Things We Lost In The Fire

C каждым часом, каждой минутой, мгновением становилось все хуже. Я не понимал, что происходит, меня затягивал круговорот воспоминаний или каких-то магических видений. Никто не мог мне пояснить, что происходит. Моих сил хватало лишь на то, чтобы лежать на твердой кушетке, уткнувшись лицом в подушку, стиснув зубы терпеть невыносимую боль, которую приносили эти вспышки разнообразных сцен из жизни. Впервые было так больно и так страшно. Я не знал, чего ждать, как с ними бороться, как избавиться от ужасающего наваждения. Неужели Один насылает на меня эти видения? Пытается доказать, что даже будь я в сто раз сильнее, чем сейчас не смог бы его победить? Или сила могущественнее Всеотца подсказывает мне, как поступить и как победить? Что это, черт возьми, такое? Просветления были недолгими, но от этого еще более желанными. Я начал молиться Иггдрасилю, чтобы это наваждение спало с меня, просить убить меня поскорее. Я действительно сломался под ударом неизвестности и ужасной боли, которую приносили с собой эти видения. Я упрашивал, умолял все силы помочь мне. Звучит это наверняка забавно — бог Локи просит о помощи и молится. Если бы мне кто-нибудь сказал, что я буду со слезами просить освобождения у чего-то более могущественного, чем я — мне не оставалось бы ничего, кроме как рассмеяться этому человеку или богу в лицо. Но сейчас я просто просил помочь. Однако очередное долгое воспоминание не заставило себя ждать * * * Бьерд блуждал вокруг деревни уже четверть часа, не зная, что ему делать. Жена, увидевшая беспокойного мужа, попыталась задавать вопросы, но воин быстро остановил женщину и вышел в рощу около их городища. Лес ему помогал, дарил ему защиту. Пение птиц заставляло успокоиться. Мир словно замирал, а время останавливалось. Для каждого человека своего место. Бьерд любил именно леса. Он пытался придумать выход, найти хоть какое-то решение сложившейся проблеме и ничего путного ему в голову не приходило. Он, казалось, обошел всех известных миру друидов, причем в разных уголках мира, всех служителей разнообразнейших культов. Боги-то были одни, просто звали их всех по-разному. Никто, никто, не дал ему ответа. Большинство просто пожимали плечами и отправляли его в дальнейшие плавания. Он загонял своих воинов. Вместо битв и штурмов они занимались лишь походами по магам да колдунам, что порядком надоедало викингам. Постепенно они начинали выражать недовольства. Пока что это не вылилось ни в что серьезное, но грозило перевернуть мир Бьерда с ног на голову. Его же товарищи не знали, чего стоило их вождю заполучить силу, которая сейчас хранится у них. Они же не знали, почему им постоянно так везло в битвах. Бьерд не хотел им рассказывать, что это все помощь свыше. Пускай его воины думают, что они сделали все сами, без посторонней помощи. Пускай будут уверены в собственных силах. Да и ему не хотелось никого вмешивать в эти грязные дела с Локи. Он это начал — он и закончит. Вопрос только как. Хорошо или плохо? Будет ли жив он и его окружение, либо же все они падут под гневом всемогущего бога? Как распорядятся норны, как ляжет карта. Никто не знал. Берду было страшно. Он понимал, что все зависит от него. От его усилий в поисках какой-то жалкой ветки омелы. Ему было непонятно такое стремление Локи захватить власть. Ему вообще не хотелось вмешиваться в дела богов. Но, к сожалению, пришлось. Народ его переживал не лучшие времена. Военная удача от них отвернулась, половина воинов погибла, а большая часть пала под ударами морской стихии или болезней. Он не знал, что делать. Они голодали. О золоте и богатой военной добыче речь не шла — им нужно было просто выжить. И он не нашел выхода лучше, чем попросить у Локи. Который всегда помогал. Он был готов заплатить своей головой ради благополучия всех. К сожалению, его ноша оказалась тяжелее. И вот они все опять стоят на грани уничтожения. И вот опять все зависит только от него. Молиться и просить помощи было не у кого. Боги ему не помогут — они все ненавидели Локи и не собирались помогать тому обрести могущество, которое, видимо, и несла в себе та самая омела. Он просто брел по лесу. Пытался придумать выходы, прикидывал место, где она может быть, порой останавливался, садился на какие-нибудь небольшие полянки и в окружении цветов погружался в раздумья. К сожалению, его голова была пуста. Идей никаких не было. Срок договора истекал — если сегодня он не найдет это чертово дерево — конец всему. Ему, его семье, его народу. Волна истерики хотела была накрыть Бьерда с головой и погрузить его в пучину отчаянья, как вдруг перед ним возник прекрасный красивый юноша. Он был облачен в легкую зеленую тунику и такие же штаны, на ногах были легкие тряпичные сапоги, в светлые волосы вплетены живые цветы. От него, казалось, исходил какой-то божественный свет, даривший спокойствие и умиротворение. У Бьерда сразу же пропало желание впадать в истерику и рыдать. Он сразу же успокоился и уставился на странного юношу. Тот же, не сказав не слова, подошел к викингу и тот сразу