Natalie

Неужели этот день настал? Числа на календаре и на билете совпадают. Сегодня шестнадцатое декабря. В три часа я должна быть около остановки «Парковая». Не понимаю, зачем так рано? Концерт же начинается в семь. Хотя мне же лучше: чем больше времени я провожу с ней, тем я счастливее. Боже, как же страшно и прекрасно! Мысли в голове, как обычно путались, мне казалось, что я всегда буду такая же тревожная, немного суетливая, вечно взбудораженная. Не могу сказать, что это: детство в одном месте или склад характера. Я сидела на лавочке, на остановке, где мы должны были встретиться. Попа немного мёрзла, лавка была холодная. Зима всё-таки! Наталья Александровна придёт с минуты на минуту, я же припёрлась пораньше, чтобы не опоздать. Не люблю, когда меня ждут, я сразу начинаю чувствовать себя неловко. Хотя я всегда себя неловко чувствую, горе луковое! Мои пальцы скользили по экрану смартфона, сенсор которого страшно залипал. Он тоже чуть подмёрз. Я с горем пополам закрыла вкладку «Вконтакте» и огляделась по сторонам, примерно предположив, с какой стороны придёт моя прекрасная спутница. Ей Богу, я чувствую себя кавалером, а она – моя дама на этот вечер. Вот идёт женщина... Так красиво развеваются её черные волосы, у неё быстрая походка, длинная коричневая мутоновая шубка с изящной пуговицей. Она идёт так, словно ступает по воздуху. Снежинки ложатся на черные волосы этой женщины. Да, это она! А по Наталье Александровне и не скажешь, что она идёт на рок-концерт, скорее в театр или в музей. Хотя, наверняка, это просто шаблоны. Я просто отстала от жизни и наивно полагаю, что на рок-концерты ходят непременно в рваных майках и с браслетами в шипах. Сама я долго мучилась и не могла придумать, что же надеть. В итоге, одноклассница Даша посоветовала мне надеть футболку с каким-нибудь принтом и толстовку, чтобы не замёрзнуть в пути. Хорошо, что такой одежды у меня навалом. Не совсем уж я пропащая. - Привет, - раздался голос Натальи Александровны, - Ты готова? Она хитро улыбалась. Я попыталась в ответ как можно искреннее улыбнуться. Больше всего я боялась, что в этот вечер ей будет со мной скучно. Я никогда не была на таких мероприятиях, и мне казалось, что я буду чувствовать себя скованно и стесненно. И даже не из-за толпы народа, меня не столько смущают незнакомые люди, сколько ее присутствие. Мне бы очень хотелось, чтобы об этом вечере у неё остались хорошие воспоминания. Наверное, может сложиться впечатление, что я не уверена в себе… Хотя, так оно и есть. И это касается почему-то исключительно общения с моей любимой женщиной. - Да, я готова, - как можно бодрее попыталась ответить я, - А вы готовы? - Ещё спрашиваешь, - засмеялась учительница и взяла меня под руку, - Давай перейдём с тобой на ту сторону и сядем до «Зареченковой». Ты была в «Paradise»? - Неа, - покачала я головой, - Совсем ни разу. - Не дело. Надо, Маша, надо, - снова засмеялась учительница. Всегда поражалась тому, какой она разный человек в стенах школы и вне её стен. Она здесь не учительница, а просто близкая и весёлая женщина. Женщина… Представляется серьёзная дама с высокими жизненными принципами. Наталья Александровна такая простая, лёгкая на подъём и очень дружелюбная. Особенно сегодня, как мне показалось. Чтобы чувствовать себя свободно я уже поняла, что нужно делать и дала себе установки: нужно представить, что она моя близкая подруга, но, однако, ни в коем случае нельзя перегибать палку и стараться соблюдать какую-никакую дистанцию, чтобы не было хуже. А иногда так хочется сделать так, как требует сердце и совсем не думать о последствиях. Автобус до «Зареченской» пришёл очень быстро. Пока мы ехали, Наталья Александровна рассказывала мне про Артёмку, о том, как он учится читать и о том, что Дмитрий Васильевич хочет отдать Артёма в хоккей. - О, хоккей – это очень классно. Не пожалеете, - сказала я. Сама я люблю хоккей больше чем футбол, но ярой болельщицей не являюсь, - Дмитрий Васильевич, я смотрю, сам любитель хоккея? - Ещё какой, сегодня утром вон с ребятами из школы на игру поехали. Завтра болеть за них надо. А Тёмку я к сестре