Правда во снах

POV Баязид. "Я был в лесу, в ладони сжимал рукоятку клинка, что дарил мне покойный брат Мехмед. Осмотревшись по сторонам, я не увидел никого. Осенний лес окружал меня, поглощая своей абсолютной глухой тишиной. Не было слышно даже шороха листьев по ветру. Пройдя вперед вглубь леса, я увидел человека. Он стоял спиной ко мне, тихо и осторожно коснулся его плеча, а когда этот человек обернулся, я впал в полный ступор. - Мехмед! - на одном дыхании произнес я имя покойного брата. Брат был не такой, каким я его знал. Он был абсолютной противоположностью. В нем не было того дружелюбия и миролюбия, которыми он славился. Его взгляд был вовсе не добрым, впервые я видел гнев в этих глазах. Мехмед долго смотрел на меня, после чего потянулся к поясу, и я понял, почему в моих руках меч. Брат со молниеносной скоростью блеснул мечом в опасной близости от моего лица. Ничего не понимая, я отскочил от него, выставив руки перед собой. - Мехмед, что ты делаешь, брат? Это я - Баязид! - я кричал ему эти слова, но он словно и не слышал меня. Продолжал наступать, смотря, как на врага. - Я твой враг, Баязид! Дерись со мной! Ты должен бороться со мной! - он говорил со мной, продолжая рассекать воздух мечом. - Я не буду, Мехмед! Не буду драться с тобой! - Трус! Нападай на меня! - брат пронес меч вблизи моего плеча, и слегка хлестнул по кольчуге. Я поморщился от резкой боли, потому что меч прорезал кольчугу и добрался до кожи. Царапина была не значительной, поэтому я не зациклил на ней свое внимание. - Убери оружие! - крикнул я, для испуга пронеся меч перед ним. Он отпрыгнул, но в его глазах появилось еще больше ярости и гнева. - Что скажет отец, когда увидит тебя таким? Увидит, как ты поднимаешь оружие на брата. Хочешь убить меня. - Отец ничего мне не скажет! - с этими словами я был повален на землю. Брат возвысился надо мной и взмахнул меч над головой. На мои глаза наступили неконтролируемые слезы, которые я пытался сдержать. Я так любил брата. Чтил его память с уважением и любовью. И вот при первой же нашей встрече, он хочет убить меня. - Прошу, не нужно! - Тебя не пощадят, Баязид! Если тебя не щадит родной старший брат, то какой враг пощадит, а? - резко наклонившись, Мехмед взял меня за ворот и приподнял, заглядывая прямо в глаза. - Ты расплакался, как ребенок! Ты должен быть сильным, уметь сражаться, постоять за себя! - Я не могу поднять руку на брата! - сказал я. - Милосердие убьет тебя, брат! Чтобы выжить ты должен стать тираном. Забыть о родственных узах. Ты должен быть ведомым справедливостью и умом, а не сердцем! Твое сердце и разум слишком чисты для этого мира! - брат вновь подошел ко мне, и кинул меч. - Давай же, поднимайся! Бери меч, сражайся со мной! - я в слезах отползал от брата, и скрутился калачиком. - Прошу тебя пусти или убей меня! Я не пойду против тебя! - Вставай, я сказал! - Мехмед одним движением руки,, поставил меня на ноги и дал в руки оружие. - Сражайся! - Захлебываясь в собственных слезах, я смотрел в глаза брата, которые горели яростью. Никогда я не видел этой ярости в его глазах. Он взмахнул меч и хотел нанести удар, но я перехватил его руку, выбил оружие из ладони, и опустил его на колени. - Никогда, слышишь, никогда! - закричал я, смотря на его ошарашенное лицо. - Я на тебя никогда руки не подниму! Ты мой брат! - я кричал что есть силы, срывая горло. Отпустив его, я попятился назад. Мое дыхание было слишком тяжелым, от чего закружилась голова, пот проступил на лбу и маленькими редкими капельками стекал по лицу смешиваясь с моими слезами. Я бежал по лесу, оставив Мехмеда позади. Бежал от него. От страха, что причиню боль брату. Неожиданно на моем пути возник Селим. Я не успел остановиться