Цвет

За окном - синева морозного вечера. В номере - синие шторы, синие покрывала и синее освещение маленьких ламп. Из-за них бледная кожа Кастиэля тоже кажется синеватой, и это больше соответствует его неземному статусу, чем его обычный облик. Глаза у Кастиэля тоже синие, и сейчас они как будто слегка светятся, особенно когда Дин вглядывается в них пристально и нежно. В комнате всё кажется синим, но Дин смотрит только на Кастиэля, и всё остальное в помещении его просто не волнует. У Каса определённо светятся глаза и кажется, что это внутреннее свечение как-то связано с тем, что делает Винчестер. Дину нравится, как лежит свет на коже Кастиэля, и как падает тень от его, Дина, тела, образуя границы и линии. В номере сине-холодно, и Винчестер целует поспешно, долго, сильно, с тем расчётом, чтобы согреть. Он ложится сверху, прижимается, трётся, передавая и создавая тепло. В номере сине-искусственно, как в каком-нибудь фильме или на картине, Кас выглядит ненастоящим, не живым, а то ли сказочным, то ли экранным, и охотник всеми силами старается подтвердить, что его возлюбленный существует. Впрочем, он занимается этим и в любое другое время, просто сейчас всё по-особенному, из-за освещения, наверное. В номере сине-красиво. Дин целует как будто неживую кожу и прислушивается, дожидаясь реакции. Синева вокруг дрожит от вздохов Каса, от его одобрительного шёпота. Винчестер опускается губами совсем низко, стягивает синее покрывало с тела, немного любуется и касается губами члена. Кастиэль приподнимается на локтях, смотрит на Дина синими глазами и улыбается. Если смотреть с ракурса Дина, неприличного, но непорочного, то как раз над головой Каса две маленькие синие лампочки светят нимбом. Они закрыты сверху, и освещают стену вниз и немного вбок двумя полукругами, которые самую малость похожи на синие крылья. И глаза у Кастиэля тоже светятся. Он похож на ангела чистого неба, на ангела вечернего снега или ангела бескрайнего океана. Винчестер поднимает голову, проводит по головке языком и поднимается обратно. Когда он нависает над Кастиэлем, на того падает тень, и Дин улыбается, раздумывая, а затем прижимается лбом к плечу ангела. Тот гладит Винчестера по волосам, обнимая его сначала обеими руками, а потом и ногами, прижимаясь достаточно тесно, чтобы ощущения были максимальными, но всё же позволяя двигаться свободно. Дину даже почти не хотелось секса, но это было так естественно и правильно, что он действовал почти машинально, увлечённо танцем тени и синеватого света на плече Каса. Он двигается плавно, медленно, и, когда останавливается, кажется, что их тела схватывает синий лёд, чистый и холодный, а когда двигается - словно они вдруг оказываются в волнах синего моря. Глаза Кастиэля - то два светлячка, то звёзды, то просто синие искорки, и Дин почти боится на них посмотреть, потому что иногда он почти слишком, немужественно восторгается своим возлюбленным. И особенно не любит этого в постели, потому что тогда занятия любовью становятся слишком яркими, и все переживания Дина вылезают из тёмных углов и освещаются этими синими вспышками, как в грозу. Дину перестаёт нравиться звук, он слишком пошлый и слишком физический, он слишком указывает на то, что это - процесс, происходящий между двумя телами, и Винчестер злится, потому что для него это уже совсем не секс, а нечто гораздо более глубокое. Он упирается руками в кровать, приподнимается и смотрит, стараясь не слушать. Когда синие пятна под ним начинают сливаться, а синие вспышки появляются не в тех углах зрения, где должны быть, охотник мотает головой, позволяя Кастиэлю утянуть себя обратно, и рвано дышит, почти не ощущая, как покидает чужое тело. Он ложится рядом с Касом, прижимается к нему и закрывает глаза. Он проваливается в сон, поэтому не видит, как Кастиэль гасит в номере все синие огоньки, а за окном окончательно садится солнце. Фонарей с этой стороны гостиницы нет, а слабый свет луны не проникает в номер из-за нескольких зданий напротив, в которых не горит ни одного окна. Вечер за окном становится тёмным, темнота поглощает комнату, кровать и тех, кто на этой кровати лежит. А когда Кас закрывает глаза, гаснут последние синие огоньки, и всё синее превращается в чёрное.