Игра в правду

План сразу идет наперекосяк. Когда каждая деталь тщательно продумана, возможные последствия предусмотрены с хладнокровной объективностью, составлен четкий поэтапный список инструкций и шагов, когда страхи затмеваются расчетливостью и последовательными отточенными в уме действиями, когда осознание того, что у тебя нет права на ошибку или проигрыш, - именно тогда план идет наперекосяк. Вопреки всем твоим расчетам, целям и надеждам, какими бы искренними, самовнушенными и убедительно продуманными они ни были. Все срывается в мгновение оптики одной лишь фразой: - Ты никто. Властный голос Шефа звучит практически возле самого аудиодатчика, так близко, убедительно и уничтожающе, что Хромия готова отбросить задуманное и поверить в услышанное. - Знаешь, кто я? Я - всё. Я являюсь воплощением всего, что тебя окружает - в этой мебели, энерговарках, окнах, турбопластах, зданиях, фундаментах, боевом вооружении всего Кибертрона... Ты не забыла, что я твой начальник, Хромия? - Нет. - Мне принадлежит столько заводов и энергохранилищ, что тебе и не снилось. Они составляют экономическую основу всего нашего мира. Скажи мне, неужели ты хочешь, чтобы из-за тебя все это пошло ко дну? - Нет. - Умница. Но разве ты заслуживаешь право, чтобы работать здесь? Ты вообще на что-то заслуживаешь хоть какое-то право? Хромия молчит - такое она выслушивает на протяжении пяти ворнов практически каждый декацикл. Шеф, внушительных габаритов бот, с надраенным до блеска черно-белым корпусом, в котором можно увидеть собственное отражение, по совместительству директор холдинга "Слехт энтерпрайз", смотрит на нее, сидя за массивным, заваленным голографами и падами столом, и деловито прожигает оптикой. - Ты лишь жалкая потаскушка, которая работает внештатным сотрудником на крайне подозрительной и шаткой должности и почему-то не удосуживается предоставлять мне информацию вовремя. - Он встает и направляется к Хромии, у которой в процессоре крутится лишь мысль "Ты сможешь, ты сможешь!". - Ты в курсе нашей затруднительной экономической ситуации - мы лишились финансирования, и фабрики просто не могут сами себя обеспечивать себя энергией. Правиль-но? У Шефа была забавная глупая привычка в особо острых разговорах отрывать последний слог от слова и произносить его как бы отдельно, делая акцент. Хромия в другой раз посмеялась бы, но сейчас Шеф находился так угрожающе близко, что от напряжения искра оглушительно билась о стенки камеры, вырываясь наружу от ужаса. - Мы можем поддерживать энергонные поставки только с помощью нелегальной подработки, той, которой как раз занимаешься ты, - улыбается Шеф и встает перед Хромией так, что их оптика встречается и оказывается на одном уровне. - Только вот почему ты, мразь, не принесла мне информацию?! Шеф заносит манипулятор, желая ударить ее наотмашь по фейсплету, но Хромия, предвидев это, сделала то, что хотела, то, чего никогда не делала ранее. Она слегка отклонилась в сторону и в тот момент, когда манипулятор Шефа просвистел прямо перед ее височным щитком, схватила его и отпихнула в сторону. Шеф отшатывается, скорее от неожиданности, чем от толчка, и во все окуляры уставляется на Хромию. Она еще никогда не предпринимала попыток остановить его, наверное, никто из сотрудников не предпринимал. - Я не "мразь", - шепчет Хромия, усердно имитируя спокойствие и хладнокровие и скрывая колотившую ее дрожь. - Сейчас я пришла сдавать вам не отсчет, а сказать, что вы должны доверять мне и соответственно обращаться. Я уже работаю у вас не первый ворн. Я всегда доставала нужную информацию и ни разу не подвела "Слехт", - так что заслужила хоть каплю уважения и нормального отношения. Хромия ненавидела эту компанию, "Слехт энтерпрайз", ненавидела работу, вскрывшись подробности и нюансы которой, можно было до дезактива угодить в тюрьму или сразу быть убитым линчевателями; ненавидела Шефа, гнобящего ее около пяти ворн, своих ограниченных и сытых коллег, ненавидела свою жизнь, саму себя. Но у нее не было другого выбора - либо жить тем активом, который преподносит тебе Праймус, либо медленно разлагаться на запчасти, прозябая в нищете и голоде. Хромия не хотела возвращаться к прежнему жалкому существованию на краю