и попал в его объятия. Я почувствовал резкую и невыносимую боль в животе. Селим крепко держал меня, не давая возможности отстраниться. Сумев оторваться от него, я увидел кинжал торчащий из моего живота. Переведя взгляд на Селима, я одним взглядом задал ему вопрос: "За что?". Я упал на землю, в глазах начало мутнеть, боль поглощала. Селим встал надо мной и с довольной ухмылкой смотрел на меня сверху вниз. - У меня нет братьев, Баязид! Я сильнее тебя! - это было последнее, что я услышал перед тем, как попал во тьму." Открыв глаза, тяжело дыша, я сел на кровати. Спрятав лицо в ладонях, я зажмурил глаза, пытаясь осознать то, что видел. Пытаясь убедить себя, что все это было сном. Что Мехмеда нет, он давно умер, а Селим не посмеет так поступить со мной. Мне не хватало воздуха, я весь был покрыт холодными крапинками пота. Накинув на плечи халат, я вышел на балкон своих покоев, вдыхая свежий, ночной воздух Стамбула. Мой взгляд был устремлен в звездное прекрасное небо. Оно было столько загадочным, хранило столько людских тайн, что его хватало на всех. - Стоит ли мне остерегаться своих братьев? - произнес я, разрушая тишину своими словами. - Старшего брата Мустафу, которому я обязан многими навыками, которыми обладаю благодаря нему. Селима, который никогда не отличался особой братской привязанностью и любовью, но все же мой родной брат. Джихангир. - произнеся имя брата, я ласково улыбнулся. - Маленького братишки, который не способен обидеть даже муровья. - Что же это был за сон? - я говорил сам с собой, пытаясь понять все, что увидел минутой назад. В мои покои постучались, и я в негодовании пошел в сторону дверей. Что могло потревожить мой покой в такое позднее время. Раскрыв двери, я увидел на пороге Агу, который склонив голову протягивал мне сверток бумаги. - Что это? Кто тебя послал? - строго спросил я, нахмурив взгляд. - Хуриджихан Султан! - услышав имя своей Султанши, я сразу же сменился в лице и выхватил сверток из рук Аги, наклонившись к его уху. - Если кто-либо узнает об этом, то твоя голова слетит с плеч! - Я понял, Шехзаде! - промямлил Ага, и начал отдаляться. Проникнув обратно в покои, закрыв двери, я с нетерпением раскрыл сверток. "Я видела тебя на балконе. Если сон не приходит к тебе, то мы можем встретиться сейчас в мраморном дворце." Не думая и секунды, я надел первый попавшийся кафтан, и пошел в сторону дворца. Я готов променять все, что только можно только за один взгляд любимых карих глаз, которые лечили все мои раны и отвечали на все мои вопросы. Пройдя по темному дворцовому саду, я попал в мраморный дворец. Я знал в каких покоях искать Хуриджихан, поэтому уверенно направился в нужную сторону. Как и ожидал, я застал ее там. Как только я увидел Хуриджихан, по телу пролилась волна тепла, и улыбка неосознанно появилась на лице. Девушка ответила мне улыбкой и моим любимым румянцем на щеках. Подойдя к ней, я взял ее руки в плен своих ладоней. Такая грациозная, нежная, женственная. Она стояла передо мной и я понимал, что она моя Госпожа, а я раб ее чар. - Почему ты не спал в столь позднее время? - с беспокойством спросила она. Осторожно, словно боясь, что я отстранюсь, она опустила свою теплую ладошку на мою щеку. Я сразу же прильнул к ее ладони, и закрыл глаза. Теперь я действительно дома. - Мне приснился сон. - я не стал скрывать правды. - Он разбудил тебя? - Да! - ответил я. Мы присели на диван, я обнял Хуриджихан, и притянул к себе. Сейчас мне было необходимо ее тепло и ощущение того, что она рядом. Она застенчиво опустила глаза, а щечки еще пуще налились румянцем, на что я ласково улыбнулся. - Что тебе снилось? - улыбка стерлась с лица, и я устремил взгляд перед собой. - Мехмед! - это все, что