Пролог, он же Epistula I.
7 декабря 2013 г., 06:17
Бедная, бедная, бедная. Несчастная, невезучая, на судьбу злая, всегда беспокойная. Невообразимо мне себя жалко, так уж выходит.
Драко жаловался на него всё это время. То ему не так, это ему не так, а что поделать – ребёнок в переходном возрасте. Я порой задумываюсь, а что было бы, если бы он когда-нибудь узнал о том, что я ему уготовила, как порядочная мать… Самое неприятное в том, что Люциус бы его поддержал – не потому, что он мальчик, а потому, что он Поттер… Вот ведь люди принципа. Нет. Не могу. Не могу, не знаю, не ведаю я, как с ними тягаться. Ты уж прости меня, милый Северус, но даже самой сильной женщине нужно высказываться хотя бы так. А кроме тебя у меня никого такого нет, кто выслушал бы, да ещё и прислал упаковку очередного успокоительного сбора. Боже, какие они у тебя приятные, Северус…особенно тот, с женьшенем…
Так, что-то я ушла от насущной проблемы. Что я от тебя хочу кроме твоего сбора, так это свежих новостей про их отношения. Не важно каких, главное – свежих. Но желательно, конечно, позитивных. Как, кстати, успехи Драко в учёбе? Поттер его от этого особо не отвлекает? Не следует ли нам смести с пути семейку рыжих и полукровку? Жду твоих ответом на эти, а также на не заданные вопросы.
Нарцисса.
Конверт захлопнулся и плавно опустился обратно в руки профессора Снейпа. Тот автоматически бросил его в ящик, уже порядочно наполненный письмами схожего содержания. Ящик захлопнулся с чавкающим щелчком, явно довольный собой и своей службой. Профессор надавил двумя пальцами на переносицу, тяжко выдыхая и собираясь с мыслями. Скорее всего, госпожа Малфой получит только часть успокоительного сбора – самому Снейпу он был нужен как никогда. В конце концов, он начал медленно вспоминать события прошедшей половины недели, выстраивая их в одну линию, чтобы умное самопишущее перо могло распознать информацию и записать её ровными каллиграфическими строчками.
Отвечаю на первые три вопроса: Не плохо, иногда, ни в коем случае. Распишу немного подробнее, мало ли. Понедельник…
Гарри Поттер медленно и непринуждённо шествовал по коридору рядом со своим вечным приятелем, Рональдом Уизли. Встали оба юноши рано, просто потому, что оба обожают шататься вместе по школе и говорить о том, что может быть интересно только пятнадцатилетним юношам, вне зависимости от принадлежности к миру магов. Правда, некоторые детали обсуждаемых тем могут отличаться, просто из-за наличия в них простенькой магической закрутки. Но общий смысл сводится к нескольким словам: боевые искусства, приключенческая литература, механизмы, учителя, девушки пятнадцати лет. О последнем пункте Поттер говорить не любит. Причём не любит однобоко. Уизли он выслушивает с искренним желанием посоветовать, порадоваться, посмеяться и просто поддержать. Сам юноша о своих мечтах и отношениях предпочитает тактично молчать. Скорее всего, в этом его отличие – Поттер воспринимает любой намёк на интрижку как что-то личное и настолько серьёзное, что простым сокурсникам не постичь, не уразуметь.
Драко же Малфой сидел с ногами на подоконнике, задумчиво смотря на двор. Зима только начиналась, романтичное время. Хотя, зная того же Драко, вряд ли можно предположить, что он думал о красотах легких снежинок.
Как и следовало предполагать, нашла коса на камень. Лишь только услышав громкий смех обоих, Драко уже стал похож на ощетинившегося кота. Но он ничего не говорил. Поттер тоже предпочёл смолчать, а вот прямолинейная душа Уизли вылилась в язвительных комментариях. Примерно таким был диалог:
- Что, хорёк, ждёшь шанса страшной мести?
- Природа тебе и так отомстила, Уизли.
- И каким же это образом?
- Ты родился.
- Вот слизняк слизеринский!
- Что, больше ответить нечего?
Тут между обоими промелькнула рука Поттера, а слегка раздражённый голос прервал ежедневную перепалку.
- Рон! Перестань. В конце концов, ты начал первым. А на его язык не обращай внимания… когда-нибудь, он сам об него порежется.
Драко бессильно открывал и закрывал рот. Поттер толкнул упирающегося Рона в спину, и они направились дальше по коридору к кабинетам. Больше в тот день эксцессов не было.