общества и терять работу в "Слехте", которая являлась единственной связывающей ее с миром ниточкой и возможностью кормить себя. Хромия давно свыклась с мыслью, что так проживет весь оставшийся актив. Бота пятого класса не возьмут ни в какое другое место, особенно фемм, - здесь светят либо шахты, либо проституция. "Слехт энтерпрайз" казалась даром Праймуса - но сегодня что-то изменилось. Хромия решила, что не позволит начальнику больше втаптывать себя в шлак, тщательно продумала, что скажет, как поведет себя при любой его реакции, - но особенно тщательно продуманные и подготовленные планы всегда идут наперекосяк. Хромия учла все, но только не это. Шеф смотрит на нее со смесью ненависти, удивления, презрения и... испуга? Нет, кажется. В его оптике полыхает дикий огонь отвращения - Хромия думает, будь бы у него возможность пристрелить ее, он бы не раздумывая сделал это. - Грязный отброс, - Шеф брезгливо вытирает невидимые пылинки с двух полосок на кисти - классовой метки, характеризующей принадлежность к определенному рангу, - и замечает мелькающую в оптике Хромии тень зависти. Он усмехается и смотрит на ее пять полосок. - Ты себя очень плохо повела сейчас, понимаешь? Для пятого класса это непростительно. Не расстраивай меня, Хромия. Иначе мы с тобой... не сможем стать друзьями. - Повторяю, я не хочу, чтобы... - Хромия, решительно сверкнув оптикой, хочет продолжить свою тщательно подготовленную речь, но случается как раз то, что и нарушает весь ее план: Шеф двумя шагами преодолевает отделяющее их расстояние и с каким-то остервенением впечатывает Хромию в стену так сильно, что та закашливается: то ли от удара, то ли неожиданности. - Что вы?.. - Послушай, дорогая. - Он сдавливает ее шею правым манипулятором, а левым зажимает локтевые пазы за ее спиной, лишая Хромию возможности пошевелить ими. - Ты ведь достала всю информацию, которую я у тебя запрашивал? - Отпустите... - сдавленно хрипит она и мотается в сторону, но это мало что дает, - Шеф был крупным ботом в три-четыре раза крупнее и тяжелее ее; Хромия на его фоне выглядела маленьким худощавым спарком. - Отпустите меня! - Достала или нет? - Пальцы впиваются в шейную проводку. - Да, достала! - И некоторые соединения лопаются голубыми брызгами. - Хорошо, завтра же передашь ее мне. И, детка, во избежание нарушения нашей дружбы - не стоит качать свои права. Понятно? Ты н и к т о, - повтори. Н и к т о. Повторяй! - рявкает Шеф. - Да, - всхлипывает Хромия, отчаявшись высвободиться. - Что "да"?! - Никто. - Кто "никто"? - Я. - Хорошая фемм. "Шлак, нет-нет, этого не входило в план!". - Люблю покорных девочек. - Хромия чувствует, как чужая глосса обжигает ей височный щиток, а пальцы проходятся по броне, и что было силы вырывается из тисков. Шеф ослабляет хватку, и та испуганно вываливается из-под него. Вот сейчас искру не просто колотит, а рвет на части. - Завтра в три, не опаздывай, - урчит Шеф, и Хромия пулей вылетает из кабинета директора холдинга "Слехт энтерпрайз". ___________________________________________________________________________ Хромия не может работать - она тупо пялится в экран головизора, подперев голову о колени. Отчет, необходимый Шефу, она закончила еще пару суток назад, и тот бесцельно пылится на ее рабочем столе под кипой датападов. Надо бы прибраться, а то ее отсек больше походил на неприбранный офис, чем на дом. Сдав этот отчет, она отправит очередного бота на верную смерть. Хромия наливает себе крепчайшего концентрата, который отыскивает в залежах стойки, - она давно не ходила в магазин, и сейчас количество сверхзаряженного сводится лишь к глунию, трясущемуся в ее манипуляторах. Хромия не плачет, не кричит, не бьется в истерике, не звонит подругам (которых, в принципе, у нее нет), а лишь спокойно пытается проанализировать случившееся. Ее план по отстаиванию себя как личности провалился, Шеф не просто приставал к ней, а нагло лапал, завтра принесенной информацией она убьет еще одного бота, еще и за отсек надо платить и на что-то купить еды... Ей семнадцать ворн, а такое ощущение, что все триста. Хромия сворачивается калачиком и проваливается в мечты о прекрасном будущем, которого у нее никогда не будет. Ненавижу свою жизнь. Просто ненавижу.