Дьявол носит PRADA

Кабинет начальника безопасности «Подиума» был таким же стерильным и безликим, как и его хозяин, мистер Вэнс. На стене мерцали десятки мониторов, показывая разные уголки небоскреба. — Вы понимаете, мисс Свон, что доступ к архивам видеонаблюдения требует санкции высшего руководства, — он смотрел на нас с Элис с вежливым скептицизмом. — Мистер Каллен лично поручил мне разобраться в этом инциденте, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Это вопрос безопасности компании. Вы можете позвонить ему и подтвердить. Я блефовала. Но ставки были слишком высоки. Вэнс помедлил, затем кивнул. — Хорошо. Какой период вас интересует? — Вчера, с 22:00 до полуночи. Камера в общем офисе, рядом с моим рабочим местом. Он застучал по клавиатуре. На центральном мониторе замерцала запись. Пустой офис. Уборщица, моющая пол. Ничего подозрительного. — Ускорьте, — попросила Элис, впиваясь в экран. Время на записи побежало быстрее. 22:30... 23:00... 23:10... — Стоп! — я чуть не вскрикнула. На записи, в полной темноте, освещенный только аварийным светом, по офису двигалась фигура. Высокая, уверенная. Он подошел к моему столу, сел за мой компьютер, и через минуту его пальцы замерли над клавиатурой. Затем он встал и так же бесшумно скрылся в направлении кабинета Эдварда. Лицо было хорошо видно в свете экрана моего же монитора. Это был Джаспер. Элис ахнула, зажав руку у рта. — Нет... Не может быть... У меня похолодело внутри. Джаспер? Тихий, спокойный Джаспер, который всегда держался в стороне от интриг? Зачем? — Распечатайте этот кадр, — голос мой звучал чужим. — И сохраните запись. --- Мы шли к кабинету Эдварда, и каждая секунда молчания давила на нас. Элис была бледна. — Я не понимаю... Зачем ему это? Что он имел против тебя? — Не против меня, — медленно проговорила я, осознавая. — Против Эдварда. Или... против кого-то другого. Я вошла в кабинет без стука. Эдвард сидел за столом, он выглядел измотанным. Увидев мое лицо, он насторожился. — Ну? Я молча положила распечатку со стоп-кадром перед ним. Он взглянул, и его лицо исказилось от изумления и гнева. — Джаспер? — он произнес это имя с таким ледяным недоверием, что по коже побежали мурашки. — Ты уверена? — Есть запись. Он сел за мой компьютер и отправил то письмо. В 23:17. Эдвард резко встал, его стул с грохотом откатился назад. Он прошелся по кабинету, сжимая и разжимая кулаки. — Зачем? — это был не вопрос ко мне, а яростное обращение к самому себе. — Что я ему сделал? Он работал здесь годами! — Может, он это сделал по наводке, — тихо сказала я. — Тани. Кейт. Или.. твоей сестры. Он остановился как вкопанный. — Луиза? — Она же хотела, чтобы я была твоим ассистентом. Может, она испугалась, что я отвлеку тебя от журнала? Или от адвокатской практики? Эдвард смотрел на меня, и в его глазах бушевала буря. Подозрения, предательство, боль. — Вызови его сюда, — тихо приказал он. — Сейчас же. Пять минут спустя Джаспер вошел в кабинет. Он был спокоен, как всегда. Его взгляд скользнул по мне, по Элис, замершей в углу, и остановился на Эдварде. — Ты звал, Эдвард? — Закрой дверь, Джаспер. Дверь закрылась. Эдвард молча показал на распечатку. Джаспер взглянул на нее, и на его лице ничего не изменилось. Ни страха, ни удивления. Ничего. — Объясни, — голос Эдварда был тихим и смертельно опасным. — Что объяснять? — Джаспер пожал плечами. — Попался. — ЗАЧЕМ? — грохнул Эдвард, ударив кулаком по столу. Джаспер наконец посмотрел на него. И в его глазах, всегда таких спокойных, вспыхнула настоящая, глубокая ненависть. — Почему? Потому что я годами терпел это! — его голос впервые сорвался на крик. — А потом появился Ты! Твое высокомерие! Твое вечное превосходство! «Сделай так, Джаспер». «Исправь это, Джаспер». Я тот, кто создает всю визуальную эстетику этого журнала! Я! А кто получает все лавры? Красавчик Каллен! А что я получаю? Жалкие гроши по сравнению с твоими доходами! — Я всегда платил тебе больше, чем кому бы то ни было в этой индустрии! Ты лучший в своем деле — парировал Эдвард. — Но меньше, чем ты платишь самому себе! — Джаспер шагнул к нему. — А когда появилась она, — он кивнул в мою сторону, — ты и вовсе перестал замечать остальных. Она — твой новый талант. Твоя новая игрушка. И я подумал... почему бы не столкнуть две ваши проблемы? Таня ненавидит ее. А сестра твоя... Луиза платит щедро. Очень щедро. Она хотела проверить ее на прочность. Узнать, действительно ли она так умна, как ты говорил. Или сломается при первом же намеке на проблему. Луиза. Так и есть. Я почувствовала, как по телу разливается