Третий кошмар Гарри Поттера

Следующие семь дней моей жизни прошли словно в нелепом сне. Я старательно изображал из себя дерево, а вернее дракона, не способного соображать, радуясь внутренне тому, что Поттер абсолютно не владеет легилименцией. А тот стал словно бы одержим идеей снять с меня заклятье. Не знаю, откуда у него взялись энергия и силы, но только каждый день он выдумывал что-то новое. Первый день Поттер просидел в библиотеке, силясь найти информацию по своему вопросу и укрыв меня мантией невидимкой, чтоб нас не выгнали. Так и знал, что у него есть мантия – вот как ему в Хогвартсе все сходило с рук! От злости плюнул в нее огнем, но дыру не прожег – древний артефакт, его так просто не испортишь. Шрамоголовый тем временем прочитал где-то, что драконы питаются желтыми тюльпанами. Хотел поджечь ему за это диван, но удержался и просто съел его ужин – чтоб неповадно было. Второй день не переставая махал на меня палочкой, вооружившись справочником “Ошибки в заклятиях и как их исправлять”. Было страшно - вдруг ненароком проткнет мне глаз? С него станется, пожалуй. А палочка действительно с тех пор слушается его лучше, чем меня. Надо будет треснуть его каким-нибудь заклятьем, когда, наконец, обращусь. На третий день зачем-то показывал меня владельцу лавки “Волшебных тварей больше не нужно искать”, в которой торговали животными, спрашивал все ли со мной хорошо. Тот посмотрел на него как на идиота и выписали ему рецепт на успокаивающий нервы настой. Грубиян, мог бы и повежливее с победителем Темного лорда. Кроме того, Поттер мой мальчик для битья, нечего зариться на чужое. Опрокинул им клетку с пикси, которые тут же принялись громить все вокруг. Шрамоголовый от моей выходки ржал как придурок, и даже потрепал меня в знак одобрения по голове. Черт, Поттер, я же тебе не кот какой-нибудь! День четвертый Бог создал светила, чтобы отделять свет от тьмы. (Быт. 1, 16–19). Символично, что именно в этот день Поттер разучился их различать. Я чуть было не поперхнулся дымом от удивления, когда понял, что место, куда мы аппарировали сегодня – Лютный переулок. Сырость, вонь, узкие проходы между высокими сводами древних стен. Многие лавочки после войны закрылись, большинство завсегдатаев переулка коротали свои дни в Азкабане, но кое-где по-прежнему горел тусклый свет. Поттер не пропустил ни одной двери, обращаясь ко всем с одним и тем же вопросом и пытаясь убедить, что не гнушается никаких средств. Да только кто поверит без пяти минут аврору, спасителю мира, да и просто золотому мальчику? Непременно наталкиваясь на недоверие, топорно прикрытое нездоровой лестью, он с упорством барана двигался от магазинчика к магазинчику, а то время как я пытался в очередной раз влезть к нему в мозги. Ставшая привычной за эти дни пустота вгоняла в уныние. Я был уверен, что Поттер никогда не учился окклюменции. К тому же легко было понять, что в его голове нет никаких искусственных границ. Просто вместо привычного хоровода мыслей нормального человека, у него была всего одна, которая не давала пробиться никаким другим. Это мысль звучала как: “Спасти чертова Малфоя, во что бы то ни стало - спасти Драко Малфоя”. На пятый день в плотно занавешенное шторами окно влетела потрепанного вида сипуха и бухнула на стол посылку с указанием Франции в качестве страны отправителя. Оказалось, что Поттер уже несколько дней назад заказал за довольно-таки приличную сумму средств экспериментальный набор зелий у тамошнего шарлатана, обещавшего помочь. Пить непровереные средства было бы глупо и опасно, поэтому я изображал из себя невоспитанного дракона, пуляясь огнем и опрокидывая мебель. Можно сказать, я вступил в схватку с гостиничным номером. Само собой, бой был неравный. И разумеется я победил. Гостиничному номеру был нанесен непоправимый ущерб. Шрамоголовый погрозил мне, сидящему на шкафу, пальцем, обещая скорую расправу, но манящие чары использовать не стал. Иногда складывалось впечатление, что тот иногда забывает, что он волшебник. Ночью пришлось при тусклом свете камина изучать инструкцию к каждой склянке и внимательно проверять состав. Оказалось, большая часть зелий абсолютно нейтральна, еще небольшая часть оказывает общий укрепляющий и тонизирующий эффект, еще парочка заставит меня поменять размер и окрас. А значит можно будет утром порадовать Поттера своей сговорчивостью и выпить бесполезные зелья. Мне было, честно сказать, смешно наблюдать за истерией шрамоголового. Я то знал, что по истечении недели действие заклинания рассеется, и я вновь обрету свой облик. На самом деле мне не впервой быть в шкуре дракончика. Еще когда я был совсем ребенком, просто из-за схожести моего имени со словом заклятья, я однажды был случайно обращен. Веселая тогда выдалась неделька. Весь следующий день Поттер аккуратно поил меня одним зельем за другим, засекая необходимое для результата время, и безнадежно качал головой, когда чуда в назначенный час так и происходило. К тому моменту, как я опустошил все склянки, он представлял из себя жалкое зрелище. Взъерошенный, небритый, с мешками под глазами и потухшим взглядом он был похож скорее на запойного алкоголика, чем Спасителя мира. Тщетность всех предпринимаемых им попыток в конечном итоге все-таки подкосила его и он, махнув рукой на всё, ушёл за выпивкой. А я смотрел на огонь и погружался в воспоминания. Воспоминания о том, что произошло тогда в коридоре отеля.