Кукольных дел мастер

С момента обнаружения тела миссис О’Флинн прошло не более получаса, но вид вокруг успел существенно перемениться. «Фарфоровая страна» больше не напоминала сказочный замок для маленьких девочек – теперь это было место преступления. Повсюду сновали люди в форме, раздавались щелчки фотоаппаратов, а желтая лента по периметру предупреждала – здесь ведется расследование. Миа Грей сидела на лавочке неподалеку от магазина и нервно теребила в руках маленький носовой платочек. Ее вздернутый носик покраснел, довольно ярко, но слегка неумело накрашенные глаза опухли, а на побледневших щеках виднелись следы слез и потекшей туши. Очки в темной оправе лежали рядом с горкой испачканных бумажных платков. – Мисс Грей, вы готовы побеседовать с нами? – Тереза подошла к лавочке и остановилась напротив Мии. Джейн, следовавший за напарницей, опустился на сидение рядом с блондинкой, закинул ногу на ногу и развернулся к девушке корпусом, внимательно всматриваясь в ее заплаканное лицо. – Да, то есть… да, мэм, – она кинула пару нервных взглядов в сторону консультанта и подняла глаза на Лисбон. Лишившись привычных очков и большей части макияжа, они выглядели беззащитными, как у маленькой девочки. – Хорошо, – продолжила Тереза чуть мягче. – Как давно вы работаете в «Фарфоровой стране»? – Уже около трех лет, мэм. Я тогда только переехала в эти края… Сама я родом из Аризоны. Случайно увидела объявление, мол, требуется помощница в магазин, и подумала, почему нет. Работа непыльная. – И такая увлекательная, – поддержал Патрик. – Куколки, цветочки, просто сказочный мир. Миа растерянно посмотрела на него: – Да, мне, конечно, понравилась обстановка. Очень милая. – Как и хозяйка. Старушка О’Флинн совсем древняя, такая доверчивая, всегда жалела бедную девушку, давала больше выходных, чем нужно, отпускала пораньше с работы. А вы и рады были, только и успевай отлынивать, порхали, как бабочка, пропуская работу ради свиданий… – Нет! – вскрикнула Грей, прерывая его. – Нет? – Джейн, – Лисбон укоризненно покачала головой. – Миссис О’Флинн очень добрая… была, – губы блондинки задрожали, и она прижала измятый платочек к глазам. – В этом вы правы. У нее было огромное сердце, – она немного помолчала. – Но я бы никогда не стала злоупотреблять ее добротой. – Не стали бы, – Патрик покачал головой и наклонился к девушке. – Теперь я это вижу. Но сегодняшний день – исключение, не так ли? Сегодня вы решились позволить себе маленький обман. Вы отпросились на это утро, а теперь старушка мертва. Вот откуда это чувство вины. Вы солгали ей прямо перед ее смертью. Миа тихонько всхлипнула, ее плечи затряслись: – Вы правы… да… Вы… совершенно правы, – пробормотала она сквозь слезы. – Ну, ну, – он утешающе похлопал ее по плечу. – Это лишнее. Поверьте, миссис О’Флинн не осудила бы вас за эту маленькую ложь. Она, как никто другой, знала все о великой любви, и как трудно ей противостоять. – О любви? – девушка подняла на него заплаканные глаза. – Но, как вы… – При чем тут любовь? – недоуменно спросила Тереза. – О, любовь, Лисбон, именно любовь! Дело всегда в любви, ведь это же такое прекрасное чувство. Его не стоит стыдиться. Риз сердито сдвинула брови, слушая его речи неисправимого романтика. Опять он рисуется. Но Миа, кажется, понимала, о чем говорил Джейн, завороженно уставившись на консультанта. – Вы ведь были на свидании этим утром, – продолжал он, обращаясь к блондинке. – Не могли дотерпеть до конца рабочего дня. Ведь часы тянутся так мучительно долго, когда ты вдали от любимого. Вот и солгали старушке, что у вас разболелся зуб, и нужно срочно навестить дантиста, а сами в это время предавались сладостной страсти в лесу. – Откуда вы… Откуда вам это известно? Вы что, телепат? – Ох, Миа, – Джейн легко рассмеялся. – Телепатов не существует, а я просто очень внимателен. Во-первых, вы молоды. Во-вторых – романтичны. Вы ведь не просто так работаете в «Фарфоровой стране», вам нравится это волшебство вокруг вас, волшебство любви. Так разве юная романтическая натура может быть одна? – он поднял глаза на Лисбон. – Нет, – пришлось согласиться ей. – Нет, нет, у нее непременно должен быть возлюбленный, какой-нибудь тайный любовник, порочная связь, ведь это так увлекательно. Особенно для девушки из Аризоны, которая отправилась в неизвестные ей места на поиски приключений. Кто он, местный бандит? Главарь какой-нибудь шайки? – Это,… это… – Не отвечайте, – он махнул рукой. – Ваш любимый опасен, и вы держали отношения в тайне, не делились даже с миссис О’Флинн, которая стала вам близка, как родная бабушка. Боялись ее осуждения, поскольку знали, она не одобрит эту связь. И это главная причина, по которой вы скрывались от посторонних взглядов, не хотели волновать старушку лишний раз, прятались по кустам, устраивали встречи в лесу, как сегодня, ведь эта таинственность так возбуждает… Лисбон закатила глаза и подумала, что шоумен в Патрике не умрет никогда – послушайте только, какие пламенные речи, сколько драматизма. – Листочек в ваших волосах, – продолжал, между тем, Джейн, – и земля, прилипшая к подолу вашего очаровательного бежевого пальто, лишь подтверждают мои догадки. Кроме того, – он выдержал небольшую паузу, – ну кто будет так тщательно краситься и наряжаться, отправляясь на прием к дантисту? – он кивнул на ее светло-розовую блузу с манящим декольте и лаковые туфельки на тонкой шпильке. – Про дантиста-то ты как узнал? – мрачно спросила Тереза. – Ну, это просто самая популярная отмазка на свете, – махнул он рукой. – А еще запас бумажных носовых платочков у мисс Грей. Либо это она пришила старушку и приготовила их заранее, зная, что придется пролить много слезок, либо собиралась запихивать их за щеку, изображая реальную жертву кариеса. – Это потрясающе, – прошептала девушка, которая даже немного успокоилась, восхищенная его способностями, и не обратила внимания на замечание Джейна о первой причине запаса ее платочков. – Я и правда хотела сделать именно это. – Ладно, Джейн, завязывай со своими представлениями, – Лисбон повернулась к блондинке. – Расскажите про вашего парня. Как его зовут? – Я… не думаю, что это хорошая идея, – замялась Миа. – Он говорил, что нам лучше не раскрывать наши отношения. – Мисс Грей, мы расследуем убийство, – напомнила Тереза, слегка повышая тон голоса. – Вы должны ответить на вопрос. – Она боится, – задумчиво произнес консультант. – Но не за себя, за него. Думает, если их раскроют, ему не поздоровится. – Это правда? Мисс Грей, мистер Джейн прав? Вы боитесь? Она нерешительно кивнула: – Да, я… Дело в том, что мой отец… Он занимает довольно высокий пост в Аризоне. Поэтому я и сбежала оттуда. Не хотела чувствовать его давление, и все эти деньги, необходимость всегда «держать лицо». Но я уверена, он не отступился… он никогда не отступает, – произнесла она с горечью. – Он нанял людей, которые следят за мной. Кто-то из местных снабжает его информацией, и если они узнают, если до него дойдет, что я… что мы… Вы должны понять, у него есть связи в Калифорнии. Он засадит моего любимого в тюрьму. – Миа, – Джейн наклонился и мягко коснулся ее руки, – ни мне, ни агенту Лисбон нет надобности придавать вашу связь огласке. Назовите нам имя, мы тихонько побеседуем с вашим парнем, и на этом все закончится. – Ну, это только в том случае, если он не замешан в убийстве, – добавила Тереза, недовольно сверкнув глазами в сторону консультанта. – Да, конечно. Если он замешан, она всем про вас расскажет, – согласился Патрик. – А он замешан? Он убил? Глаза блондинки медленно расширились, она в испуге взглянула по очереди на мужчину и на старшего агента: – Что вы, он тут не при чем! – Вы в этом уверены, – кивнул Джейн. – Полагаю, у вас есть все основания так считать. В таком случае, нет никакого риска. – Назовите имя, – попросила Лисбон. – Хорошо. Его зовут Эдриан Тетч.

