Однажды

Я злодея зарубил, Я тебя освободил И теперь, душа-девица, На тебе хочу жениться! (с)

Свадьба оказалась куда утомительнее, чем когда-то его собственная. Тогда было немного безумно и надрывно весело. Сейчас молодые тоже все смеялись и жались друг к дружке, будто мерзли или боялись, что жених куда-нибудь внезапно исчезнет. Пауль стоял уже совсем ровно, не опираясь на трость, и хоть и выглядел бледновато, казался вполне довольным жизнью. Еще бы! Его жених, совершенно ошалевший от счастья видеть его живым и почти здоровым, парил вокруг, словно горный орел и грозным клекотом отгонял всех желающих привлечь «несчастного, чуть живого» альфу к предсвадебным хлопотам. В итоге, и сам толком ничего не делал, и Паулю не давал. Зато не мешал старшему поколению планировать все, на что хватало их богатой фантазии. Трепетный юноша Вернер пытался сопротивляться, рассказывать, что это все-таки его свадьба, и все должно быть, как хочет он, то есть, конечно, как хотят они с Паулем, а Пауль просто еще слаб и сам не понимает, чего хочет, но все было напрасно. Троих разошедшихся взрослых остановить можно было только пулеметной очередью, а разрешения на оружие у юного омеги не было. Рудольф даже посочувствовал будущему зятю, но останавливать себя не стал, внезапно увлеченный выбором сырных рулетиков, паштетов, жульенов и сортовых вин. Давно ему не было так весело. Церемония прошла торжественно и трогательно. Рудольф попытался было умилиться, но вышло откровенно плохо, и он бросил это дело, чтобы не позориться. Черная форма показалась в поле его зрения только поздним вечером. Новоиспеченные супруги уже отбыли в новую жизнь, хихикая без перерыва, и так резво заскочив на заднее сидение, что осталось только посочувствовать водителю, которому предстояло выслушивать типичный кошачий концерт и следить за дорогой одновременно. Гости тоже уже отбывали в зимнюю ночь с чувством выполненного долга, а Рудольф остался дожидаться окончания этого процесса, прощаться со всеми желающими, чопорно кивать и жать все протянутые руки. Последней рукой была рука Франка. - Видимо, здравствуй. Альфа кивнул, не разжимая пальцев, и потащил слегка удивленного Рудольфа к припаркованной в тени раскидистого клена машине. Так же молча открыл перед ним дверь и усадил на переднее сидение, а сам через секунду устроился на водительском месте. - Я хотел тебя на ужин пригласить. - Очень вовремя, - Рудольф поерзал, устраиваясь удобнее, даже дернул за рычажок, выпрямляя слишком уж запрокинутую спинку, - меня, знаешь ли, сегодня уже кормили. Но ты можешь отвезти меня домой. Адрес помнишь? - Помню. Франк покладисто завел машину, но двигаться с места не спешил. Смотрел решительно и почти отчаянно, так, что не верилось, что этот прямолинейный альфа столько времени бродил вокруг да около, не решаясь не то чтобы предложить что-нибудь непристойное, даже просто подойти и поздороваться. - Не хочу везти тебя домой. Хочу отвезти тебя к себе, запереть там и никуда не выпускать. Омега только усмехнулся. Он помнил этот потерянный взгляд еще с прошлой их встречи-прощания, когда Франк подписывал ему вольную и вот так же сердито и жалобно одновременно хлопал ресницами, как будто и сам не верил в происходящее. - У тебя был отличный шанс, - Рудольф вздохнул и, расчувствовавшись, погладил его по колену, - зачем же выпустил? - Дурак был, - он говорил совсем тихо, но по-альфьи твердо, не кокетничая и не давя на жалость. Рудольф поерзал на сидении, устраиваясь поудобней. Не ко времени вспомнилось, что в прошлой машине Франка было не в пример просторнее. - Хорошая машина. Только мелковата для тебя, вроде. - Это мамина. У нее их две осталось, так она мне одну отдала. Мы вроде бы снова разговариваем. Она даже жить к себе звала. У нее дом небольшой есть. От дедушки моего. Но я не могу после всего. - Но машину все-таки взял, - Рудольф вовсе не собирался его обижать, как-то само вырвалось, но пытаться смягчить саркастическую реплику было уже поздно. - Взял, - Франк хмыкнул и вдруг вполне весело улыбнулся, - я на маму злюсь, а не на машину. Она мне ни разу не соврала и вообще вела себя очень прилично. Так что, поедем? Я ужин заказал. Из того ресторана. Ты мне телефон их давал когда-то. - Ну, уж нет! Во-первых, мне от тебя далеко до работы добираться, во-вторых, у меня места больше, а в-третьих, я уже привык там жить. Мне нравится. Франк повернулся к нему всем корпусом, посмотрел прямо, долгим, пронзительным взглядом, потянулся вперед, нависая над все так же расслабленным омегой. - А я? Ты уже говорил, но вдруг что-то изменилось? Я тебе нравлюсь? Рудольф двинулся навстречу, про себя усмехаясь собственной сентиментальности. Обнял глупого мальчишку, такого большого, но такого бестолкового. Разумеется, нравишься. Я слегка пьян, я только что женил собственного сына, которого совсем недавно чуть не потерял, а ты – мой прекрасный принц, спасший все-таки свою принцессу из лап страшного дракона и теперь имеющий полное право на ее руку и сердце. И ты прекрасно это понимаешь. Конечно, нравишься. Какие у меня вообще варианты? - Поехали. По дороге разберемся.