. — П-простите за беспокойство, господин, — девушка поклонилась, всё ещё смотря на парня. Чёлка скрыла её разноцветные глаза, позволив Саваде опомниться. — Не называй меня так, — негромко сказал он, складывая документы. Нужно вернуть всё на место. — Х-хозяин? — пробормотала шатенка, так и не выпрямившись. На щеках горничной горел румянец. Даже с разделавшего их расстояния его было прекрасно видно. Глаза поблёскивали сквозь пряди непослушной чёлки. — Просто Савада. Не люблю все эти разделения, — шоколадного цвета глаза прикрылись. — И встань ровно, пожалуйста. — Простите, Савада… — горничная над чем-то задумалась, а потом прибавила: — сан. Тсуна рассмеялся. — Мы же не в Японии. Не нужно суффиксов. — В-верно. Простите, — девушка неуверенно выпрямилась. Только теперь молодой босс Вонголы заметил принадлежности для уборки — какая-то странная щётка с чем-то вроде перьев, ещё одна щётка, полотенца (видимо всё же тряпки, но очень чистые), моющие средства. — Ты пришла делать уборку? — Тсунаёши поднялся из-за стола, от чего девушка заметно вздрогнула. Он её пугал? Похоже на то. — Угу. — Тогда я пойду. У меня ещё много дел, — шатен легко поднял несколько увесистых коробок с документами и понёс их к стеллажам. — Ч-что Вы, Вы можете здесь быть сколько угодно! — она не кинулась за ним, наверное только из страха. — Ты меня боишься, — спокойно произнёс Дечимо. — Да и я уже закончил тут. — Я не боюсь. П-просто… я не хотела Вам мешать. И Вы… Вы такой… Брови Тсуны поползли вверх от удивления, он даже остановился. Какой он? Японец посмотрел на горничную, мнущую длинную юбку формы. Всё ещё красная, взволнованная. «Точно, здесь же ещё не ходят слухи про Кёко-тян, — улыбка скользнула по губам. В Японии все девушки, кто работал на базе давно смирились с тем, что Савада смотрит только на сестру хранителя Солнца, а хранители, в свою очередь, как-то не очень горят желанием общаться с прекрасным полом. По крайней мере, они так заняты, что у них просто нет сил. Или их не устраивала милая прислуга. — Этого ещё не хватало». — Вы очень добрый, господин Савада. Вот больше всего ему не нравилось, когда его так называли именно девушки. Он их как коллег по «работе» не воспринимал. С мужчинами ещё как-то смирился, там хотя бы уважение работает. А девушки… Они же такие хрупкие и нежные, какой он им господин? — Мне все так говорят, — засмеялся Тсуна, стараясь не выдать своих истинных чувств. Вернув коробки на свои места, он тяжело выдохнул. Не факт, что следующие воспоминания снова будут такими лёгкими. А, впрочем, что об этом сейчас думать? Ещё до вечера дожить нужно. — Господин Савада, ещё раз прощу простить меня за беспокойство, — сказала разноцветноглазая, когда молодой человек появился из-за стеллажей. — Ничего страшного, — кивнул он и ушёл. «Наверное, стоило хотя бы спросить её имя… Попрошу Гокудеру узнать всё». *** Тсуна вполне спокойно разбирал документы по полкам, только что проверив сейф, как в дверь постучали и из-за неё послышался голос Хром. Разрешив войти, шатен продолжил своё нехитрое, но пыльное и утомительное дело. Окно было широко распахнуто, но даже это не спасало. — Босс, — позвала Докуро, когда Тсуна замер, смотря в окно. — Босс, что с вами? — Просто показалось, — пробормотал молодой человек. Всё его тело было напряжено, как струна, но он заставил себя убрать очередную стопку папок в ящик и сесть в своё кресло. Возможно, что там ему удастся расслабиться. — Итак, что-то случилось? — Джудайме посмотрел на одноглазую. — Гокудера-сан сказал мне связаться с Мукуро-сама, — ответила та, на что Тсуна кивнул. И действительно, он давал распоряжения Хаято об этом. — Он что-то сказал? — Не очень много. Мне кажется, он был немного занят… Но он сказал, что в мире мафии какое-то странное движение. Никто этого не замечает, однако нечто странное всё же происходит. Шатен откинулся на спинку кресла, задумавшись. Может Рокудо Мукуро и не самый желанный источник информации — всё же его хранитель Тумана пытался захватить его тело, и даже сейчас говорит, что хочет сделать