Когда разница не имеет значения

Прошло несколько дней. Иван на звонки не отвечал, дверь дома не открывал, а мама не могла толком объяснить, почему он вообще решил расстаться со мной. В тот день я остался дома, а мама только махнула рукой на мое безделье и ушла работать. Я же наскреб немного денег и пошел в магазин, дабы купить себе пачку чипсов и чего-нибудь попить. День обещал быть скучным, не приносящим никакой пользы, но такие дни были даже лучше, чем нудные пары в колледже. Дымок в нашем районе я заметил сразу. Не то, чтобы меня это особо взволновало: мало ли кто там жжет мусор? Но по мере приближения к дому, я понимал, что дела плохи. Когда я подходил к подъезду, окно на первом этаже в квартире рядом резко выбило мощной струей воздуха, и оттуда показались рыжие языки огня. Я отлетел в сторону, стараясь на попасть на осколки, кинул в кусты пакет с продуктами и стал искать ключи в карманах. Руки дрожали, поэтому я достаточно долго открывал подъездную дверь, но как только это сделал, сразу взлетел по пирожкам и распахнул дверь в нашу квартиру. Соседская дверь, откуда и начался пожар, была нараспашку, огонь медленно приникал на площадку и подбивался к нашей квартире. Я забежал внутрь и сразу отправился собирать все важные документы у мамы в комнате. Скинув это все в свой рюкзак, я взял телефон и позвонил маме. - Мам, у нас пожар! - сразу крикнул я ей в трубку. - Приезжай скорее, пожалуйста! И сразу положил, не дожидаясь ответа. Следом за этим я вызвал пожарных. Когда я закинул рюкзак с вещами на плечо и собрался было уже уходить, кто-то закричал. Выскочив на площадку, я увидел нашу соседку из квартиры рядом, которая стояла у входа и прижимала руку ко рту. - П-помоги! - закричала она, когда увидела меня, потом сделала резкий выпад вперед и стала трясти меня за кофту. - Там моя дочь! Моя дочь! - О боже...- прошептал я, потом скинул рюкзак, куртку и отдал все женщине. - Стойте тут или лучше уйдите на безопасное расстояние. Я постараюсь вытащить вашу дочь оттуда. - И я, задержав дыхание, забежал в квартиру, полную огня. Сначала ничего не было видно, кроме ярких языков пылающего огня и догорающей мебели под ногами. Я, спотыкаясь об диван и потом об кресло, медленно пробирался вперед, прислушиваясь к любым звукам с разных концов квартиры. Наконец, я толкнул одну из закрытых дверей и услышал громкий детский плач. Кроватка стояла у окна. Я подбежал к ней и хотел было уже схватить ребенка, но где-то сверху послышался скрип и прямо передо мной упал горящая доска. Я успел отскочить, но футболка все же задымилась, и пришлось ее наспех снять и отдать на съедение огню. Потом же я не стал мешкать, подхватил ревущего ребенка на руки и со всей дури понесся обратно к выходу. У двери меня ждала заплаканная соседка. Я сунул ей в руки ребенка и хотел было уже предложить покинуть скорее дом, но она вдруг снова расплакалась и стала показывать пальцем куда-то вглубь квартиры. - Там... В тумбочке... Все наши документы! Мы без них пропадем! - всхлипнула она, а я тихо выругался и закатил глаза. А потом снова скрылся в горящей квартире. Дышать тут становилось все труднее, потолок медленно рушился и преграждал мне путь обложками досок и чего-то еще, полыхающего, как бумага. Я подбежал к злополучной тумбочке и стал выдвигать ящики один за другим, пытаясь найти хотя бы что-то из того, что нужно. В самом последнем обнаружился пакет с тем, что я и хотел, но как только я развернулся и собрался было идти обратно в коридор, прямо передо мной, преграждая мне путь на свободу, упал огромный деревянный шкаф и вспыхнул с новой силой. Выхода не было. Я резко метнулся к окну, но оно выходило совсем в другую сторону, во дворы, где не был никого, кто услышал бы меня. А вылезти через него было нереально потому, что и тут на подоконнике полыхали старые доски. Вытащив быстро телефон, я стал набирать маму, но ее номер почему-то был недоступен. Поэтому я, резко усевшись на пол в комнате, обхватил трубку двумя дрожащими руками и набрал единственный номер, который помнил наизусть. - Алло, - раздался немного измученный голос на той стороне провода. - Я же говорил тебе не... - Иван, - тихо сказал я, хватая ртом еще оставшийся тут воздух. - Я люблю тебя. *** Этот день не был похож на все предыдущие. С самого утра у Ивана появилось странное желание сесть рисовать, и, когда он открыл альбом для рисунков, идея пришла как-то сама собой. Он просто залез в свой старый, но все еще живой телефон, и нашел