Во вторник, на уроке зельеварения, мистер Поттер и мистер Малфой поспорили, кто из них сварит лучшее кровоостанавливающее зелье за всю историю Хогвартса. В глазах Поттера можно было без труда различить огонёк, который загорался в глазах у его отца при очередном соревновании. Вид же Драко, опять-таки, сильно напоминал его отца, Люциуса, когда тот вступал в длинные и напряжённые дебаты. Но, всё одно, оба мальчишки так похожи на рассерженных дьяволят… это, как я считаю, уже можно считать объединяющим фактором. В них обоих всегда будет огонь, так почему бы ему не перерасти во что-то большее, нежели чем в соревнование? Я дал своё согласие на этот спор, а вот проверять работу позвал дополнительно профессора Макгонагалл - мне гриффиндорцы не доверили бы вести счёт. Дети.
Юноши работали молча. Сами они не знали, но все ингредиенты они клали одновременно, а действия были одинаково уверенными. Если бы они соревновались еще и на время, то вряд ли кто-то бы выиграл.
Зелья испробовали на мыши, протестировали на запах, цвет, консистенцию и плотность. Мы с профессором Макгонагалл решили единогласно – это два самых лучших зелья кроветворения за всю историю Хогвартса. Ничья.
Среда для межличностных отношений мистера Поттера и мистера Малфоя началась с очередной перепалки, которая вполне могла бы закончиться побоями и использованием опасных заклинаний.
Компания Поттера в полном составе сидела на каменной лавке у дерева, во дворе Хогвартса. День выдался солнечный, умеренно прохладный, так что время, проведённое на улице, молодому организму только на пользу. Компания явно проводила чудное время вместе, говоря о чём-то приближенном к любимым темам пятнадцатилетних юношей (кроме темы о пятнадцатилетних девушках). Но, коса всегда находит на камень там, где появляются признаки обеих групп – поттерианской и малфоевской. То бишь, Драко, Крэб и Гойл приблизились на опасное расстояние к Поттеру, Уизли и Грейнджер.
Разговор развязался между девушкой и юношей-ненавистником полукровок. Что ещё можно было ожидать от Драко?
Примерный разговор:
- Да что девчонка может понимать в вечном двигателе? А уж тем более маглорождённая. (хихиканье)
- Помолчал бы ты, Драко…
- Да, заткнись, Малфой! – вступает Уизли.
- А что вы мне можете сделать?
- Пересадить твоё сердце тебе в ногу, например.
- Как жестоко, Уизли! (хихиканье)
- Прекратите все! – вступает Поттер.
- Смотрите, кто заговорил. Золотой мальчик, мистер Поттер. Так любишь отрицать правду насчёт своей подружки, притом, что сам чистокровен? Вот позорище…
- Хватит, Драко. Что тебе могла сделать Гермиона?
- То же, что и вы с Уизли. Родиться.
На этих словах хрупкое отчего-то терпение Поттера не выдержало. Если бы не моё вмешательство, твой сын получил бы перелом рёбер от Бамбарды, Нарцисса. С обоих факультетов снято по десять очков.
В четверг, я, наконец, решился на то, чем уже давным-давно хотел ускорить появление хотя бы подобия симбиоза между юношами.
На уроке зельеварения я объявил о начале соревнования проектов, которое завершится ближе к рождественским каникулам. Соревнование заключалось в том, чтобы приготовить зелье, которое будет влиять на чувства выпившего его ровно неделю – ни секундой больше, ни секундой меньше. Ученики распределялись по принципу слизеринец плюс гриффиндорец, юноши с юношами, девушки с девушками. Эмоции каждому раздавал я. Ингредиенты ученики будут собирать сами, в лесу, по округе, на других уроках. Поттер, к моему удивлению, с каменным лицом принял и Драко, и задание на приготовление недельной «любви». Драко, напротив, отреагировал так, будто я его заставил слушать мандрагору пятнадцать минут.
Сегодня пятница и я ещё не знаю, как сработаются эти двое. Может быть, тебе лучше поискать другого чистокровного волшебника в пару Драко? Я не думаю, что из этой аферы хоть что-то получится, Нарцисса. Пожалей свои нервы, нервы Люциуса, Драко… и мои сборы. Тот, что присылаю сейчас настаивать в течение трёх минут, потом непременно процеживать. И всё же, Нарцисса…я уже сейчас слышу возмущённые крики в классе, хотя до звонка ровно одна минута сорок семь…шесть секунд. И у меня в груди растёт подозрение, что в конце я убью их обоих, а потом оживлю и заставлю писать на доске «Я не буду разочаровывать профессора Снейпа» двести раз, без помощи магии…
Северус Снейп.
P.S. Непременно процеживать!
