Коты - хранители Вонголы.

Два печальных и недовольных кота шли, опустив хвосты и мордочки. Их память была отформатирована и сформирована заново. Их прошлые цели перестали существовать. Со сменой облика, поменялось и мировоззрение. Мукуро и Хибари встретились у ворот их, теперь навечно общего дома. Они сели друг напротив друга и пытались сообразить: драться им или нет? Хибари больше нет, Мукуро тоже нет, значит ли это, что и вражды между двумя котами нет? Им больше не за что сражаться. Цели-то поменялись. «Ты чего такой чумазый?» — первый спросил Хибари. Он бы добавил своё любимое слово «травоядное», да вот только зачем ему красть слова у того, кого он теперь не достоин? «Из дома вышвырнули», — признался Мукуро. «А я сам ушёл. Не стал дожидаться, пока выкинут», — сказал Хибари. Коты стали сверлить друг друга глазами и медленно ходить по кругу. В их мозгах заново строилось отношение к бывшему сопернику. «И чего ты этим добился?» — спросил Мукуро. «Того же, чего и ты», — сказал Хибари. «У меня сменились приоритеты», — парировал Мукуро. «Да ну?» — наигранно удивился Хибари. «Слушай, Кёя…» «Я больше не он». «Слушай, давай не будем зацикливаться на прошлом. Пора смотреть в будущее. Мир?» — Мукуро перестал ходить по кругу и вытянул вперёд одну лапу. «Мир», — случилось что-то, наподобие рукопожатия. «А я быстрее до двери добегу», — Мукуро резко отпустил лапу Хибари и бросился к входу в дом Тсуны. Хибари, быстро сообразив, бросился за ним. — По-моему, с этими котами что-то не так, — Тсуна, который только что встал после падения с лестницы, с любопытством разглядывал, как два его питомца, находясь в двух шагах друг от друга, не царапаются. Прошла уже неделя, как эти ребята стали вести себя странно. На четвёртый день они уже начали переходить на кошачью диету, уже не воспринимая человеческую еду. Они, вот уже неделю, не трогали ни Тсуну, ни друг друга. Их будто подменили. Они будто стали обычными котами. — Я уже знаю, что ждёт их в конце этого пути, — сказал Реборн, к которому Тсуна и обращался. — И ты, конечно же, не будешь подталкивать их к концу? — спросил Тсуна. — А зачем? Они счастливы и не хотят становиться людьми. Они больше не надоедают тебе и являются самыми тихими существами в этом доме. Разве не этого ты хотел? — спросил репетитор. — Это не то, что я хотел! Они не должны быть теми, кем являются сейчас! Да, это два человека, которые меня ненавидят, да, это страшные люди, но это не значит, что они должны закончить жизнь вот так! Это не их судьба! — восклицал Тсуна. — Так и иди и направь их. Ты же их босс, — намекнул Реборн. — Но они не понимают человеческий язык… — Тогда оставь их судьбу им самим, — Реборн повернулся к собеседнику спиной, показывая, что всё сказал. — Постой, Реборн! Помнишь, в первый день этого безумия… Мукуро попросил тебя о чём-то. Что это была за просьба? — спросил Тсуна. — Он предположил, что его ждёт. Он попросил нас не допустить этого, — ответил Реборн. — Чего не допустить? — не понял Тсуна. — Вот этого, — Реборн кивнул в сторону комнаты с котами. — Тогда я обязан вернуть их с небес на землю. Это мой… — Долг? Возможно. Но учти, что окончательное решение всё равно за ними. Тебе нужно лишь расшевелить их, — теперь разговор точно был окончен. Тсуна зашёл в комнату с котами и, всё ещё немного побаиваясь, перекрыл им телевизор. — Так, Мукуро, Хибари-сан, мне нужно с вами поговорить… — коты переглянулись. «И чего он телик нам загородил? Бесит…» — подумал Мукуро. «Может, зацарапаем его? До смерти…» — Хибари облизнулся. «Неплохая идея, напарник. Будет знать, как нам мешать», — Тсуна открыл рот, чтобы начать свою лекцию, как вдруг понял, что не знает, с чего начать. Пока он думал, два кота набросились на подростка и принялись его царапать. Тсуна кое-как выкрутился из их