фотографию Тимы, спящего у него на кровати, свернувшись калачиком. Иван сделал ее еще зимой, когда только уходил. Пусть это будет не лучший рисунок этого парня, но вполне годный для стольких лет отказа от художеств. И не важно, что Тима все равно не увидит. Сначала все шло как по маслу, но потом к Ивану начали приходить не слишком радужные воспоминания, вплоть до секса в первый день их знакомства, поэтому он плюнул, отложил кисть и решил закончить когда-нибудь потом, а сейчас как следует выпить. Или, быть может, пойти прогуляться. Он вернулся обратно в спальню, залез под кровать и достал оттуда бутылку не самого хорошего коньяка. Как так быстро он скатился до уровня пьяницы, Иван сразу сказать не мог, но был уверен, что началось все в тот день, когда мужчина снова все разрушил. После этого он ни раз думал о сложившейся ситуации и о том, что тест ДНК слишком дорогой для того, чтобы делать его просто потому, что некоторое время назад Иван трахнул девушку, а потом у нее родился такой прекрасный сынишка. Но и других способов выяснить свое возможное отцовство было невозможно. Поэтому проще было все разрушить. Иван снова немного выпил, как и во все дни до этого, а потом все же вернулся к своей не слишком уж удачной картине. Когда телефон зазвонил где-то в полдень, он чуть не подскочил от такого внезапного поворота событий. Сначала мужчина хотел не брать, заметив растянувшуюся на весь треснутый экран надпись "Тима вызывает", но потом отложил в сторону краски и нажал на кнопку вызова, собираясь с духом, чтобы снова отшить этого мальчишку. - Алло, - наиграно холодно начал он, хотя уже не получалось так идеально, как некоторое время назад. - Я же говорил тебе не... - Иван, - перебил на середине предложения мужчину парень, а потом тихо закашлился и заговорил хриплым и приглушенным голосом. - Я люблю тебя. - Что случилось?! - тут же выпалил Иван, забывая обо всем, что так старательно выдумывал перед звонком. - Где ты?! - У нас пожар в доме, - кашляя, ответил он. Где-то на заднем плане что-то заскрипело. - Я хотел помочь соседке вытащить ее вещи и застрял в одной из горящих комнат... Но это уже не важно... - Не важно?! - снова выкрикнул Иван, потом вскочил, полетел в коридор и наспех обул свои ботинки. После этого он схватил свои ключи, вылетел из квартиры и побежал на улицу, совсем не думая о прохладной погоде. - Не клади трубку, говори со мной! Слышишь, Тима?! Говори со мной! - Да, слышу...- отозвался он, спустя несколько секунд, и снова послышался кашель. - Что ты хочешь? - Я бегу к тебе, - ответил Иван и серьезно перешел на бег, сразу сворачивая на самую короткую дорогу. Благо, город был маленький, и жили они близко. - Только не смей умирать, слышишь?! Я еще не сказал тебе...- внезапно что-то треснуло, и в трубке раздались короткие гудки. - Как я люблю тебя...- прошептал он одними губами, потом сунул телефон в карман и побежал так, как не бегал ни разу в своей жизни. У подъезда уже было много народу, но пожарных нигде не было видно. Саша сразу кинулась к нему в слезах и что-то говорила, но он совсем ее не слышал. Просто отпихнув девушку, Иван влетел в дом и сразу же, не раздумывая, забежал в квартиру соседей мальчика. - Тима! - закричал он, надрывая голосовые связки. - Тима!!! - Я тут...- послышался тихий голос откуда-то справа, Иван резко развернулся и увидел парня на маленьком островке без огня, за огромным горящим шкафом. Мужчина бросился вперед, выкинул одну ногу и со всей дури ударил по шкафу. Тот немного подвинулся, освобождая проход, и Иван стал быстро пропихиваться, не обращая внимания на ожоги. В комнате практически не осталось воздуха. Когда Иван подхватил на руки Тиму, тот был уже без сознания, но все еще дышал, хоть и еле слышно. Мужчина рывком оттолкнул шкаф еще сильнее и побежал к выходу, прижимая к себе самое дорогое, что у него было. В руках Тима сжимал пакет с какими-то бумагами. У выхода из квартиры их атаковала какая-то женщина, требуя документы, но когда Иван быстро пихнул ей в руки пакет и понес мальчика дальше, сразу замолчала. У подъезда уже стояли машины скорой помощи и пожарных. Мужчина вылетел из подъезда, упал со своей драгоценной ношей на колени, все еще прижимая ее к себе, проехался на них немного и остановился, чувствуя, как сознание от него уплывает. Когда врачи забрали из его рук еле дышащего Тиму и погрузили на носилки, Иван позволил себе закрыть глаза и провалиться в спасительную темноту. Этот день был не похож на все предыдущие.