******************

Чо позвонил как раз под конец беседы с Мией. – Босс, я проверил адрес, по которому курьер забрал коробку. Дом, изъятый за долги у некой Линды Версалез, пустует уже несколько месяцев. Я опросил соседей, никто из них не видел ничего подозрительного. Курьер говорит, коробка лежала в почтовом ящике, эксперты собрали отпечатки пальцев, но боюсь, что это ничего не даст. – Вынуждена согласиться, – вздохнула Лисбон. – Наш маньяк крайне осторожен. А что с хозяйкой дома? – Я пробил ее по нашей базе – не была замешана ни в чем криминальном. Съездил по ее новому адресу, это домик в Сан-Франциско, зарегистрированный на ее супруга Генри. Самая обычная семья, муж, жена, двое детей. Линда домохозяйка, Генри трудится в статистической компании. – Они не при делах. – Да. Курьер тоже чист, студент экономического колледжа Майкл Уоррен, подрабатывает в свободное от учебы время. – Ясно, – казалось, они никогда не найдут ни одной зацепки. – Бери Ригсби и езжайте к нам, нужно опросить каждого, кто мог что-то видеть у мастерской. Вам придется поспрашивать местных жителей, слышали ли они что-нибудь о бывшей актрисе, которая жила здесь одиннадцать лет назад. Миа сказала, что миссис О’Флинн упоминала ее пару раз как одну из своих покупательниц. Джейн уверен, что она связана с нашим маньяком. Еще вам надо побеседовать с дружком Мии, Эдрианом Тетчем. Похоже, он какой-то криминальный авторитет в этих местах, возможно, имеет отношение к убийству, – на этих словах Джейн скорчил рожу, которая подсказывала Терезе, что он категорически не согласен с подобным предположением. – И передай Ван Пелт, пусть она пробьет его по нашим базам. – Эдриан Тетч, – повторил Кимбелл. – Слушаюсь. Чо разъединился, и Лисбон повернулась к задумавшемуся о чем-то консультанту: – Джейн, есть какие-нибудь блестящие идеи? – О, а тебе мало того, что я уже сказал? – он помолчал. – Это точно сделал наш маньяк, и характер нового убийства лишь подтверждает мои прежние слова. Он убивает девушек аккуратно, почти без крови, потому что это послание, гордый ответ на нанесенную обиду. А вот миссис О’Флинн – другое дело, это не имеет отношения к его основной идее убийств, просто лишний свидетель, которому не суждено было остаться в живых. – Но к чему такая жестокость? – покачала головой Тереза, вспоминая страшную картину в мастерской. – Просто внутри него еще сидит злоба маленького мальчика, который не может попасть туда, куда так сильно его тянет. Мечты его не осуществились, и старушка поплатилась за это жизнью. И магазин он разнес в том же порыве ярости, но заметь – куколок-то не тронул. Значит, я прав. Хотя это не новость. – Что ж, ты молодец. Только все это никак не приближает нас к поимке маньяка. Что-то в тоне ее голоса не понравилось Патрику, слишком бесцветно прозвучали ее слова. Да и вообще, надо сказать, вид у Лисбон был не самый цветущий: болезненная бледность, потухший взгляд. – Тут я с тобой согласен, – Джейн внимательно посмотрел на напарницу. – Давай поедим? На сытый желудок думается лучше, а у меня с утра во рту крошки не было. – Нет, ты иди, – она махнула рукой. – У меня что-то аппетита нет. – Ладно, – он слегка нахмурился. – Не уверен, что голодный обморок – это хорошая идея, но решать тебе.

******************

Джейн шел вдоль слегка пыльной тропы, теребя во рту кончик травинки, что сорвал по дороге. В этих краях было куда теплее, чем там, откуда они выехали этим утром, да и пейзаж радовал глаз: по обе стороны от тропинки раскинулся небольшой, но очень зеленый лесок, над головой простиралось бескрайнее небо, ослепляющее своей голубизной. Солнечные лучи, струящиеся сквозь редкие пушистые облака, ласково скользили по коже, приятно согревая. Патрик стянул с себя пиджак, закинул его на плечо и закатал рукава своей измятой рубашки. Он дошел до развилки, подумал с секунду, свернул направо и расплылся в довольной улыбке. Это было именно то, что он искал. Длинный прилавок, груда деревянных ящиков и молодой горластый продавец-мексиканец в слегка заляпанном фартуке. Но самое главное – радуга сочных, спелых плодов и ягод. Фруктовая лавка! У Джейна загорелись глаза, он с каким-то ребяческим восторгом вприпрыжку добежал до места и стал изучать товар. Выбор был богатый, но он точно знал, что ему надо. – Почем клубника? – крикнул он продавцу. – На вид прелесть! «Лисбон будет в восторге!»

