Just Trust Me

- Придется тебе меня терпеть Свон, я не собираюсь сдаваться, - с этими словами Регина стремительно тихо, насколько это было возможно, прошла на кухню. Увидев небольшой поднос, женщина принялась накрывать обед, для очень рассерженного офицера. Положив на него небольшую емкость, с супом, и заварив чай, она аккуратно, приподняв его, пошла наверх, не забыв при этом пакетик с мармеладом. Угадывать за какой из дверей, лежит больной человек, было не сложно, определив сразу, что из второй двери слышится кашель, Регина осторожно, ее приоткрыв, зашла. Удивлению блондинки не было предела, к тому же девушка сразу повернула голову и увидела, кто вторгнулся в ее пространство. И почему то это не удивило ее до такой степени, до которой должно было, это как осознание правильности твоих внутренних мыслей. Эмма чувствовала, что Миллс не уйдет. Может это был внутренний голос, а может быть просто этого так сильно хотелось? В любом случае она здесь, к тому же не с пустыми руками, а с целым подносом. - Мне пригрозить табельным оружием, чтобы ты ушла? – Свон не понимала, зачем это нужно брюнетке, что ей вообще нужно от самой девушки. Все эти вопросы в голове сводились лишь к одному, все к тому же туманному утверждению, которое она услышала из уст Регины, после первого, удачно завершенного дела. Ну неужели человек, будет приходить к тебе, помогать во всем, да и черт возьми пытаться поцеловать, если когда-то он самолично упрятал тебя в самое неприятное место. Обычно эти люди должны просто напросто избегать друг друга, злиться, ненавидеть, презирать. Но ни одна из них не испытывала ничего подобного. Более того, Эмма даже не знала, как сама относится к брюнетке. Злость прошла давно, еще в тюрьме. Обида? Тоже спустя какое-то время, но что тогда? Скорее всего, это было чувство предательства, от родного человека, как нож в спину. Зачем? Почему? За что? Только эти вопросы бередили душу Эммы, но как тогда понять, что происходит с твоим сознанием, когда ты просто смотришь на нее, чувствуешь тот же запах, не изменившейся за эти года. Этого не должно быть, тебя предали, подставили, искалечили в каком-то смысле…а ты забываешь об этом, просто наблюдая, как человек, которого пытался вычеркнуть из жизни несколько лет, так отчаянно доказывает тебе, что весь абсурд, происходящий сейчас, реален и именно ты – его ключевое звено. - Я не уйду, более того, я попытаюсь тебе помочь, - констатировала Регина, - Это всего лишь еда, я не собираюсь тебя травить… - Просто, оставь меня в покое, - проговаривая каждое слово, сказала Эмма. Брюнетка видела ее раздражение, но как уже пообещала самой себе, она не сдастся, одного раза хватило, и теперь, отступать нельзя. Регина, проигнорировав слова блондинки, упрямо прошла к ее постели и поставила поднос на тумбу, а сама присела в кресло, которое еще хранило аромат трав, некогда сидевшей здесь Мэри-Маргарет. Подумав, что терять уже точно нечего, Миллс на одном дыхании высказала все то, что происходило, пока Эмма спала, точнее как брюнетка попала в их дом. - Моя мать приняла тебя за Джесс? Аааа… - Свон закрылась с головой в одеяло и не понимала, как можно за один день, натворить того, чего не распутаешь и за месяц. Ругаться сил не было, состояние беспомощности так и вопило, сдаться и уснуть. Эмма готова была придушить Миллс, и она бы это сделала, но, похоже, поход до кухни и обратно сыграл свою роль, девушке стало немного хуже, вновь поднялась температура, а от неожиданного потрясения, скорее всего и жар. Мэри-Маргарет должна была вернуться примерно через часа два, что означало, немедленную эвакуацию Регины, если они вместе попадутся на глаза, то расспросов точно не избежать. Вынырнув из своего небольшого укрытия, блондинка облокотилась на подушки, приняв мучительское выражение лица. - Послушай, если моя мать увидит тебя здесь, то попаду не только я, объяснять ей все это я не хочу, поэтому уйди, сейчас, - Эмма решила без агрессии разрешить эту проблему, тем более на свое бешенное возмущение у нее не было голоса. - Я не по своей воле стала твоей Джесс, просто твоя мама умеет подавлять, но я ей обещала, что присмотрю за тобой и пока ты не съешь этот суп и не выпьешь все таблетки, я не уйду, выбирай, или делаем по-моему, или ждем мою будущую тещу. Регину забавляло видеть лицо Эммы, единственным минусом было то, что это лицо выглядело очень плохо, болезненно. Свон же уже обдумывала план, как будет мстить Миллс за устроенный спектакль, но из двух вариантов выхода, на данный момент, не оставалось ничего другого, как принять помощь. А вот позже, девушка обязательно придумает ответный жест, разумеется, когда полностью встанет на ноги. - Черт с тобой, - почти прошипела Эмма, - Давай свой суп. - Вот и прекрасно, - Регина подала тарелку девушке и уселась на прежнее место. Наблюдать за Эммой было одно удовольствие, женщина знала, что она любит это блюдо, в любом состоянии. И факт того, как блондинка его