Just Trust Me

Ну вот как-то так. Если уж что-то не вышло, извиняйте, как могу!) 23 января, день перед похоронами, возможно, самый черный из всех. Не слышно ничего, окна закрыты плотными занавесками, в квартире темно. На полу валяется опустошенная бутылка из под виски и лишь тяжелое дыхание, лежащей на диване женщины, выдает чье-то присутствие. Сильная боль при вдохе и выдохе не позволят даже встать, внутри все перевернуто, а в голове лишь образы, те редкие моменты, когда ты еще была счастлива, лучезарная улыбка, приятный голос и самая большая ошибка в твоей жизни. Она бы отдала все ради нее и сейчас готова, но смысла нет, больше нет. «Смотри, как угасает жизнь дорогого тебе человека», - вспоминает Регина слова, сказанные перед потерей сознания. Физическая боль, безусловно, ощущалась, рвала тебя, но и она не сравнится с тем, что ты чувствуешь сейчас. Апатия. Нет эмоций, даже злости, даже слез. К чему все это, назад дороги нет, будущего, скорее всего тоже. Никто так не нуждается в смерти как сама женщина, потерявшая всех, словно избавление от страданий, от тяжести происходящего в жизни, и это не будет ее печальным концом, лишь спасением, таким долгожданным умиротворением. Он забрал все, что у нее было, родных, любимых, осталось последнее, сама Регина, ее душа. Его профиль сразу возник у брюнетки перед собой, эти глаза, полные ненависти, ухмылка, торжествующее поведение. К чему ждать? Вставать действительно было проблематично, каждое движение отдавалось болью, режущей, внутренней сдавленностью, не позволяющей нормально дышать, но это не помешало дойти до двери. Упершись об косяк, Миллс повернула ручку и буквально вывалилась наружу. Кое как спустившись по лестнице пытаясь не упасть от нахлынувших эмоций. Воздух был прохладный, яркий дневной свет ударил в глаза и Регина упала. Все выходило из-под контроля, чувства обострились, слезы не сдерживались, катились по щекам. - Ты хотел убить меня, дак давай, застрели! – каждое слово отдавалось эхом по всей улице, игнорировав разрывающую изнутри пытку своего организма. Прохожие оборачивались, но боялись подходить, видя лежащую на снегу женщину, пытающуюся встать. Миллс не замечала никого, ища только его, чтобы закончить начатое. Мэт с Кларком никому не позволили дежурить у ее дома, взяв это на себя и, как только увидели эту картину, тут же бросились к брюнетке. Кларк подлетел к встающей женщине и не смог ее удержать, она так резко вырвалась и побежала, расталкивая людей, снова падая и крича: - Давай, я здесь. Мэт нагнал Регину быстро, обхватив руками и, стараясь не надавливать на грудную клетку опустился с ней рядом, на колени. - Я понимаю, вам тяжело, это пройдет, скоро все закончится, мы его поймаем, - пытался он успокоить женщину, все еще вырывавшуюся и кольца рук. Острый приступ боли скривил Миллс, терпеть было не выносимо, любое движение вызывало стон. - Она была всем, что у меня оставалось, всем, чем я жила все то время, а теперь ее нет и это моя вина…моя…из-за меня… - в ход пошли удары кулаками, легкие, почти незаметные. Долго размышлять мужчина не стал, схватив женщину на руки, Мэт понес ее в квартиру, предварительно сказав Кларку, чтобы тот захватил лекарство из машины. Плачь не прекращался, удары тоже, попытки сбежать, вырваться, только ускоряли шаги Мэта, зайдя наконец в квартиру и буквально силой опустив Регину на диван, детектив быстро вколол ей успокоительное, которое им дали в больнице, других способов унять ее не было. - Мы должны сказать ей, - прошептал Кларк, - Посмотри на нее. - Нет, - отрезал Мэт, - Все будет по плану, она справится. Миллс заснула мгновенно, лекарство было сильнодействующим и быстрым, как раз необходимым в этот момент. Убийца мог появиться в любую минуту, ведь теперь единственной жертвой была брюнетка, все, что он хотел ей припомнить уже сделано, Эмма мертва, Регина подавлена, не