Les Memoires Blessees (сборник)

— Ты уверена, что не хочешь дать мне ещё один шанс? Неясный шум, сотканный из многочисленных голосов, чьего-то удивлённо-радостного смеха и далёких, приглушённых песен птиц, окружает её, облепляет, сбивает с толку. Терпкий и пронзительно свежий запах удушливо-тёплого и выжженного солнцем лета опьяняет, пронизывая Франческу какой-то нездешней, странной растерянностью. Она хмурится: здесь так шумно. Слишком шумно, слишком много человек, как она считает, собралось здесь, и оттого ей так трудно что-то сказать. Она несколько бесконечно долгих мгновений смотрит на Марко, который только что исполнил посвящённую ей, Франческе, песню, но вскоре отводит взгляд. Она знает, это огорчает его, просто… — Давай же, Фран, скажи ему что-нибудь, — просит её кто-то, подталкивая девушку к Марко на один шаг ближе. — Почему же ты молчишь? — удивляется другой. Слова, адресованные ей, осознаются как-то туманно; она оглядывается на своих друзей, что побуждают её подойти к юноше, но лишь пожимает плечами. Марко смотрит на неё — она не видит, но знает это. Ту губительно-яркую надежду, что сжимает его сердце, и это мучительное ожидание Франческа почти ощущает сама, но губы упорно сжимаются, не позволяя словам вырваться наружу. Они здесь, они внутри неё, странные и потаённые даже для самой Франчески, порождённые частыми ударами взволнованного сердца — однако что-то не даёт им зазвенеть в воздухе. Что-то мешает. Франческа с величайшим вниманием разглядывает траву, столь приятно щекочущую её ноги, и позволяет неловкой паузе восцарствовать здесь. Она улавливает тонкий и едва заметный запах Марко, осторожного подошедшего к ней, и это отчего-то пленяет её. В груди назойливо свербит желание уйти, скрыться ото всех и вся, но она не может сдвинуться с места. — Фран? — его голос сейчас звучит как-то особенно тихо и робко; его рука сжимает её собственную ладонь несколько несмело, отчаянно. — Фран, ты… так ты дашь мне… ещё один шанс? .. — Не… не знаю. Её холодное и твёрдое «нет» внезапно растворяется в пропитанном теплом воздухе; она хочет отказаться, хочет равнодушно взглянуть на Марко перед уходом, но ныне это не кажется ей правильным, преобразуюсь в беспомощное «не знаю». Франческа прикусывает губу и сосредотачивается на том тепле, что исходит от руки Марко, и ей кажется странным, что не возникает желания отшатнуться. Она мучительно хмурится и гадает: не ошибка ли это, что она позволяет надежде терзать юношу, не станет ли от этого только хуже? Если это так, ей отчаянно не хочется об этом задумываться. Она заглядывает в глаза Марко, и на губах против воли расцветает слабая, плохо скрываемая улыбка. Он смотрит на неё с непередаваемой нежностью и робостью, и это заставляет что-то сжаться внутри; Франческе трудно сказать, насколько приятное тепло дарует этот взгляд. Сердце всё ещё щемит недавняя обида и опасение, ведь возникновение отношений, которых он хочет, требуют пугающих её близости и доверия, но… ей кажется, она уже не настроена так скептически против него, как была час назад. Возможно, это было лишь временное помутнение? Франческа отчаянно цепляется за эту догадку и чуть отступает от Марко, смущённая их близостью. Она по-прежнему пленена сомнениями и отголосками глухой обиды, однако одно чувство особенно явственно зарождается в её груди — она понимает, что не хочет отсюда уходить, не хочет обрывать мгновения, проведённые с Марко. — Эй, Фран, ты ничего не скажешь? — в чьём-то голосе явственно скользит разочарование. Он лишь наблюдатель и только видит происходящее; ему невдомёк, что творится в чужой душе. — Тсс, не мешай, — шипит ему другой голос. В глазах Марко медленно, подобно маленькой и потухающей свече, гаснет надежда, несмотря на то что сама Франческа не сводит с него тёплого и немного умилённого взгляда. Он отпускает её руку и опечаленно опускает руку, и девушка в смятении вздыхает, когда её окутывает чувство отчаянной неправильности происходящего. Франческе кажется, что он не должен отпускать её руку — этот кроткий миг кажется слишком сладостным, чтобы позволить ему так быстро рассеиться. Она смотрит на Марко, и ей уже совсем не кажется правильным изначальный отказ. Она задумывается: а может, ей всё же дать ему шанс? Она чувствует, что-то робкое, неуловимое и неизведанное тянет её к нему, будто бы едва-едва зарождающаяся привязанность; она вспоминает, как на том вечере караоке они пели вместе, столь складно и искренне, будто бы всегда знали друг друга; она вспоминает ту несмелую, но тёплую надежду, что плескается в его взгляде при каждом разговоре Франчески и Марко; те хрупкие и исполненные особенной красоты цветы, что подарил ей Марко, и неровный ритм собственного сердца, которое начинало наполняться тёплыми чувствами. Она вспоминает — и улыбка на её губах невольно становится шире. Она знает, что ещё не влюблена в Марко, нет — пока что слишком рано для таких чувств, но он ей определённо нравится; этот парень запал в душу при их первом знакомстве, иногда заставляя Франческу скучать по нему. — Знаешь, Марко, я не совсем уверена… — она сглатывает, подыскивая подходящие слова. Тот неясный шум, что так беспокоил её, исчезает в это мгновение, оставляя их одних, пока она готовится сказать что-то важное и сокровенное. — Но думаю, что вполне могу… — Значит, ты согласна стать моей девушкой? Смятение охватывает её, Франческа задыхается, когда почти произносит эти слова. На несколько мгновений её вновь посещает ощущение, что лучше бы было отказаться и наконец уйти, но, когда она вновь смотрит на Марко, оно исчезает. И Франческа, неожиданно для самой себя, ступает к Марко и касается губами его щеки, оставляя на коже лёгкий, почти невесомый поцелуй. Когда она отстраняется и видит в глазах Марко столько восторга захлестнувшей его любви и счастливого удивления, будто бы в них отражается целый мир, она понимает, что этот юноша не заставит её пожалеть о последующих словах. — Можно и попробовать, — тихо улыбается она.