это, но его словам можно поверить. Во всяком случае, сейчас. — А ещё босс, он просил вас… оставить его ненадолго в покое. Он… не ваша игрушка, — Хром говорила это неохотно, хотя все присутствующие в кабинете, то есть и она и Тсуна, прекрасно понимали, что именно пытался донести до Вонголы иллюзионист. Мукуро занят выяснением причин этого движения. — Хорошо. Но ты можешь с ним связываться, если он подаст тебе знак. — Конечно. Спасибо, босс, — Наги какое-то время смотрела на него, а потом присела на стул, внимательно рассматривая лицо Савады. — Вы выспались? Небо Вонголы рассмеялся. Нет, такого он ожидал от Гокудеры, Ямамото, возможно от Ламбо, но Хром… Она даже сейчас держалась немного в стороне. Она не навязывала своё общество (хотя никто не мог сказать, что она именно навязывала — Докуро раньше был слишком молчаливой, все были рады, когда она говорила), не пыталась как-то начать разговор, если собеседник не слишком к этому располагал. — Мне кажется, что я отоспался на десять лет вперёд. Но не думаю, что после этой ночи такое может повториться, — взгляд карих глаз стал немного грустным. Да, сегодня ему может присниться достаточно тяжёлый сон. — Босс… — фиалковый глаз наполнился нежностью. — Знаешь, а ты станешь отличной матерью, — неожиданно сказал Тсуна, посмотрев в сторону. И всё же краем глаза он заметил, как покраснела его хранитель Тумана. — С-с че… Почему вы так говорите? — Ты очень добрая. Жалеешь меня, утешить пытаешься. Сложно сказать точно, просто чувствую… — Не умеешь ты делать нормальные комплементы, глупый Тсуна, — раздался низкий голос Реборна за спиной у парня. — Реборн! — нет, он всё же не заметил своего бывшего репетитора. Похоже, удача отвернулась от Савады. «И что я такого не так сказал?!» — Я пойду, — пробормотала всё ещё смущённая Хром и поспешно покинула кабинет. Тсунаёши только вздохнул. Ну вот, она сбежала. А всё почему? Потому что пришёл Реборн. Хотя, возможно, ему самому не стоило говорить такие вещи? «А если я её обидел?!» — занервничал парень. — Что ты прочитал в библиотеке? — спросил киллер, прерывая мысленные бичевания главы Вонголы. Шатен посмотрел на мужчину, уже не удивляясь тому, что тот знает всё, что он делал сегодня. Это же Реборн. С тех пор, как он снял проклятие, так от своего бывшего подопечного почти не отходит. В связи с этим у Дечимо были весьма двоякие чувства. Представьте, что за вами круглосуточно следят, и вы то чувствуете это, то нет, что пугает ещё больше. — Ничего особенного, — ответил Тсуна, переведя взгляд на документы. Жаль, что Реборн не уйдёт так просто. — А ты что-нибудь выяснил? Брюнет хмыкнул, доставая пистолет. Савада невольно напрягся. Киллер же, будто не замечая реакции молодого человека, продолжил осматривать своё оружие и смахивать с него несуществующие пылинки. — Да, выяснил. Но тебе об этом пока знать необязательно. — Реборн! — Босс не должен повышать голос на своих союзников. — Реборн, ты не мог бы всё же рассказать мне то, что узнал? Это может быть очень важно. — Тогда и ты поделись информацией, — хмыкнул мужчина. Теперь стало ясно, к чему весь этот цирк. Чтобы Тсуна рассказал то, что узнал! «Неужели нельзя было просто спросить? Что за садизм…» Подавив тяжкий вздох, Джудайме встал с кресла и подошёл к окну. Всё же прекрасный сад. Но уж больно напоминает тот, что видел Примо из своего окна. Коротко пересказав свой сон и то, что прочитал в библиотеке, Тсуна стал ждать, что скажет его друг. Хотя на что-то конкретное всё равно не рассчитывал. Даже если у Реборна и появятся какие-то мысли, то он вряд ли поделится ими вот так сразу. Сначала он проверит всё, что только можно, и только после этого скажет Саваде о своих подозрениях и выводах. Не один раз уже такое было. — Ситуация сложная, — после достаточно долгой паузы сказал киллер. — Нужно узнать, почему Примо скрыл пол преступника. Дечимо только кивнул. Это и так ясно. — Мы не можем ослабить бдительность. — Да. — Не строй из себя всезнайку. Я говорю то, что ты и так знаешь. Но не потому, что у меня нет других мыслей. Савада