я произнес. - Покойный Шехзаде Мехмед? - удивленно спросила она. - Да, мой брат! И еще Селим... - Баязид, это от того, что Повелитель назначил тебя санджак-беем Сарухана! Ты был на эмоциях, много думал об этом, поэтому тебе и приснился Селим! - Хуриджихан словно пыталась как-то успокоить меня, чем умиляла меня еще больше. -Мехмед пытался мне что-то сказать, Хуриджихан! Он дрался со мной, а я убегал, просил не воевать! Но он был напорист, зол, разъярен... Продолжал нападать на меня. Когда я убежал от него, то попал в ловушку к Селиму и он убил меня. - О, Аллах! - с испугом произнесла Хуриджихан, приложив ладонь к губам. - Тебе стоит остерегаться Селима, Баязид! - Мне стоит остерегаться каждого! Теперь все будут хотеть получить мое место, но я не могу смотреть на братьев, как на врагов! - Так заведено, Баязид! Ты родился престолонаследником, это твое бремя! - Да, это мое бремя! Но, как же я стану таким тираном, чтобы увидеть в братьях врагов? - я посмотрел в глаза любимой, а она сжала мою руку в своих ладошках. - Я буду рядом, и поверь, не позволю, чтобы ты потерял то милосердие, за которое полюбила тебя! - улыбнувшись ее словам, я робко и осторожно коснулся ее щеки, от чего сердце заколотилось быстрее, а в ушах встал гул. Я оперся своим лбом о ее, и закрыл глаза. Мне нечего боятся, если на протяжении моего долгого пути со мной будет любимая, которая будет моей опорой и отрадой. POV Селим. Вновь режущий глаза яркий свет наполнил покои. Пытаясь спрятаться от солнца, я закопался лицом в подушку и хотел продолжить сон, который помогает забыть реальность. После вчерашнего ужина и самого главного объявления Повелителя, я потерял рассудок. Ворвавшись в свои покои, я сносил все на своем пути. Меня съедала зависть и ярость. Я выгнал Хатун, которая ожидала меня в покоях, перепуганная девушка выбежала так быстро, как только могла. Вино было нескончаемым. Я напился до такой степени, что не помнил, как уснул. Впрочем, как и всегда. Как же Повелитель мог отдать Сарухан Баязиду, когда есть я, есть Мустафа. У него есть старшие сыновья, а титул первого престолонаследника он отдал третьему сыну. Да, возможно, своим поведением, я не заслуживаю этого титула, но есть брат Мустафа, который наиболее достойный. Но и он был обделен вниманием Повелителя. А Баязид, который никогда никого не слышал и не желал слышать стал любимым сыном, которого сам Отец желает видеть на престоле. - Шехзаде! - я услышал ласковый и нежный голос за спиной. Нехотя оторвавшись от подушки и с трудом разлепив глаза, я увидел Хатун, что ждала меня ночью. Она стояла держа в руках поднос с графином, на ее лице была робкая улыбка, глаза были устремлены в пол. Не смотря на ноющую боль во всем теле, я поднялся на ноги и подошел к девушке. Она продолжала смотреть в пол. Если уж я прогнал ее ночью и обидел, то стоит загладить свою вину. Забрав поднос из ее рук, и поставив его на пол, я сровнялся с ней. Нежно взяв ее подбородок двумя пальцами, я приподнял ее лицо, чтобы она посмотрела на меня. Я был сражен ее взглядом черных глаз. - Как твое имя? - Нурбану, Шехзаде! - как я мог забыть это чудесное имя. Посадив ее на кровать рядом с собой, я приблизился к ее лицу и на мгновение замер. Ее горячее дыхание опаляло мою кожу, коснувшись пальцами ее шеи, я почувствовал, как учащенно пульсирует слегка выпирающая венка. Мое сердце колотилось в точности отражая ритм ее сердца. Я больше не мог сдерживаться, и осторожно коснулся ее губ. Она замерла, но через мгновение уже отвечала мне взаимностью. Поцелуй перерос в самую настоящую страсть. Она зажгла во мне бушующий вулкан который казалось спал целые годы. Ни с одной из наложниц я не ощущал себя настолько хорошо, как с ней.