ледяной озноб. Это была игра. С самого начала. Эдвард стоял, не двигаясь. Его лицо было маской. — Ты продал меня, Джаспер. Ради денег и из-за зависти. — Я просто взял то, что заслуживаю, — холодно ответил Джаспер. — А ты получил урок. Не доверяй никому. Даже тем, кого считал друзьями. Эдвард медленно подошел к нему вплотную. — Ты уволен. С этого момента. Без выходного пособия. И если я когда-нибудь увижу тебя в радиусе мили от этого здания или моих сотрудников, я уничтожу тебя. Ты больше никогда не получишь ни одной работы в этом городе. Я сделаю это личной миссией. Джаспер усмехнулся. — Угрозы? Ожидаемо. Не беспокойся, мне здесь больше нечего делать. — Он повернулся и направился к двери. На пороге он остановился. — И, Эдвард? Она того не стоит. — Его взгляд упал на меня. Потом на Элис. — Ни одна женщина не стоит того разрушения, что она приносит. Он вышел. Дверь закрылась. В кабинете повисла гробовая тишина. Эдвард стоял, опустив голову. Он выглядел разбитым. Я видела, как дрожит его рука. — Эдвард... — тихо начала я. Он поднял руку, останавливая меня. — Не надо. Просто... не надо. Он подошел к окну и снова отвернулся ко мне. Его поза была такой же, как утром, но теперь в ней читалась не ярость, а глубокая, всепоглощающая усталость. — Ты доказала свою правоту, — сказал он, глядя на город. — Ты получишь свои извинения. И Таня Денали будет уволена. Я исполню свою часть договора. Он говорил ровно, без эмоций. Как будто мы были просто деловыми партнерами. — А твоя часть? — спросила я, чувствуя, как сжимается сердце. — Ты получил свой урок? Не доверять никому? Включая меня? Он обернулся. Его глаза были пустыми. — Я получил урок, что мир именно таков, каким я всегда его знал. Холодным и полным предательства. А то, что было между нами... — он сделал паузу, — было просто иллюзией. Красивой, но иллюзией. Игра, в которую я по глупости поверил. Он подошел к столу и нажал кнопку селектора. — Несси, подготовьте документы на увольнение Джаспера Уитлока и позвони Джону из моей конторы пусть расторгнет все контракты с Кейт Денали. И вызовите ко мне Розали Хейл и Деймона Сальваторе. Он снова стал боссом. Холодным, безжалостным, недосягаемым. Стена между нами выросла снова, и на этот раз она казалась неприступной. Я понимала — я выиграла битву, но, возможно, только что проиграла войну. Войну за его доверие. За его сердце. Я стояла, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Я сделала все, что он требовал. Доказала свою невиновность, нашла предателя. А в ответ получила... лёд. Из угла кабинета раздался тихий, но отчетливый звук. Щелчок застежки клатча. Элис, которую мы все почти забыли в пылу разборок, медленно подошла ко мне. Её лицо было бледным от гнева, а не от страха. Она встала рядом со мной, плечом к плечу, бросив Эдварду вызов своим молчаливым присутствием. — Иллюзия? — тихо произнесла она, и ее голос, обычно такой звонкий, прозвучал как удар хлыста. — Ты называешь это иллюзией, Эдвард? То, как она сражалась за тебя и твою компанию? То, как она чуть не разрушилась сегодня от твоих несправедливых обвинений? Это была иллюзия? Эдвард медленно повернул голову в ее сторону. Его взгляд был пуст. — Элис, не вмешивайся не в свое дело. — Ах вот как? — она фыркнула, положив руку на мою спину в защитном жесте. — Когда нужно было подставить Беллу, чтобы «проверить ее на прочность» по просьбе твоей сестры, — это было делом? А теперь, когда она прошла это ублюдское испытание, это стало «не моим делом»? — Достаточно, — его голос прозвучал опасно. — Нет, не достаточно! — Элис не отступала. — Ты только что увидел, что такое настоящее предательство. От человека, которому ты доверял. Я доверяла. Мы доверяли. И вместо того, чтобы ценить ту, кто оказалась честной, ты наказываешь ее своей холодностью! Поздравляю, Эдди. Ты только что совершил самую большую ошибку в своей жизни. Она посмотрела на меня, и в ее глазах читалась решимость. — Пойдем, Белла. Оставь его одного. Пусть наслаждается своим холодным, одиноким миром, полным предательства. Он его так любит. Элис взяла меня под руку и повела к выходу. Я позволила ей это сделать, слишком опустошенная, чтобы сопротивляться. На пороге я обернулась. Эдвард стоял на своем месте, не двигаясь. Его фигура на фоне огромного окна казалась одновременно могущественной и бесконечно одинокой. Я выиграла битву. Но глядя на него, на этого человека, который только что оттолкнул от себя, возможно, единственную искреннюю вещь в своей жизни, я поняла — мы оба проиграли. И цена этой победы оказалась слишком высокой.