******************

По дороге назад он слегка заплутал, отвлекшись на маленького рыжего лисенка. Зверек перебежал ему дорогу и скрылся среди деревьев, Патрик поспешил за ним. – Куда же ты, малыш, – тихонько пробормотал он, стараясь не спугнуть лесного жителя. – Дай на тебя полюбоваться. Пушистый огненный хвост мелькнул где-то впереди, и Джейн прибавил шагу, стараясь не отстать от ловкача. Увы, лисенок оказался проворнее, и консультант еще немного побродил по лесу, в надежде заметить быстрого рыжика. Когда он вновь вышел на тропу, то не мог точно определить, где находится. Именно поэтому он был так рад увидеть впереди две знакомые фигуры: долговязую – Ригсби и пониже, вытянутую струной – Чо. Рядом с ними стояла какая-то женщина в цветастом платье с длинными смоляными волосами. На вид ей было около тридцати. Она что-то говорила агентам, и Ригсби записывал ее слова в блокнот, периодически кивая. – Эй, ребята! – замахал им Патрик. – Эй, а вот и вы! Ригсби! Чо-о! Они повернули головы на его крик. Уэйн поднял ладонь в ответном жесте, и чуть не выронил блокнот, Чо не отреагировал, только вздохнул, наблюдая, как коллега неловко ловит книжечку на полпути. – Эй, – повторил Джейн, подбегая к агентам. – Что делаете? – Опрашиваем жителей, – пояснил Кимбелл. – А что ты делаешь? – Выслеживаю зверя. – Зверя? Убийцу что ли? – не понял Ригсби. – Убийцу? – переспросил Патрик и посмотрел на парня так, словно у него поехала крыша. – Уэйн, работа в КБР совсем тебя доконала. Нет, я имел в виду зверя, животное, ну знаешь, такие четвероногие существа, живут в лесу обычно. – А? – не понял агент. – Не бери в голову, – Джейн махнул рукой. – Так значит, свидетелей опрашиваете. И как успехи? – Не свидетелей, а местных жителей, – поправил его Ригсби. – Пока не очень-то много сведений, но мы только начали. – Вы обязательно добьетесь успеха, – ободряюще пообещал Патрик. – Спрашивайте их о бывшей актрисе... – … Которая жила здесь одиннадцать лет назад. Мы в курсе, – кивнул Чо. – Лисбон нам уже сказала. Почему ты думаешь, что она как-то связана с убийцей? – Просто интуиция, – он пожал плечами. – Или версия, если так вам будет легче это принять, – добавил Джейн, хмурясь в ответ на непроницаемое лицо Кимбелла. – Неужели кто-то сможет вспомнить такое? Одиннадцать лет прошло, – недоверчиво спросил Уэйн. – Ригсби, друг мой, человеческая память – удивительное место, ты можешь вспомнить любую мелкую или незначительную деталь из прошлого, стоит только научиться пользоваться своим разумом. Особенно хорошо работают ассоциации, услышав какой-то звук, как хруст веток под ногами или мелодию, которая тебе о чем-то напоминает, ты можешь пробудить в себе воспоминания. – Подождите! – воскликнула женщина со смоляными волосами, до сих пор внимательно слушающая их диалог. – Кажется, я что-то припомнила! – Вот, – Джейн повернулся к ней, кинув довольный взгляд на агентов, – работает! Что же вы вспомнили, миссис… – Это Патрина Ракло, – сообщил Ригсби. – Мисс Ракло. Местная цыганка. – Патрина, – расплылся в улыбке консультант. – Чудесное имя! Так что вы вспомнили? – Сейчас вы сказали о мелодии, и мне вдруг пришло в голову, что я давно не слышала любимых песен. В моем таборе мы каждый день проводили под музыку, плясали, веселились, – глаза женщины заволокла печаль, – Я решила оставить табор, когда мы пришли в эти места. Мне показалось здесь так красиво и свободно, я даже нашла работу, понимаете? – И не только работу, – добавил Патрик. – Вы нашли любовь. – Да, вы правы, – в темных глазах цыганки зажегся какой-то огонек и тут же погас. – Я забеременела, а он был женатым человеком. Были варианты, но я…, – она помолчала, – В любом случае, в последнюю ночь табора в этих краях