Эффект Пигмалиона

"О, Галатея! Как ты жестока, Мне в наказанье, любимцу порока.." Вам интересна история моей жизни? Как пошло. Люди мечтают забраться в корзину с грязным бельем своего кумира, хотя я и без того выворачиваю себя наизнанку на каждом выступлении. Грязные людишки. Их всегда интересовало то, что под ширинкой, а не то, что под ребрами. Однако, раз уж так сложился вечер… Да и кофе, отдаю должное Вашему вкусу, совсем неплох… Я расскажу Вам. Я родился… Нет-нет, о годах мы говорить не будем. Ни грамма кокетства, я уже и позабыл, когда же матушка разрешилась бременем. Да и так ли это важно? Год, месяц, день, место – достаточно того, что у меня есть паспорт, и там все написано. Я родился в семье музыкантов, преподавателей музыки в школе, точнее, и в доме всегда играла музыка. Отец посадил меня за фортепиано в четыре года, хотя, как мне кажется, я тянул к нему руки и раньше. Я обожал классику, особенно творчество Иоганна Баха, знаете, эту фундаментальность органа и устремленность ввысь от звуков клавесина. Били ли меня? Почему Вы спрашиваете, неужели я так похож на жертву домашнего насилия? Нет, не били. И с одноклассниками я почти не ссорился, разве что дрался пару раз за право отнести до дома портфель одной девочки, но было это… Да, именно, очень давно. В остальном я не припомню крупных конфликтов. Я шел отдельно от одноклассников, был словно вне их общества. В школе я тоже не испытывал никаких затруднений, разве что меня огорчал запрет надевать что-то кроме школьной формы. Именно тогда я понял, как много могут изменить ножницы и нитка, я приходил на занятия с ирокезом и рвал подол пиджака. Мне стыдно вспоминать, как я тогда выглядел. Я занимался гандболом, но не потому что мне нравилось скакать по школьному залу с мечом, как обезьяна, – полы там были кошмарно скользкие – а потому что нужно было быть членом какого-то клуба. Я ненавидел эти занятия, мне всегда было противно жить частью коллектива. Стада, если говорить о тех юрких потных мальчишках. Старшая школа принесла самое большое разочарование моей юности. В Японию тогда как раз проникла западная музыка, классический рок, металл, и я увлекся. Настолько серьезно, что попросил родителей подарить мне гитару. И знаете, что они мне принесли на день рождения? Фольк-гитару. Праздник был окончательно испорчен. Я поставил её в самый пыльный угол и никогда не прикасался, даже не протирал тряпкой во время уборки. Я сам нашел деньги и купил настоящую электрическую гитару, на которой и учился играть. Если это была шутка родителей – то она слишком жестока. Почему Вы смеетесь? Думаете, это смешно?.. Я не получил высшее образование. Как я уже говорил, нет ничего хуже, чем работать в огромной компании и быть маленький муравьем рядом с ней. Я собрал деньги и уехал из Хиросимы в Осаку. Основал там группу, в которой был басистом. Мы играли какой-то лохматый панк, я тратил все скромные деньги на лак для волос, итальянские фильмы ужасов и злачные кварталы. Зрители не очень-то нас любили, и в скором времени группа распалась. Как начались Malice Mizer? Наверное, мне надоело вечно пахнуть пивом. Эта группа стала воплощением моих детей, я вкладывал в нее максимум себя, работал на износ и… И все разрушилось, как карточный домик. В прочем, об этом Вы наверняка знаете не меньше моего, газеты немало потрепали наши имена. Я женился. Не то чтобы я действительно любил Юкиэ Ито, эту затычку в каждой бочке. Стыдно признаться, но иногда мне кажется, что это не я сделал ей предложение, а она так удачно все подстроила и подтолкнула в нужном направлении. Я всегда был крайне чувствителен и осторожен, даже труслив, особенно в отношениях с женским полом. Но брак оказался плодотворным, возглавив Midi:Nette, она оказалась на своем месте, а я получил хорошего продюсера в её лице. Более того, она терпит мои измены и… Я думаю, Вам придется угостить меня чем-то более крепким, чем кофе, чтобы я решился рассказать такие факты своей биографии. Кальвадос, яблочная водка… Подойдет, только немного. Утром вставать на пробежку, головная боль мне ни к чему. Соседи завели двух отвратительных огромных псин, которые вечно за мной гоняются. То, что Вы услышите дальше, не должно быть никогда не должно быть опубликовано. Никто не должен об этом знать. Если эта информация всплывет… Не хочу показаться грубым, но Вы пожалеете о том, что своевременно не отрезали себе язык. По рукам? Кампай! До чего же крепко. Слушайте.