Ваше Высочество, Ваше Величество ...- 2. Слепая любовь

21. Марек с рычанием смял бумагу с дайджестом главных новостей. То, что он прочитал, не укладывалось у него в голове. Дмитрий отрекся от короны. Сухое изложение ничем не могло помочь пониманию. Влад. Любовник. Операция. Отдал. Отрекся. И больше никаких объяснений. В дверь коротко стукнули, и на пороге возник Серж. Марек нахмурился: тот отсутствовал почти неделю, и сейчас у короля начали просыпаться нехорошие предчувствия. - Тебя долго не было, - холодно начал он. – Потрудись объяснить причину своего отсутствия. В ответ Серж вытащил какую-то бумагу и, шагнув к столу Марека, положил ее перед ним. Взгляд опустился вниз, пробежался по строчкам, а потом лицо короля стало почти белым. - Я жду объяснений, - он вскинул голову, и Серж невольно отшатнулся. Он никогда не видел такого взгляда у своего короля. От ощущения того, что ему в глаза смотрит сама смерть, передернуло. Серж мотнул головой, но взгляд Марека давил, не отпускал. И Серж открыл рот. И пока он говорил, Мареку все больше хотелось его убить. -…с самого начала мы не планировали именно это. Задумка была более простой. Похитить Влада, а потом потребовать за него выкуп. Но в самый последний момент операция сорвалась: исполнителей спугнули. И мы решили попробовать снова. Установили слежку у дворцовых ворот, ждали, пока Влад снова выйдет на улицу, но шло время, а он не показывался. В конце концов, мы решили, что что-то не так. Потом Данил отправил в больницу своего человека, и тот вернулся с новостью, что Влад ослеп: удар по голове повредил нервы. Данил был в бешенстве, я – разочарован. Потом я вспомнил про статью, которую читал в самолете. Про нейрохирурга, который делает подобные операции. Мне удалось найти его, с помощью Данила мы отсканировали и показали ему больничную карту Влада. Врач сказал, что шансы на положительный исход операции довольно высокие. Тогда я предложил Дмитрию сделку. И он на нее согласился. Операция действительно прошла успешно, он подписал договор и все. - Зачем?! – Марека трясло от ужаса и ярости. - Нам нужны эти острова!! - А отречение Дмитрия тоже входило в твои планы?! – Марек даже боялся предположить, ЧТО сейчас происходит с Дмитрием. - Я не знал об этом! Это дела Данила. Я получил договор, и на этом мое участие закончилось! Марек гигантским усилием воли заставил себя успокоиться, но голова все равно кружилась от бешеного тока крови. - Возвращайся к себе, - холодно произнес он. – И не смей выходить оттуда до моего распоряжения. - Вы… Вы сажаете меня под домашний арест?! – от шока Серж начал задыхаться. - Да. Пошел вон. Марек проводил Сержа тяжелым взглядом, а потом взял договор со стола и вышел из кабинета. У него есть дела…. 22. Влад чувствовал себя странно. С одной стороны – ему было хорошо. С другой – немного страшно. А еще где-то внутри тлела детская обида. Глупая обида. Но заставить себя забыть о ней Влад не мог. Дима не пришел… Не пришел, хотя знает, КАК Владу хочется взглянуть на него. Как хочется, чтобы Дима был первым, кого Влад увидит. Рассудок холодно отмечал, что Дима – король, и его дела важнее, чем желания Влада, но сердце упрямо твердило свое. Оно хотело, чтобы в ту минуту, когда Влад снова взглянет на белый свет, его любимый был рядом. Влад вздохнул, а потом заставил себя сидеть спокойно и не мешать медсестрам снимать с него повязки. Еще пара слоев бинта, и он сможет открыть глаза! …Сначала изображение было мутным, расплывчатым. Но оно было, и Владу пришлось снова зажмуриться, чтобы не расплакаться от облегчения и счастья. Когда это желание немного стихло, он снова попытался открыть глаза. На этот раз он видел все гораздо четче. Свет в палате был неярким, рассеянным, поэтому рези и боли он не почувствовал. Глаза потихоньку привыкали, а Влад пытался справиться с бушующими внутри эмоциями. Хорошо… Как же хорошо снова видеть!! Осмотры, последние тесты, а Владу хотелось только одного – вернуться