снова только кивнул. А что? Киллер прав. Жаль только, что из него эти «другие мысли» не вытащишь. — Когда приедет Дино? — спросил Тсуна, уцепившись за этот вопрос, как за спасательный круг. Что-то не шло общение. Брюнет взглянул на часы, висевшие на стене: — Часов через пять. — Вот как… Что ж, надеюсь, что он что-то выяснил. — Это вряд ли, — уверенно произнёс Реборн, на что получил недоумённый взгляд босса Вонголы. — Если смогли прокрасться в кабинет незаметно при всей той охране, что есть, то я думаю, что следов вор не оставил. Дино вряд ли хоть что-то удастся выяснить. — Тогда ещё более важно сообщить ему о том, что я вижу в своих снах. Лучше уж быть готовыми к нападению, чем ждать неизвестно чего. — А ты всё же поумнел, — мужчина усмехнулся. Шатен же только покачал головой. *** Джотто снова спустился в подземелье, в надежде, что Деймон закончил уже пытать несчастную девушку. Как же печально, что она устойчива к иллюзиям. Так бы всё закончилось для всех намного быстрее. К слову, это был уже даже не второй поход блондина к Спейду. Вор держалась просто поразительно долго. Её пытали не один час, а она молчала. Прислонившись спиной к холодной стене, Вонгола подавил зевок. Всё же хочется спать. Да ещё и после того как алкоголь всё больше растворялся в крови в сон потянуло намного сильнее. А ведь он закончил ещё далеко не со всеми обязанностями. «Какой долгий день. Но не для одного меня», — подумал мужчина, когда услышал вскрик пленницы. Дверь, рядом с которой и остановился Примо, открылась. В тёмный коридор, потягиваясь, вышел Спейд. Иллюзионист выглядел немного уставшим, но довольным. Это заставило блондина нахмуриться. — О, босс, — с издёвкой в голосе произнёс хранитель Тумана, — всё готово. Нашего дорогого вора зовут Софи. Ей семнадцать лет. Вступила в ту самую семью около года назад. Хоть и обзавелась несколькими товарищами, по-настоящему никому не доверилась. Там такие правила, — Деймон как-то странно улыбнулся. — Босса в лицо не видела, но получила задание спереть у тебя документы именно от него. Всё остальное не так интересно и важно. Она не знает, кто ещё мог быть отправлен с таким же заданием. Не знает, какие планы. Там каждый сам за себя. Единственное, что они должны делать все, так это не рассказывать то, что знают о других. — Это уже как-то не похоже на предательство, — сказал Примо, задумавшись. Иллюзионист только хмыкнул: — Так если кто-то попытается сдать, то его можно убить. Да и вообще, я видел в её воспоминаниях, как несколько её «товарищей» сцепились между собой. Они убили друг друга, если что. Всё ещё думаешь, что они не предатели? — Спейд рассмеялся. — Что ж, я закончил. Буду ждать, пока снова понадоблюсь, босс. Хранитель Тумана растворился в синей дымке. Джотто вздохнул с облегчением. Наконец-то Деймон ушёл. Хотя то, что он узнал безусловно важно. «Но больше подробностей не помешало бы». Первый подавил ещё один вздох, только в этот раз нервный, и вошёл в комнату. Она была абсолютно пуста за исключением стула, на котором сидела пленница. На стене был закреплён светильник — единственный источник света. Ни окон, ни каких-либо предметов мебели, ничего. Девушка не обратила на молодого человека ровно никакого внимания, так и не подняв голову. Руки её были привязаны к подлокотникам, ноги к ножкам. Маска была снята, но лицо теперь закрывали русые волосы, которые больше не держала лента. — Мне… — Не надо этого, — хрипло ответила Софи. Она не могла говорить нормально, так как сорвала голос. Но от этого интонация не изменилась. Некое пренебрежение никуда не исчезло. Девушка подняла голову, слегка качнув ей, чтобы убрать чёлку с глаз. Зелёные глаза теперь смотрели в прямо в глаза Примо. — Лучше скажите, вы всё узнали? Блондин поморщился, отводя взгляд. И что ему сказать? Конечно, он не обязан сообщать ей о своих планах или вообще о чём бы то ни было. Но он чувствовал вину перед ней. Хотя по идее не должен — она же вор. Однако если бы он не чувствовал вины, то это был бы уже не он. — Нет… — неуверенно произнёс босс