цепких лап и быстро убежал. «Видимо, они сегодня не в духе. Приду-ка я позже…» Коты дали друг другу пять. Они были довольны собой. Больше доволен был Мукуро. Он и забыл какого это — бить беззащитного. А ведь когда-то он ненавидел Тсуну, хотел захватить его тело. Как давно это было? А, впрочем, какая разница? Уживаться с Тсуной гораздо легче и приятнее, чем бороться с ним по-настоящему. Мукуро выкинул из головы зародившиеся мысли из прошлой жизни. «Правда, чего я переживаю? Может даже лучше, что эти два маньяка стали такими. Так они никому не вредят. Только вот кажется мне, что добром это не кончится», — подумал Тсуна. — Осталось ещё три дня… три дня, и они уже не станут прежними. Начинаю сомневаться, что они справятся… — Это будет значить только одно: они, действительно, неверны своим принципам. Процесс купания в воде за неделю новой жизни котов превратился в процесс купания в любви мамы Тсуны. Прикосновения Наны всегда были нежны и приятны, наивны и беспочвенны. Она любила всех просто за то, что все есть. Такое отношение к окружающему миру было непонятно коту-маньяку и коту-борцу за справедливость. Хибари сносил все водные процедуры с каким-то свойственным ему безразличием, которое в рамках его нового обличья доходило до полной отдачи и податливости. Он теперь был полностью зависим от действий других. Не положишь ему еды в миску — умрёт от голода, выгонишь из дома не найдёт себе пристанища, пнёшь ногой не ответит, отругаешь — бросит пустой взгляд и единожды мяукнет. Мукуро же был готов на всё, чтобы его погладили по головке или почесали за ухом со словами: «мой милый котик», «молодец» и тому подобные. Он стал верным и жаждущим любви котом. Вообще, такие качества были более свойственны собакам, но какое ему дело до жалких стереотипов? Порою его посещали чувства прошлого — хотелось исцарапать Тсуну или опрокинуть вазу на пол, но даже мысль о том, что за это его не похвалят, наводила ужас и отвращение. Вот и сейчас, вместо того, чтобы брыкаться и брызгаться, он смиренно позволял Нане делать себе «высокие причёски» и «бороду» из пены. После этого, женщина плеснула в кота порцией тёплой струи из душа и принялась его тщательно вытирать. Мукуро никогда не знал, что вода бывает такой приятной. У него дома о горячей воде даже и мечтать было бесполезно. А плавал парень в последний раз в ледяной воде без сознания, скованный по рукам и ногам, в маленькой капсуле посреди неизвестного водоёма. — Хороший мальчик, — сказала Нана, привычно гладя урчащего кота по спине. Тут Мукуро переклинило: хороший мальчик? Нет. Он же не хороший. Он плохой! Он очень плохой! Кот с силой вырвался из рук Наны и, громко ругнувшись на своём языке, выбежал из комнаты и взобрался по лестнице вверх. Эта фраза имела для парня очень большое значение. Впервые её произнёс какой-то научный сотрудник в лаборатории, где над Мукуро проводили опыты. Он сказал тогда ещё маленькому иллюзионисту, что если он не пискнет ни разу во время очередной порции экспериментов без наркоза, то тот даст ему вкусную конфетку. Мукуро не знал, что это такое, но по объяснениям понял, что что-то вкусное и приятное. Выполнить условие договора было трудно, но самодельный кляп в виде старой половой тряпки заглушал еле слышные стоны, без которых было не обойтись, когда тебе буквально выкалывают глаза и режут пополам тело, с целью изучения. Самой обидной была непреодолимая беспомощность, так как подопытный был крепко прикован к операционному столу. Сотрудник наблюдал за этим действом с величайшей заинтересованностью и сверлил Мукуро взглядом, прислушивался и улыбался до самого конца. Уже по окончанию этого безумия, по дороге в общую комнату, мужчина сказал: «А ты хороший мальчик, Мукуро. Я думаю, что ты многого в жизни добьёшься, стоит только поставить