удивительно, что она сама искала у него смерти, просила сделать это, как можно скорее. - Что с ней будет завтра? Она уже мучается, - сказал Кларк, неотрывно смотря на чашку с чаем перед собой, - Если она наложит на себя руки, что тогда? - До завтра этого точно не будет, ты думаешь, она не придет с ней попрощаться? Свон единственная, за кого Миллс готова убить, до завтра ничего не случится. Детективы просидели в квартире порядком около 4х часов, убедившись, что женщина спит, они ушли. В участке никто не улыбался, этот день идеально подходил под цвет их формы, такой же мрачный и черный. Итан весь день провел у родителей Эммы, стараясь их поддержать, Мэри-Маргарет пыталась держаться, но безуспешно, Дэвид сам настоял, чтобы ее увезли в больницу, под пристальный контроль, боясь, что на похоронах жена совсем не выдержит. Отец Свон никогда не плакал, армейская выдержка учила держаться, в любых ситуациях, даже таких. Похороны не будут с большим количеством народа, самые близкие и сослуживцы, этого бы хотела сама девушка и все это знали. Мэт был прав, Регина думала о смерти, сама. Но мужчина так же предугадал ее мысли, проститься она придет, а вот затем… Все еще находясь в предобморочном состоянии, жмурясь от сильной боли, женщина потихоньку отходила от укола. Жаль, что у нее не было этих лекарств, которые хоть на время, но глушили все воспоминания. Сжимая в руке фотографию, единственную, напоминающую о ней, Миллс плакала, не в силах бороться, не в силах думать о завтрашнем событии. Все восемь лет, женщина надеялась, что Эмма счастлива, пусть не с ней, но она этого заслуживает. И уж точно не Регина должна ее оплакивать, это ее груз, ее ответственность и она не справилась, подставив того, кого больше всего любила. Как она будет смотреть в глаза родителей, ведь они знают, чья это вина и они правы. Она вспомнила их первую встречу, такое нелепое столкновение, которое привело их ко всему, что есть сейчас. Первый поцелуй, первое свидание, первая и такая долгожданная близость. Все это было....давно. Образы, словно тени всплывали перед глазами, она любила ее, после всего, до сих пор любила. А теперь ее нет, лишь памятник будет напоминать о том, чего никогда не вернуть, Эммы больше нет рядом. *** Погода выдалась теплой, ветра не было, как и солнца. Кладбище было пустым, только одно место притягивало к себе людей, все были в форме, офицерской. Отличались лишь Дэвид, на котором была надета армейская одежда и Регина, стоя в стороне, вся в черном. У нее не хватило смелости подойти к отцу Эммы. Мэри-Маргарет не было, она не сможет этого вынести, поэтому осталась в больнице, под присмотром. Никто не говорил, слышен был только снег, скрипящий под ногами. Когда гроб поставили, все офицеры выстроились в один ряд. Они стояли и смотрели, как Регина опустилась перед ним на колени, положив цветы на крышку и заплакала, шепча: -Прости меня Эмма, я всегда буду любить тебя…всегда. Не смотря на все, Дэвид сам подошел к брюнетке и отвел ее в сторону, вот просто так, без слов. Следом прошли офицеры, попутно кладя цветы. Миллс осталась одна, когда отец Свон начал подходить ближе к гробу и тогда она увидела его, узнала в одном из полицейских, подавать виду Регина и не думала, она ждала, когда мужчина подойдет ближе и сделает это, то, чего не избежать, то чего она действительно хотела, заглушить, забыть…просто умереть. - Мэт, давай. Не успев опомниться, сразу трое офицеров повалили его на землю, но, не рассчитав силы, не смогли сдержать. Так и не поняв как вывернулся этот человек, все незамедлительно вытащили пистолеты и наставили на него, уже держащего никак не сопротивляющуюся брюнетку. Все произошло как в быстрой кинопленке, не дав опомниться. - Да бросьте, дайте нам уйти. - Все нормально, опустите оружие,- совершенно спокойно сказала Миллс, ей было не страшно, она бы и сама спустила