домой и посмотреть в глаза Дмитрию, своему Диме. Он так давно… его не видел. Дверь в палату открылась, когда он уже оделся и собрался на выход, нагруженный всякими каплями, мазями и советами врачей. Застывшая на пороге высокая фигура шевельнулась, и Влад потрясенно выдохнул: - Ваше Величество? Что вы тут делаете? - У меня нет времени на долгие объяснения, - Марек шагнул вперед, выходя на свет. – Судя по твоему спокойствию, ты еще ничего не знаешь, я прав? Влад похолодел: - Что я должен знать? Марек на секунду отвел взгляд: - Сегодня Дмитрий отречется от короны. Церемония начнется через час. Владу показалось, что он сошел с ума. Или видит кошмарный сон. - Что?! Вы шутите? - Собирайся и пошли. Моя машина стоит у больницы, - Марек только дернул головой и вышел в коридор. Влад рванулся следом, забыв обо всем. Нагнал Марека уже у крыльца и молча нырнул следом за ним в салон автомобиля. Пока они неслись по улицам, Влад слушал сухой рассказ Марека и с диким ужасом смотрел на запруженные народом улицы. Казалось, что все жители вышли из своих домов. Люди кричали, разговаривали. Кто-то плакал, кто-то смеялся. На огромных экранах, установленных на улицах, показывали Дворцовую площадь, а динамики транслировали каждый звук. Чем ближе они подъезжали к площади, тем быстрее начинало стучать сердце Влада. Он должен быть ТАМ, рядом со своим королем… Он не знал, что сделает и что скажет, но Дима должен знать, что у него есть поддержка. Машина остановилась в квартале от площади: дальше проезд был просто невозможен из-за перекрытого движения. Влад выскочил из машины и, забыв о Мареке, который остался в автомобиле, побежал к помосту, который был хорошо виден. «Как эшафот», - промелькнуло у него в голове, и Влад с рычанием задавил эту мысль. Он пробирался через толпу, безжалостно расталкивая людей и не замечая ответных ругательств. Вперед, вперед. Вот на помосте появился старый церемониймейстер, а за ним Дима и Данил, и толпа загудела. Влад рванулся вперед и выпал под ноги охране, стоящей кольцом вокруг помоста. Его тут же схватили, и он дернулся в сторону, отчаянно прося, умоляя: - Пустите… Пожалуйста… Мне нужно к нему… Пожалуйста!! Когда держащие его руки исчезли, он покачнулся от неожиданности. Его поймали, придержали, а потом подтолкнули вперед к помосту. Влад бросил благодарный взгляд на начальника дворцовой стражи, с которым был хорошо знаком, а потом снова побежал, забыв обо всем. Церемония уже шла, когда Влад ступил на помост, задыхаясь. На нем сошлись взгляды тысячи глаз, но его интересовали только одни. Те, которые смотрели на него с испугом, облегчением и нежностью. - Ты снова видишь… - тихо выдохнул Дима. Губы Влада дрогнули в улыбке. А потом он шагнул вперед и опустился на одно колено перед своим королем: - Да. И я рад видеть вас, Ваше Величество. - Ты зря сюда пришел. - Голос Димы был холоден и спокоен. Но Влад слишком хорошо видел побелевшие костяшки его пальцев. Он поднялся: - Я всего лишь хочу, чтобы люди узнали правду. ВСЮ правду, - Влад повернулся к толпе и задохнулся, чувствуя на себе жадные взгляды. А потом заговорил: – Да, мы виноваты. Виноваты в том, что любим друг друга, - он на мгновение замолчал, а по толпе прокатился гул голосов. – Но Договор был ловушкой, которую поставил он! – Влад повернулся к хмурящемуся Данилу. - Влад, хватит, - устало произнес Дима, шагнув к нему. – Это не нужно никому. Каждый должен отвечать за то, что он сделал. Я выбрал и не жалею. Влад кинул на него короткий взгляд и отвернулся, даже не пытаясь взять под контроль дрожащие губы: - Вы всего лишь хотели немного счастья. Простого человеческого счастья, - тихо шепнул он, но чувствительные микрофоны разнесли его шепот по площади. И наступила тишина. Звенящая, почти мертвая. – Я горд тем, что у меня был такой король. Ваш отец, думаю, тоже гордился бы вами. - Здесь нечем гордиться, Влад. Свои интересы я поставил выше государственных. Этим все сказано, - Дима стиснул