уплетала, ложку за ложкой, лишь доказывало это. Как бы ей хотелось всегда так готовить и смотреть на человека, так аппетитно поглощающего твое кулинарное творение. - Прекрати так смотреть, во мне скоро дыра появится, - от своих желаний, брюнетку отвлек голос Свон и стук тарелки по подносу. С супом она справилась быстро, теперь оставалось самое сложное…лекарства. Их никто не любит, особенно при болезни, пить все эти микстуры, таблетки. Рука Миллс уже было потянулась за упаковкой с жаропонижающим, как тут же была остановлена вопросом: - Ты же не думаешь, что я буду их пить? Суп я съела, а вот это все…ну уж нет, - но Эмма совершенно не видела оружия, против которого, не устоит. - Хорошо, тогда можешь спать с температурой, а я вот немного поем, - Регина взяла пачку с мармеладом и, открыв ее, начала поглощать сладости. Надо было видеть лицо Свон, у которой от этих действий потекли слюнки. Ну вот как можно помнить даже такие моменты, как этот? Сглотнув, Эмма сжала губы и наблюдала, как брюнетка поглощает, ее любимые, конфеты. И еще при этом всем улыбается, будто назло. - Дай мне мармелад. - Нет, не дам, - засмеявшись от таких слов, ответила Регина. Сейчас Эмма выглядела как ребенок, надувший губки и выпрашивавший сладость. Это забавляло, особенно то, с каким при этом грозным лицом смотрела на нее Свон. - Я офицер полиции, дай мне мармелад, - блондинка попыталась выхватить конфеты из рук Миллс, но лишь сильнее укрепила позицию брюнетки. - Заключим сделку, ты пьешь все эти таблетки, а потом я дам тебе конфеты, - Регина подняла вверх пакет со сладостями и потрясла его. Почему нужно на это соглашаться? Можно забрать конфеты, выдворить из дома надоедливую гостью и спокойно лечь спать. Если бы все было так просто, состояние усталости не позволяло сделать ничего из этого списка, даже встать с кровати было проблематично, оставалось только согласиться. Свон ненавидела себя, именно за то, что в этом состоянии она даже не могла возразить. - Идет. Выпив все лекарства, Эмма получила долгожданный презент. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается, и к сожалению, это относится и к еде. Мармелад очень быстро был съеден и желудок успокоен. Через небольшое время блондинку поклонило в сон, чего и стоило ожидать, таблетки все-таки действовали. Удобно устроившись, Свон прикрыла глаза, совсем не замечая присутствия постороннего. Миллс долго собиралась с мыслями, чтобы задать вопрос, мучавший ее все это время: - А где Джесс? Я думала, она будет тебя лечить, - пользоваться моментом нужно всегда, именно сейчас Миллс поняла это, когда услышала ответ, словно они были подругами, и Эмма просто рассказывала ей очередную историю. - Она с родителями в Нью-Йорке, не стала я ее обременять своим здоровьем, обо мне есть, кому заботиться, - девушка говорила спокойно и размеренно, видно лекарство имело побочный эффект, выливавшийся в состояние спокойствия. Это было на руку, ссоры были бы лишними, они и так отнимали много сил, а у больного и подавно вызвали бы ухудшение положения. - Можно вопрос? – прозвучал голос Эммы, так вовремя нарушивший неловкость момента, - Почему ты не носишь кольцо? Свон не знала, зачем это спрашивает, словно слова засели у нее в голове и дождавшись момента вырвались наружу, ей было интересно, правда. След от кольца девушка заметила еще , когда они работали над документами, всю ночь, именно тогда любопытство поселилось в ней. Регина хотела ответить, рассказать всю правду, но вовремя заметивши, как Эмма заснула, поняла, что вопрос этот, скорее всего, был бредом, сорвавшимся с губ. Она долго наблюдала за мерным дыханием блондинки, и не удержавшись взяла ее ладонь в свою. Рука была горячая, прислонив ее к губам Миллс прошептала: - Я не ношу кольца, потому что я не была замужем, когда-то давно это было лишь игрой, притворством, чтобы выжить самой и спасти тебя, - произнеся эти слова, Регина поцеловала ладонь и забрав поднос вышла, оставив девушку одну. Оставаться в доме больше не было сил, тем более, совсем скоро должна вернуться Мэри-Маргарет, а попадаться ей на глаза желания не было. Надев пальто и сапоги, Миллс вышла за дверь, тут же встречаясь с прохладным ветерком, отрезвляющим мысли, хоть немного, но отношения не казались уже такими нервными, да, напряжение было, и его можно убрать, просто открывшись человеку, и на этот шаг, похоже, Регина решится совсем скоро. Хватит держать все в себе, тем более, если это касается важных людей в твоей жизни. Улыбнувшись самой себе, женщина поспешила домой, набирая номер такси, она и не заметила, как все это время, на соседней дороге стояла Джесс, приехавшая, чтобы проведать Эмму, и так не вовремя наблюдавшая лицо счастливой брюнетки, выходящей из дома ее девушки. Джесс давно что-то заподозрила, их взгляды, частые разъезды по работе, со слов Мэта они были всегда вместе, что настораживало. А ревность никогда не бывает во благо, а в сочетании с ложью – тем более.