курок пистолета, направленного прямо на нее. Так хотелось все прекратить. - Ты даже мне скажешь отпустить вас? – боковым зрением было не видно, кто это сказал, но голос говорит сам за себя. Выдержав небольшую паузу, девушка сняла кепку, и волосы градом упали на плечи, являя перед всеми Свон, живую. - Тебе не выбраться, отпусти ее, - блондинка подходила все ближе. Регина стояла у самого края, где народу не было, что мешало обезоружить преступника. - Эмма… - в глазах потемнело, два дня терпеть невыносимую, жгучую боль внутри от всего и вдруг увидеть ее, такую настоящую. Совладать со своим состоянием Миллс не смогла, плавно теряя контроль над собой и опадая вниз. Кто бы мог подумать, но это было на руку, мужчина ведь держал женщину и теперь пытался приподнять, этим и воспользовалась Свон, не мешкая, выбивая у него пистолет и сшибая с ног, накидываясь как таран. Но и у нее не хватило сил совладать с крепким по телосложению соперником, легко сбросив девушку с себя, мужчина вытащил нож и уже занес руку для удара, как вдруг послышался выстрел. - Не в этот раз, - Мэт все еще держал "Кольт" перед собой, думая про себя. «Успел». Регина не видела ничего, так и не приходя в себя. В больнице были не удивлены ее состоянию, совершенно запущенному. Как сказали врачи, женщина не ела с момента выписки, к тому же боль, которую она терпела, отнимала все силы. Все повторяется, та же палата, те же лица, кроме одного. Никогда не думаешь, что ждет тебя завтра, через неделю, месяц. Самое приятное в этом, чувство облегчения, с которым и проснулась брюнетка. - Я умерла? – сказала она севшим голосом. Эмма все это время сидела возле ее кровати, попутно споря с Кларком, как рассказать это ей. - Регина, - девушка дернулась и подсела ближе, - Эй, я здесь, ты не умерла. - Но как? Я видела, дом... - Я знала эти места куда лучше него, в том районе везде есть подвалы, абсолютно в каждом доме, главное правильно распределить силу и провалить пол под собой, что я и сделала, когда вы ушли, - слово «ушли» не совсем подходило под это описание, но делать акцент на этом Эмма не хотела, - Они были такими ветхими, провернуть все было не сложно. Брюнетка не могла воспринимать информацию, все как об стену, даже не доходило до нее. Сократив расстояние, она обняла девушку и вдохнула запах ее волос, такой родной и свежий, все еще не веря, что Эмма рядом, живая. О том, что блондинка жива первыми узнали спасатели, разгребая обломки дома и заметив небольшой обвал, ведущий глубоко вниз, где и оказалась девушка, без сознания и с небольшим сотрясением. Все время, которое она провела, привязанная к стулу было пыткой, не сорваться и не рухнуть раньше времени назад, благо физическая подготовка не прошла даром и ноги это выдержали. Опираясь немного вперед, где пол достаточно крепкий, Эмма не шевелилась, стойко перенося каждый удар, нанесенный Регине, она уже знала, этот подонок поплатится. Когда блондинка очнулась, после того как ее привезли в этот дом, первое, что было услышано, это обещание убить Миллс прямо на ее похоронах. Именно этот момент решено было превратить в реальность, пусть он думает, что Свон мертва, неожиданность всегда была отличной возможностью. Мэту с Кларком сразу было велено следить за женщиной, за каждым ее шагом и один Всевышний знает, как тяжело это далось блондинке, но так нужно. От родителей Эмма скрывать не стала, отец сыграл безупречно, а вот мама так не смогла, поэтому отлеживалась в больнице, для большей реалистичности. Играть на чувствах Регины не самая лучшая затея, знать что с ней происходит, как она страдает - невыносимо. Но это единственный способ, сыграть по правилам убийцы, внося свои поправки. Что и сработало, однако проблемы еще остались, если его будут искать, если будут искать саму Регину, все это нужно незамедлительно решать. Но ведь один день потерпеть можно, не правда ли?