Новый Синдикат

– Что ж, коллега, вот вам задача: либо наши выдающиеся умы синхронно помутились, либо в ПАНДОРе очередные проверки, либо… нас опять кто-то похитил. – «Опять»? – сдержанно переспросил Сергей Вектров, оглядывая пустую комнату с мягкими бежевыми стенами и больничного вида пижамы, в которые были одеты они с Робертом Шрёдером. – О-о-о, так это ваше первое похищение? – заелозил от любопытства доктор Шрёдер. – Ну ничего, какие ваши годы, – он машинально поправил пенсне и вдруг замер. Снял пенсне, внимательно осмотрел. – Если нас действительно похитили, то злоумышленники позаботились не только о собственной безопасности, отобрав все наши личные вещи, но и о нашем удобстве. Гляньте-ка сюда: оправа и линзы похожи на мои прежние, но гораздо новее… Его прервало шипение, с которым ушла в стену дверь. На пороге стояла холёная женщина с короткой светлой стрижкой и чуть лукавым выражением лица. – Нас точно похитили, – удовлетворённо констатировал доктор Шрёдер. – Этот раз становится всё более похожим на прошлый. – Всё более похожим на тот раз, когда вас телепортировала Брита? – слова незнакомки звучали скорее как утверждение, чем как вопрос. – Ох, мне никогда не давалось запоминание имён. А вы, учитывая вашу осведомлённость, случайно не из той же организации? – Осведомлённость – моя специальность, – улыбнулась женщина. – Организация у меня иная… но вы можете встретить здесь знакомые лица. Если захотите. – О чём вы? – Я хочу сказать, что мы рады приветствовать столь выдающихся учёных и обещаем предоставить им все условия для работы и отдыха. Если эти учёные захотят с нами сотрудничать. – А если не захотят? – Тогда только для отдыха. – Иными словами, запрёте нас двоих в этой комнате? – Нет-нет, ни в коем случае. Мы предоставим каждому из вас отдельный комфортный номер. – То есть клетку. – То есть номер. Со всеми удобствами – кроме телевидения, интернета, радио и телефона, конечно. – Не боитесь, что за нами придут? – По правде говоря, не слишком. Те «жучки», которые были имплантированы в ваши тела и одежду, мы обезвредили, вдобавок нас защищают маскирующие устройства. Новейшие модели. – И вы в них верите? – В те, которые собрала лично, – вполне. – Вот так дела! Вы не только очаровательны, хорошо осведомлены и способны похитить как минимум двух строго охраняемых людей прямо из сверхсекретной лаборатории, но заодно и в электронике знаете толк? – Не только в ней… – Кхм-кхм, – раздалось сухое покашливание доктора Вектрова, – кто вы и что от нас хотите? Женщина перевела свой кошачий взгляд на него и мягко проговорила: – У нас нет названия, но иногда нас зовут новым Синдикатом. Наша цель – равновесие. Помните недавний кризис во Вратах Ада? Знаете о пока локальных конфликтах между политиками и разведслужбами разных стран? Мы стараемся сгладить острые углы, стараемся не допустить существенного перевеса какой-либо из сторон и бессмысленных смертей из-за охоты за порождением Врат. ПАНДОРа не представляет, чем способны обернуться её эксперименты. Поэтому мы забрали вас у них. Замечательно будет, если вы согласитесь помогать нам; но даже если нет – достаточно просто того, чтобы больше не мешали. Я вернусь через три часа; подумайте, пожалуйста, над нашим предложением. *** – Ну? – первым не вытерпел доктор Шрёдер. Он расположился на мягком полу, подтянув коленки к подбородку, и задумчиво морщил лоб. Доктор Вектров беззвучно сидел в другом углу комнаты, временами оглаживая бороду; он помолчал ещё несколько секунд, прежде чем ответить: – Мне известно, что такое Синдикат. Но Синдикат распался несколько лет назад. – Распался-то распался, да осколки уцелели. Ими занялся специальный отдел, но не особо преуспевал, даже несмотря на мои консультации. Впрочем, я их не виню: BK-201 едва ли можно остановить, он всегда шёл поперёк всех правил, расчётов и здравого смысла. Чего стоил только случай, когда он загубил мой проект «Сатурн»!.. – доктор Шрёдер окунулся в обличительные воспоминания, не обратив внимания на то, что строгое скуластое лицо доктора Вектрова окаменело. *** – Не нравятся они мне. – Тебе никто из ПАНДОРы не нравится. – Вполне логично и обоснованно: по их милости я едва не потерял себя! – Не кипятись, ЦРУ ведь переподключило тебя к сети – мог бы и поблагодарить, между прочим. – Ты и в этом поучаствовать успела? – Ты так удивляешься, как будто совсем меня не знаешь, Рикардо. Мао покосился на светловолосую женщину, потом возвёл глаза к потолку и вздохнул. Перевёл взгляд обратно на мониторы, где виднелись доктор Шрёдер, оживлённо расхаживающий туда-сюда, и доктор Вектров, по-прежнему сидевший в неподвижности. – Всё-таки показываться им на глаза – нерациональная идея. – Сразу видно, что ты рационалист, но не психолог. Это подстегнёт их любопытство. А для учёных любопытство – едва ли не главный мотиватор. – Что если они нас сдадут? – До тех пор пока в них наши имплантаты, они не смогут этого сделать. *** К своим невольным гостям новый Синдикат по настоянию Мадам Орей отправился в полном составе: Мао, Горо, Мисаки и сама Мадам. Их встретило удивлённое присвистывание доктора Шрёдера: – Глава Третьего Отдела, офицер японской полиции, неизвестная похитительница – и кот! Опять кот. Хоть не тот же самый, а? – Тот же, – сухо ответил Мао. – Но в прошлый раз был какой-то не такой. – Поменял тело. Котом быть удобно – у котов, в отличие от, к примеру, белок, девять жизней. Вдобавок чёрный цвет мне идёт. Дальнейший разговор получился деловым, затяжным и провальным. Учёные сотрудничать отказались и, как и было обещано, оказались разведены по отдельным «номерам». А Синдикат принялся перебирать варианты дальше.