Freak

POV Фрэнка Я эгоист. Я самый настоящий эгоист. Я случайно услышал разговор Джерарда с Майки, в котором он делился со своим братом тем, как сильно он переживает и боится моей реакции на каждый его проступок. Что каждый раз изо всех сил он старается вести себя так, чтобы я на него не злился. Он не может сделать ни шагу, пока точно не удостоверится, что делает все правильно, и что это меня никак не расстроит. Прежде, чем что-либо сказать мне, он тщательно обдумывает каждое свое слово. Он постоянно напряжен, нервничает, волнуется когда находится рядом со мной. И кто я после этого? Разве я могу заставлять его так себя чувствовать? Это все неправильно! Да, я эгоист. Но одной любви недостаточно! То, что я люблю его, а он любит меня не может сохранить наши отношения. Наша любовь стала слишком тяжелой для нас обоих. И я должен остановить это, так больше не может продолжаться. Я запутался. Я слишком многого от него хочу, – обнимать, целовать, любить его – это стало сложно для нас. - Джерард, мы должны поговорить, - мой голос немного дрожал, но я не мог уйти от этого разговора. Он посмотрел на меня, как всегда светящимися от счастья глазами, но я знал, что скоро они погаснут. Но Джерард сможет все пережить, я верил в него, к тому же, ему будет от этого лучше. Я больше не мог быть с ним ради себя, ради своего счастья, пришло время подумать и о нем. - Конечно, Фрэнки. Я всегда готов! – он тихо захихикал, нежно взяв меня за руки, но я только отрицательно покачал головой и немного отстранился от него. После этого я сел на диван, на котором, рисуя в своем альбоме, сидел Джерард. – Что случилось? – он продолжил намного тише, и в его голосе можно было заметить нотки волнения. Нет, он не просто волновался, он заметно нервничал, непонимающе смотря на меня. И так было всегда. Всегда, когда Джерард разговаривал со мной, он был взволнован и напряжен, потому что все время боялся сказать что-то не так. Я всегда видел и чувствовал это, он так сильно старался контролировать себя, ни на секунду не расслабляясь. И все это было слишком неправильно. - Джерард, иногда, даже когда два человека любят друг друга, они все равно не могут быть вместе, потому что одной любви недостаточно, - очень тихо и неуверенно произнес я, не смея смотреть ему в глаза. Я мог представить, что он выглядел сейчас немного потерянным, или даже испуганным. Я уже ненавидел себя за только что произнесенные слова, но я должен был это сказать. Лучше я сейчас разобью его сердце, чем буду каждый день отбирать его по частичкам в течение всей жизни. Он ничего не ответил, поэтому, я продолжил. – Я должен уйти, - я произнес эти слова достаточно сухо, без каких-либо эмоций. Сейчас мне было не до них, я должен быть сильным, в первую очередь для него. - Но как? Почему? Нет, Фрэнки, пожалуйста! – он заплакал, крепко хватаясь за мои плечи, но я просто оттолкнул его от себя. Мне нельзя быть слабым. - Я больше не хочу быть с тобой, Джерард, - произнес я, не смотря ему в глаза. Я понимал, что перешел черту, поступив с ним очень жестоко, но отступать было нельзя. Мне просто нужно прекращать быть таким эгоистом. Я слышал, как он кричал, слышал, как он плакал. Он пытался схватить меня за футболку, хотел обнять, но я только поднялся с дивана и, немного заколебавшись, все-таки добавил: - Все кончено, я больше не могу притворяться. Это был удар ниже пояса, но так и должно было быть. Я должен был это сделать, должен был разорвать наши отношения, ставя его интересы выше своих. Помочь ему забыть меня, стать самостоятельным. Я хотел, чтобы он просто жил – спокойно, не боясь каждый раз, что сделал или сказал что-то не так. Я хочу, чтобы он был естественным, был собой в конце концов. Его рыдания становились все громче, все отчаяннее. Он все так же пытался удержать меня, хватая за руки, но я только сделал шаг назад. Я видел, как самое красивое создание в мире упало на пол, задыхаясь от рыданий и отчаяния. Мое сердце разрывалось на части от представшей картины, но я знал, что он справится. Джерард был намного сильнее, чем думали окружающие люди, и он сможет все это пережить. Он должен это сделать. - Пожалуйста… господи, пожалуйста, - шептал он сквозь рыдания. Все его лицо было мокрое от слез, и он постоянно шмыгал носом, а я не мог видеть этого, поэтому просто отвернулся. - Я обещаю, что ты больше никогда меня не увидишь. Затем я ушел. POV Автора Джерард сидел на полу, крепко обняв себя руками, как будто боясь распасться на части. Он не мог делать ничего другого, как плакать и кричать от боли и отчаяния. Ему не удалось удержать Фрэнка рядом с собой, да и как он мог это сделать? Ведь он был больным, в конце концов. Джерард был неудачником, сумасшедшим, умственно-отсталым. Он был тем, кем его постоянно обзывали – Джи-отсталый, умственно-отсталый. Он не заслуживал Фрэнка и всегда это понимал. Это было просто наваждение, несколько счастливых месяцев, которые ему предоставила судьба, жестоко над ним насмехаясь. И он должен быть благодарен Богу, что у него был такой шанс. Шанс, чтобы почувствовать себя счастливым и нормальным. Из груди Джерарда вырвался еще один болезненный вскрик - сдерживать себя он не мог. Он всегда хотел быть нормальным, хотел любить, быть счастливым, и на короткий миг ему показалось, что так все и будет. Но теперь жизнь была разрушена, она потеряла всякий смысл, он мог желать только одного – умереть. Ему вдруг так захотелось, чтобы все это оказалось страшным сном, чтобы сейчас Фрэнк подошел к нему, обнял и сказал, что все хорошо, что он рядом и любит его… Но этого не могло случиться, потому что теперь все кончено. Фрэнк ушел. Ушел навсегда и больше никогда не вернется. Джерард понимал, что он должен успокоиться и взять себя в руки, должен пережить все это, но он не мог перестать плакать. Он был сломан, опустошён, разбит, и не было никакой возможности успокоиться. POV Майки Я громко смеялся, держась за живот, когда пытался открыть входную дверь. Моя мама смеялась также заразительно, прикрывая рот ладонью, чтобы не быть слишком громкой. Весь путь домой мы вспоминали всякие забавные моменты из нашей жизни, в которых так или иначе был задействован Джерард. Мы все еще продолжали разговаривать и смеяться, но когда я наконец справился с замком и открыл дверь, то мы так и замерли на месте. На полу в гостиной сидел мой брат, качаясь из стороны в сторону и яростно плача. Прежде чем мы с мамой могли что-то сказать или сделать, он поднял на нас абсолютно опустошённые глаза. - Он ушел, - было все, что он сказал, и этого было достаточно.