отвела, кстати. Маме тоже надо отдохнуть. Мы засмеялись, и я только сейчас, разглядывая паутинки её морщинок около глаз, заметила, что глаза её сегодня подведены чуть ярче, чем обычно. Интересно, а в чём она одета? Что у неё под шубкой? Хотя, зная простоту и незакомплексованность Натальи Александровны, на ней вполне может быть толстовка с символикой группы «Eternal Dominant». Такая гордость почему-то распирает за неё. Эта женщина точно идёт в ногу со временем. *** В вестибюле концертного зала было шумно. Я думала, что увижу здесь только молодежь, но публика была «разношёрстная»: подростки, молодёжь, пары за тридцать, компании отпетых женщин за сорок. Кого здесь только не было! Видимо, эта рок-группа и, правда, на все времена, именно так Наталья Александровна отозвалась о них. - Маш, давай я сдам твой пуховик, - сказала Наталья Александровна, расстегивая шубку и глядя на километровую очередь в гардероб, - А то тебя там, моя, затопчут. Забота, забота. Это всегда приятно. Она быстро скинула шубку. На Наталье Александровне была джинсовая куртка, из-под которой виднелась чёрная футболка. В комплект к куртке шли узкие джинсы. Какая красивая! Она и так выглядит довольно моложаво, а этот наряд сделал её младше ещё лет на пять. - Да я с Вами пойду, не брошу Вас в этой огромной толпе. Она рассмеялась. Спустя полчаса мы оказались в другой огромной очереди, но уже не в гардероб, а в сам концертный зал. Эта очередь кажется более ужасающей, ведь тут народу ещё больше, чем в гардеробе. Кажется, теперь я начинаю понимать, почему мы вышли в три часа. Надо же, сколько людей. В принципе, не люблю суматоху, но в этот вечер, я, кажется, люблю весь мир, и эту суматоху, и эту толпу, и эту совершенно незнакомую мне рок-группу. Меня немного смущало то, что мы почти в конце очереди. Как эти люди успели занять очередь в начале? Но даже это не могло испортить мне настроение. - Наталья Александровна, а почему мы в конце, мы же так рано пришли? - всё-таки спросила я. - Это мы-то рано пришли? – улыбнулась женщина, нежно взяв меня за руку, - Те товарищи, что в начале, пришли сюда ещё с утра. Просто я не хотела тебя в выходной день с самого утра тревожить. Да в начале и в центре такая давка! Не надо туда. Лучше в конце где-нибудь постоять. Там и народу меньше, но и звучание тоже хорошее. Здесь в конце подъемчик такой небольшой, на него встать можно. Далековато, конечно, но мы пришли на концерт, а не на театральное представление. - Что, прямо такая давка? – спросила я, сжимая её холодную руку. - Ещё какая, уж поверь мне, бывали и такие случаи, что в толпе людям ломали рёбра. Но здесь такое будет вряд ли, здесь музыка намного спокойнее, да и публика разная. Это, поверь мне, настоящая музыка. Это меня немного успокоило. Здесь всё какое-то непривычное. Наконец-то толпа начала медленно двигаться. Мы с Натальей Александровной продолжали держаться за руку, чтобы не потерять в толпе друг друга. Это было самое прекрасное за всю мою жизнь времяпровождение в очереди. Мне даже не хотелось, чтобы она двигалась. А толпа, как назло, стала слишком быстро идти. - А это иностранная группа? – спросила я. Я даже не удосужилась посмотреть в интернете, на что я иду, главное с ней. - Нет, Маш, это русская группа, она вообще зародилась в нашем городе. Почитай в интернете про них, если понравится. А я надеюсь, что понравится. Я улыбнулась. Спустя некоторое время мы оказались в тёмном зале. Мы были почти в самом конце, но это было, по-моему, намного лучше. У сцены столько людей и, наверняка, такая страшная жара. К тому же, я не хочу потерять мою волшебницу в толпе. - Держись рядом со мной, в этой части не очень много народу, но всё равно. Музыка в большинстве своём относительно спокойная у них, поэтому особо дергаться не придётся. Но всё равно будь готова ко всему! Я кивнула, выслушав установки Натальи Александровны. Классная руководительница привела одиннадцатиклассницу на рок-концерт. Кому сказать – не поверят! Но это же так классно! Сцена была освещена. Яркими огоньками горело «Eternal Dominant», а народ шумно требовал выхода своих кумиров. Я не