понял, кто предстал перед ним. ТО был бог весны и света, прекрасный Бальдр. Главный враг Локи. «Он мне не враг и я ему тоже» — внезапно возник приятный голос в голове у Бьерда. Он посмотрел на бога, но губы того были сомкнуты. Вероятно, он передавал свои мысли викингу. «Я помогу тебе найти эту омелу, Бьерд» — Но ты же должен знать, что Локи сделает с ней! Он же попытается убить тебя и всех остальных богов! — закричал воин вслух, так как не понимал принцип работы этого общения «внутри головы». Бальдр на этот раз решил ответить ему привычным путем: — Не волнуйся, я знаю, что делаю. Ты должен отдать эту ветку Локи. Все остальное решу уже я. Скандинав замялся. Он все еще не понимал, зачем Бальдру ему помогать. Он был наслышан о доброте этого бога, но не понимал, зачем тому вредить самому себе. — Мне не навредит омела. Как и не навредит она Асгарду, — сказал Бальдр, прикоснувшись к цветам, росшим на земле рядом с ним. Те сразу же начали еще больше расцветать и источать потрясающий аромат. — Но…я не понимаю. Почему, даже если от нее действительно нет никакого вреда, ее так прячут? — Вред от нее действительно есть. В ней есть способность накладывать очень долгосрочную магию. И она не умеет фильтровать реальные желания от секундных порывов сознания. С этой силой надо быть очень аккуратным. — Зачем тогда доверять ее такому богу как Локи? — Ему неизвестно, что на все его заклинания она просто не откликнется. Она заколдована так, что ему не удастся творить с ее помощью сильную магию. Ее хватит только на одно желание. Секундный порыв, который возникнет в его голове. Поверь, я знаю его достаточно хорошо, чтобы сказать — его быстро появляющиеся мысли неструктурированы и в первую очередь он не будет думать о завоевании престола Асгарда. Так что просто переставай задавать вопросы и доверься мне. Пойдем, я отведу тебя к ней. Бьерд решил больше не тревожить бога, лишь молча кивнул и направился за сияющим юношей дальше в чащу. В голове викинга был лишь один вопрос, который не давал ему покоя. Но бог весны ответил на него во время дороги. — Я помогаю тебе, потому что ты нуждаешься в помощи. Я всегда помогаю нуждающимся. Так уж я устроен. Они довольно быстро пришли. Бальдр остановился о какой-то полянки, на которой не было абсолютно ничего, кроме травы. Но стоило ему хлопнуть в ладоши, как посреди полянки появился небольшой кустарник с белыми ягодками. Это была она. — Ступай, сорви необходимое, — подтолкнул Бальдр смутившегося Бьерда. Воин аккуратно, сильно опасаясь, подошел к кусту и сорвал ветвь. Дело было сделано. Его народ спасен, семья и он тоже в безопасности. С остальным же разберется Бальдр. — Позови его сегодня же и отдай ему ветвь. ЗА остальное тебе беспокоится ни к чему. После этих слов Бальдр исчез, а Бьерд даже не успел его поблагодарить. Воин сразу же решил выйти чуть ближе к своему городищу и призвать бога — благо это было несложно, стоило просто позвать его мысленно, как сразу Локи появлялся перед ним. Так он и поступил, подойдя к одной из известных ему опушек, на которой он часто отдыхал. Маг не заставил себя ждать. Он явился крайне довольный, как обычно, в полном боевом облачении и в своих любимых мехах. Знакомая усмешка на лице. В общем, бог был в прекрасном расположении духа, как чувствовал Бьерд. — Что же, неужели ты решил порадовать своего небесного покровителя, мой дорогой? — ухмыльнулся он, глядя на воина. Бьерд неосознанно сглотнул, собрался с мыслями и протянул ветку богу. Не говоря не слова, Локи схватил ее и зажмурил глаза, видимо, от удовольствия. — Наконец, наконец она у меня. Я так долго ее искал. Глупый Один! Ха! Вспоминается одно из видений, которое на меня наслал Один: я забитый и несчастный младший сын, отчаянно желающий заполучить трон и завидующий братцу, приемыш, которого мечтает убить Всеотец. Как же прекрасно, что этому никогда не бывать. В этот же миг мир начал кружиться. Меняться. Деревья вокруг ломаться, трава вокруг загорелась. Бьерд куда-то пропал, а Локи остался один на поляне, сжимая все еще в руках ветку, которую он так долго искал. Бог не понимал, что происходит вокруг него. Лишь об одном он догадался — омела потеряла свою силу, от нее больше не исходило никаких мощных импульсов магии. «Что же я сделал?» — задался вопросом Локи, упав на колени. Голос Бальдра ответил ему: «Только что изменил вселенную» * * * Я очнулся на своей койке с осознанием. Я понял, что вся моя нынешняя жизнь — это обман. Это лишь заклинание, которое сотворила омела, послушав мою глупую фантазию. Она не поняла, что это не было моим желанием. Растение просто выполнило то, о чем я думал и что проговорил в слух. Во всем виноват я? В том, что не мог получить трон, что Один пытается убить меня сейчас? Все это лишь моя вина? В тот момент, когда я это осознал, в тюрьму вбежали мои старые знакомые. Тор, тройка воинов, Сиф и Фрея с Бальдром. Тот попытался уже открыть рот, но я просто сказал: «Я все знаю». Тот лишь ухмыльнулся, будто знал, что я ему скажу. — Ну, тогда, я думаю, есть смысл остановить это безумие, да?