цель. Держи свою конфетку». Сотрудник дал Мукуро фантик и больше никогда не появлялся в жизни мальчика. Фантик, как оказалось, был пуст, что сильно взбесило Мукуро и, по сути привело к тому, чего парень добивается по сей день. Он сначала поставил себе цель найти этого гада и оторвать ему голову, но потом понял, что слишком велик для такой мелочной цели. Именно поэтому фраза «хороший мальчик» стали своеобразным кодовым словом для возвращения старого доброго Мукуро. Иллюзионист сидел на подоконнике и смотрел в окно. Как он мог предать самого себя? Он же не такой. Ничто не заменит ему радости при виде извивающегося и умирающего тела. Как он мог отдаться какой-то жалкой любви, когда его всю жизнь ненавидела сама судьба? Но нет, Мукуро плюнул судьбе в лицо и выжил. Выжил и живёт без этого чувства. Он будет жить так до самой смерти. Внимание кота привлекла какая-то блестящая штука на заборе, он решил исследовать её. Он спрыгнул вниз, точно приземлившись куда надо, и посмотрел на небольшую камеру, которая в течение всего времени наблюдала за домом Тсуны и его обитателями. Пока Мукуро размышлял, кому понадобилась эта слежка, сверху на него накинулся какой-то грязный и вонючий мешок, хозяин которого поволок животное в неизвестном направлении. Увидев, как брат по несчастью резко вырвался и убежал, Хибари, всё ещё плескавшийся в ванне, насторожился. Для Мукуро было не свойственно такое поведение. Нана громко позвала его, но он не вернулся. Интересно, что так его взбудоражило? Размышляя над этим, Хибари смирно покинул тёплую воду и утоп в объятьях полотенца. После обтирания, кота отпустили, и тот вышел на улицу, куда, по его мнению, пошёл Мукуро. Надо бы расспросить его обо всём. С лучшими друзьями надо делиться всеми секретами — разве не так? Хибари не знал, куда ему идти, но вдруг заметил, как кто-то быстро убегает с участка Тсуны на соседний, а оттуда бросился наутёк. У беглеца в руках был мешок, откуда приглушённо доносилось недовольное кошачье фырканье. Его бы никто не услышал, не будь у Хибари чутких ушей. Он сразу догадался, что иллюзиониста похитили, и бросился за похитителем, попутно думая над тем, кому и зачем это понадобилось. Может, это тот самый похититель, который превратил его в кота! Но зачем он опять объявился? Снова захотелось поэкспериментировать? Не тут-то было: Хибари его догонит и зацарапает до смерти. — Узнаю своего Хибари. Только вот у меня на тебя другие планы… Незнакомец с мешком обернулся и посмотрел на кота. Тот подбежал и приготовился к броску на врага, но тот достал какой-то посторонний предмет и, бросив перед собой, исчез из его поля зрения. Теперь Хибари не сомневался в том, что видел похитителя: он использовал эту же дымовую завесу в прошлый раз. Но почему он исчез именно сейчас, а не сразу, на участке? Вероятно, он хотел, чтобы Хибари его заметил и погнался за ним. Наверное, он намеревался куда-то его привести. Хибари осмотрелся и ужаснулся, поджав уши: перед ним стояла его родная школа. Он собрался уйти, но вдруг заметил, как какой-то подросток пытается отобрать сумку у девушки, прямо у дверей здания. «Никто не имеет право дебоширить в этом месте», — подумал Хибари и побежал в ту сторону. Он вцепился в ногу грабителя и сразу запрыгнул выше, оказавшись между ног. Вонзив туда все когти на лапах, Хибари вырвал сумку из его рук и положил у ног ошарашенной девушки. Грабитель, ругаясь и держась за больное место, убежал, а спасённая девушка присела, чтобы погладить кота, но его и след простыл. «Я всегда гнался за дисциплиной. Что же за ерунда заставила меня отвернуться от этой великой цели? Плевать, кто я, важно то, какие у меня цели», — размышлял Хибари. — Ты правильно поступил, Хибари, — глава ДК обернулся и, не успев ничего разглядеть перед собой, потерял сознание.