кулаки и повернулся к церемониймейстеру: - Давайте покончим с этим поскорее. - Прошу прощения, Ваше Величество, - старик поднял на него пустой, словно невидящий взгляд, – но я отказываюсь проводить церемонию. - Толпа изумленно вздохнула, а тот невозмутимо продолжил: - Я не буду тем, кто сделает королем человека, способного на подлость. - Какого черта?! – стоявший в стороне и до сих пор молчавший Данил рванулся к старику. Влад еле успел заметить его расширившиеся словно после приема наркотика зрачки, а потом тот поднял руку, как для удара. Не думая, Влад кинулся вперед, перехватывая ее. Дернул на себя, развернул, впечатывая лицом в деревянные поручни и рыча: - Даже не думай! - Отпусти! – Данил дернулся, но одержимый яростью и болью Влад вдруг стал очень сильным. Он только сжал пальцы вокруг запястья так, что Данил взвыл. - Влад, отпусти, - Дима встал почти вплотную и положил ладонь на его напряженное плечо. Тот медленно закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, а потом медленно разжал пальцы и отступил от Данила. Поднял взгляд на замершую толпу: - Вам решать. - Не надо, - Дима, словно забыв, что они находятся на виду тысяч людей, обвил руками его талию и уткнулся в складки рубашки на его плече. – Все уже решено. Ты рядом и снова видишь. Мне хватит этого для счастья. Влад с силой сжал зубы. А потом медленно развернулся к нему лицом: - Документы, которые вы подписали, король Марек вернул сегодня утром. Договор аренды расторгнут. Дима на мгновение замер, а потом вдруг улыбнулся. Так, как улыбался только ему. Тепло, благодарно. Так любяще и нежно. И Влад, тоже забыв о том, что находится на виду толпы, потянулся к нему. Обнял, прижав к себе. И все. Исчез вдруг весь мир. - Я люблю вас, - тихий шепот. Но услышал его каждый. - Я тоже… Я тоже люблю тебя… Тишину вдруг разорвал полный эмоций крик: - Да здравствует король Дмитрий!! Эхо еще не успело отзвучать, как площадь вдруг словно взорвалась: - Да здравствует король Дмитрий!! Дима вздрогнул, а Влад отстранил его от себя, заглядывая в лицо и сумасшедше улыбаясь. От крика толпы дрожал подиум, но он видел только сияющие запредельным счастьем глаза своего короля. - Король – гей… - в на мгновение установившейся тишине полный ярости голос Данила прозвучал выстрелом. – Хорошая же репутация для страны. - Он любит. Чисто и искренне. А любовь всегда светла. - Глухой, уставший голос, раздавшийся откуда-то сзади, заставил всех повернуться. Два выдоха «отец» слились в один. Влад напрягся, Данил испуганно отшатнулся. - Я думал, что воспитал тебя мужчиной, - не обращая ни на кого внимания, отец подошел к старшему сыну, на мгновение замер, а потом размахнулся и влепил хлесткую пощечину. – Пошел вон, Данил! Я лишаю тебя наследства и титула. Ты больше не мой сын. И с правом быть королем ты можешь попрощаться. Данил замер, а потом, шумно втянув воздух сквозь стиснутые зубы, отступил. Обошел отца и сошел с помоста, провожаемый абсолютной тишиной. - Прошу прощения, Ваше Величество, - не отрывая глаз от пола, тот подошел к Диме и тяжело опустился перед ним на одно колено. – Этот человек больше не доставит вам хлопот. - Все в порядке, - Дима коснулся его плеча, и отец Влада поднял голову. – Но вы кое-что должны мне. - Все, что угодно, Ваше Величество. В уголках губ Димы затаилась улыбка: - У вас есть еще один сын. Думаю, пора отдать ему то, что принадлежит ему по праву. - Нет! – Влад рванулся вперед. Если отец принародно признает его своим сыном, то… Так нельзя! Но его никто не услышал. - Да, конечно, Ваше Величество, с удовольствием, - мужчина почему-то улыбался почти счастливо. Он встал и потянул Влада на себя: - Разрешите представить вам моего сына, Ваше Величество. Вот и все… Влад медленно закрыл глаза. Назад дороги нет и не будет. - Кажется, здесь случилась маленькая революция, - пробормотал церемониймейстер, улыбаясь. – Но я слишком стар для таких потрясений. Ответом ему был легкий, счастливый смех…