сомневаюсь, что музыка будет сейчас прекрасная, не зря же люди так любят их. Но самое главное, что рядом она. Заиграла музыка, красивая, такая, какую я никогда не слушала, но которую так любит она. А значит, полюблю и я. На сцене появились несколько мужчин. Гитарист, солист, барабанщик, кажется, ещё один гитарист… Отсюда плохо видно, на самом деле. Но не всё ли равно? Ведь сегодня замечательный вечер. «Eternal Dominant» поприветствовали публику, а публика их. Представляю, каково было народу у сцены увидеть своих кумиров. Это было бы равноценно тому, если бы я увидела вживую Мэтта Лантера. Музыка становилась всё громче и громче. Живая музыка – это гораздо круче, чем в наушниках, А если под такую музыку рядом и твой любимый человек, любимая женщина, то это равноценно пребыванию в раю. Тёмный зал, толпа людей, огоньки в темноте, замечательная мелодия. Первая песня медленная, хочется под такую музыку танцевать и целоваться. Целоваться так, чтобы сердце колотилось под сто ударов в секунду, а потом на мгновение останавливалось и снова начинало биться быстро-быстро. Я посмотрела на Наталью Александровну. Её голубые глаза поблескивали в темноте, наши руки соприкасались. Мне хотелось положить голову на её плечо и вдыхать её запах. Я побоялась это сделать и постаралась немного отвлечься и полностью погрузиться в музыку. Толпа поднимала руки и покачивалась из стороны в сторону. Мы сделали точно так же, чтобы не выбиваться из ритма. Она была права, здесь совсем иная атмосфера, и эта атмосфера здорово отличается от той, что была в школьном актовом зале. Время летело невыносимо быстро. Энергичные песни чередовались с медленными. Во время энергичных толпа начинала повизгивать, прыгать и махать руками, мы с Натальей Александровной танцевали. Я уже, кажется, забыла, что такое стеснение. Здесь вся толпа чувствует свободно, поэтому это ощущение передаётся остальным. Даже и не подумаешь, что это моя иногда строгая и довольно холодная Наталья Александровна, это – добрая, весёлая и заводная Натали. Снова медляк. Видимо, поклонникам творчества «Eternal Dominant» хорошо знакома эта песня, и она любима ими, потому что толпа радостно воскликнула. «И вкушая вкус губ, глажу плечи, И глаза закрываю…» Прекрасная песня о любви. Парочки уже прижались друг к другу и танцевали, насколько позволяло им двигаться свободное пространство. Песня посвящается прекрасной леди, у каждого эта прекрасная леди своя. Моя стоит сейчас рядом со мной, улыбается и чуть подергивает худенькими плечиками. Сил больше нет, я хочу к ней прикоснуться. Я обнимаю её руку и кладу на её плечо голову, чувствуя не в первый раз лбом её жесткие волосы. Да, это не в первый раз, но эмоции каждый раз от этого всё сильнее и сильнее. - Устала? – спросила Наталья, наклонившись ко мне и чуть касаясь губами моего лба. Жаль, что только лба. - Нет, - ответила я и подняла голову так, что наши лица оказались совсем рядом. Если бы я могла её поцеловать, то это было бы совсем не трудно. А очень даже легко. Осталось только приблизиться к её лицу на пару-тройку сантиметров. Если нельзя, но очень хочется, то всё можно… И с этой мыслью я всё-таки осторожно и очень медленно стала приближаться к её губам. «Дура, что ты делаешь? – говорил разум, - Эта атмосфера напрочь снесла тебе крышу». Но разве разум властен над чувствами? Её губы тёплые… Они касаются моих губ, у меня кружится голова, я начинаю задыхаться от какого-то сладкого аромата вокруг меня, то ли это аромат её духов, то ли это аромат любви. Я не знаю. Хорошо, что я держусь за её руку, а то я бы точно упала. Наши губы соединились, они чувствуют друг друга. Что делать дальше? Она не отталкивает меня, это даже как-то странно. Я начинаю делать движения губами, боясь больше всего на свете, что она не ответит на мой поцелуй, что она оттолкнет меня, оставит здесь, а сама уйдёт. Нельзя так делать! Она моя учительница, классный руководитель, женщина, в конце концов она старше меня почти на два десятка лет. Как так можно! Что, что я делаю?! Наталья Александровна чуть раскрыла губы, как бы давая понять, что она идёт мне навстречу. Я