Вонголы, подходя ближе. Ему не нравилось то, что он видел. Вид привязанной к стулу девушки слишком сильно напоминал о том, что его семья мафия. Самая обычная мафия, которая не щадит никого. А он так хотел, чтобы этого не было. Чтобы Вонгола никогда не стала такой. — Нет… Будете ещё пытать? И как бы не старалась шатенка говорить с лёгкой насмешкой, а всё равно вздрогнула. Джотто присел на корточки перед девушкой, заглядывая в зелёные глаза. Красивая девушка, а вор. И что с ней будет? И почему она вступила в мафию? Почему должна вздрагивать, вспоминая про пытки? — Что же сделал Деймон, что ты… Софи, расскажи мне всё сама. Несостоявшийся вор только улыбнулась, смотря теперь на потолок, будто там были ответы на все те вопросы, что она сама задавала себе. Она ведь не от хорошей жизни пошла в мафию, а теперь сидит тут, привязанная к стулу. И как будто не хочется ей рассказать всё, чтобы её только оставили в покое. — Что же я могу такого рассказать, что не вытащил из меня тот нуфуфукающий маньяк? — Если бы ещё я знал, что он мне не рассказал, — молодой босс протянул руку к верёвкам, собираясь их развязать. Девушку нужно было отвести в комнату. Она всё же не так много плохого сделала, чтобы держать её как настоящую пленницу. Софи негромко рассмеялась, закрывая глаза, чтобы сдержать слёзы. «Чёрт возьми, я терпела всё это, а говнюк этот ещё и не всё рассказал! Вот что за жизнь такая… — одинокая слеза всё же скатилась по щеке. — Никакой из меня вор. Да и этот босс тоже хорош. Кажется, что он сейчас тоже расплачется». — Что ж… — взяла себя в руки, игнорируя боль в горле и тех местах, где была верёвка. Блондин старался отлеплять её путы осторожно, но так как кожа местами всё же стёрлась до крови, боли было не избежать. — Я подумаю над тем, чтобы помочь Вам… Первый облегчённо вздохнул. Он и не надеялся, что девушка будет сотрудничать. А она достаточно легко сдалась. «Если забыть про пытки, конечно». — Скажи, может быть так, что тебя послали сюда специально? Чтобы мы тебя схватили, а они из-за этого объявили нам войну? — спросил Джотто, когда зелёноглазая поднялась на ноги. Если бы всё было так просто, то она бы ответила сразу. Но просто в её семье быть ничего не могло. Пришлось задуматься. — Всё может быть, — наконец-то ответила Софи с сомнением. — Уважаемый, — в голосе снова появилась издёвка, — может, чуть позже обсудим? — Я понимаю, что ты не в том состоянии, чтобы вести светские беседы. Однако я должен напомнить, что из-за тебя у Вонголы весьма шаткое положение, — строго заметил Примо, вмиг теряя всю ту неуверенность, скованность и чувство вины, которые были до этого. — Я должен удостовериться, что угроза серьёзна и, узнать, откуда она исходит. Шатенка только пожала плечами. В целом это не её проблемы, хотя бесспорно в них виновата именно она. Если бы только её не схватили… «… Я бы вернулась и меня тут же убили». — Просто скажи, — Примо снова смягчился, — твоя семья намерена уничтожить Вонголу? «Какие у него вопросы, однако, непростые. Будто я знаю так много». — Думаю, да. Блондин поджал губы, собираясь с мыслями. Теперь, когда он точно знает цели Аргентум, можно приступать к решительным действиям. Вот только что же именно делать? Для начала, само собой разумеется, сообщить всё хранителям. Обсудить всё с ними. А потом уже принимать решение. Но последнее слово за ним. И это, как всегда, тяжким грузом ложилось на сердце. Софи с трудом покашляла, чтобы вывести босса Вонголы из задумчивости. Можно было бы попытаться его убить (вдруг её обратно за это возьмут?), но что-то подсказывало, что этого делать не стоило. У мужчины отличная реакция. — М? Да, точно, я провожу тебя в твою комнату, — опомнился он, вздрогнув. — У меня будет комната? — удивилась зелёноглазая. — Ты всё же ничего украсть не успела. Да и… Мне неуютно, что девушку будут держать в темнице. А ты ведь не от хорошей жизни… «Он найдёт оправдание чему угодно», — поняла шатенка, но промолчала. Она благодарна Примо за это. Действительно благодарна. Хотя пытку эту никогда не забудет и не простит.