пробую её губы на вкус. Не могу понять сладкие они или солёные, какие они – я не могу сказать. Просто они мягкие, тёплые и очень любимые. Я не знаю, сколько времени это длилось, но остановила нас толпа, которая зааплодировала, когда закончилась эта песня. Кажется, теперь это моя самая любимая песня. Наталья Александровна отстранилась от меня, и я поймала на себе её взгляд. Он мне показался каким-то немного строгим, что чуть испугало меня. Я отпустила её руку. Пара молодых людей странно покашивалась на нас, но я постаралась не обращать внимания. Эта толпа такая мелочь по сравнению с тем, что сейчас произошло. Мне стало стыдно перед Натальей Александровной, я почувствовала, как мои щеки заливаются румянцем. Хорошо, что здесь темно и не видно моего лица цвета спелого помидора. К хорошему это произошло или к плохому? Что будет после этого? Концерт проходил для меня, как в тумане, мне казалось, что я всё ещё чувствую её губы. Она стояла рядом со мной, иногда улыбалась куда-то вдаль, но ни разу не посмотрела на меня. Мне почему-то хотелось заплакать, попросить прощения за это. А, правда, попросить прощения или лучше попытаться замять? Пусть мне стыдно за это, но это была самая сладкая минута в моей жизни. Во время последней песни Наталья Александровна всё-таки взглянула на меня и чуть улыбнулась. Мне показалось, что её улыбка какая-то другая. Такая же нежная, ласковая, но немного другая, не знаю, как можно описать её отличие от прежней. Или мне просто кажется. - Тебе понравилось? – сказала она так тихо, что я еле смогла расслышать её. - Что? – переспросила я, чуть испугавшись. Что именно она имеет в виду? - Концерт, что же ещё, - сказала Наталья Александровна. - Аа, да, конечно, спасибо Вам, - ответила я, еле переводя дыхание. «Что же ещё» - как будто бы не было больше ничего, что мне могло бы ещё понравиться. Спустя час мы вышли из зала, снова отстояв огромную очередь в гардеробе. Было уже десять часов вечера, небо было тёмное-тёмное, из этой темноты падали крупные хлопья снега, которые ложились на мех её шубы и на её волосы. Как же я люблю её волосы. Так часто хочется окунуться в них и забыть обо всём на свете. Мы, молча, пошли вдоль дороги. Мне казалось, что вот мы остались наедине, без толпы, и сейчас она скажет обязательно что-нибудь по поводу поцелуя. Но она молчала, чуть улыбалась, словно каким-то своим мыслям. - Мы на автобус? – решила спросить я, чтобы как-то завязать с ней разговор. - А давай такси вызовем? – предложила учительница, доставая из сумочки мобильный телефон, - Поздно уже, не дело так поздно от остановки идти. - Давайте, - ответила я, - Но у меня денег нет. - У меня есть, и даже не смей отпираться. Мне показалось, что я услышала в её голосе что-то не то. Да почему мне всё время всё кажется? Голос у неё всегда такой, и улыбка всегда такая. И вообще ничего не изменилось. Да, я виновата, наверное, но она же не оттолкнула меня, значит, не всё так уж и плохо. Такси приехало очень быстро. Мы расположились вместе на заднем сидении. - Куда едем? – спросил таксист. Таксист – молодой человек с тёмными волосами и светлыми глазами был очень симпатичен. Вот с такими я должна целоваться, а не с взрослыми женщинами. Но с ней же намного приятнее… - Маш, давай тебя сначала забросим, а потом меня. Так я удостоверюсь, что ты дома, - сказала Наталья. Я назвала свой адрес, и мы помчались по вечернему городу. Он весь был освещен огнями. Играла какая-то песня, незнакомая мне. Какой классный салон автомобиля, здесь так уютно. Почему она опять молчит? Ведь, когда мы ехали на концерт она болтала без умолку. - Наталья Александровна, всё хорошо? – спросила я. - Конечно, моя хорошая, - она взглянула на меня и улыбнулась. Эта улыбка говорит мне, что всё хорошо, и я обязана ей поверить. Я не могу не верить улыбке, в которую когда-то влюбилась. - Спать просто уже хочется. Артёма завтра с утра заберу, он спит уже, наверное, - продолжила Наталья Александровна, - Спасибо, что составила мне компанию в этот вечер. Я улыбнулась и облизнула губы. Она сделала вид, что не заметила и тоже улыбнулась, устремив взгляд в окно.