я сидела у озера и рыдала, не зная, как поступить. Ко мне подошла миссис О’Флинн и спросила, что случилось. Мне было так плохо, и не к кому обратиться за советом – и я раскрыла ей свою тайну. Она выслушала меня, а потом заговорила, и в голосе ее не было осуждения. Она тогда сказала мне много мудрых вещей. Сказала, что любовь заставляет людей совершать ошибки. И что мое дитя не должно страдать из-за того, что я не могу простить себя. А потом добавила кое-что странное, что я тогда не поняла, но теперь вспомнила: миссис О’Флинн сказала, что та семья давно была разрушена, поскольку невозможно жить с бывшей актрисой, которая безумна не меньше, чем Офелия, чью роль она исполняла. В тот момент, когда миссис О’Флинн говорила это, ветер донес до нас печальную мелодию со стороны табора. Это было последней весточкой мне, я знала, они прощаются. Наутро они покинули эти места. – Это интересно, – Джейн задумался. – Как звали того женатого человека? – О, я этого не знаю, – цыганка покачала головой. – Мы не открывали друг другу имен. Это был очень короткий роман… Все случилось буквально за три дня. Мы случайно встретились в лесу, когда я собирала целебные травы недалеко от табора, а он охотился на дичь. Эта связь изначально была обречена на трагический финал, ведь я должна была покинуть эти края вместе с табором, а он говорил, что давно решил уехать за много тысяч миль. Спустя три дня он сделал, как обещал. Навсегда исчез из моей жизни… Только оставил это на память, – женщина скользнула рукой к длинной смуглой шее, поддела пальцами тяжелую золотую цепь и извлекла наружу небольшой блестящий камешек. – Рубин, – сказала она. – Как символ нашей любви. Спустя неделю, как он уехал, я поняла, что беременна. Мы, цыгане, всегда чувствуем такое еще до первых признаков. – Какая печальная история, – Патрик покачал головой. – Вы сильная женщина. – О, благодарю вас, – тонкие губы цыганки тронула легкая полуулыбка. – Мне пришлось стать такой. – А когда это произошло? – спросил завороженный ее неспешным повествованием Ригсби и приготовился занести ответ в блокнот. – Это… – Мама! – прервал ее тонкий девичий голосок, и женщина повернулась на зов. – Мама! – навстречу цыганке бежала черноволосая девочка с большими голубыми глазами. – Доченька, – Патрина поймала ее в объятия и ласково провела ладонью по голове. – Это случилось двенадцать лет назад, – ответила она агенту. – Я буду вечно благодарна миссис О’Флинн за то, что она направила меня по верному пути в ту ночь. Я сделала свой выбор, и ни на секунду не пожалела о нем, – она крепче прижала к себе дочь. – Найдите убийцу. Он должен понести наказание. – Мы сделаем все возможное, мэм, – пообещал Кимбелл. Она кивнула, и вместе с дочерью они зашагали куда-то вглубь тропинки. Ветер развевал их длинные черные волосы. – Интересная история, – пробормотал Патрик, наблюдая за удаляющимися фигурами. – Вы Лисбон не видели? – спросил он, наконец, оторвавшись от цыганок. – Она там, – Чо указал направление. – Собирается назад в Сакраменто. – Без меня?! – обиженно протянул консультант. – Вот этого я не знаю. – О, погодите, – Джейн порылся в карманах пиджака и выудил требовательно звенящий телефон. – А вот и она. Без меня никуда! – он широко улыбнулся, прикладывая трубку к уху. – Привет, Лисбон, соскучилась? А я уже иду к тебе, – и он зашагал прочь от агентов.

******************

Улыбка его была такой ослепительной, а вид столь самодовольный, как у хитрого и наглого котяры, что Тереза невольно улыбнулась в ответ. – А ты говорила, не хочешь есть. Врушка! – Я и не хотела. Но клубника действительно вкусная. – Прелесть, да? – Красота, – согласилась Лисбон, отправляя остаток ягоды в рот. – Спасибо. А ты не хочешь? Джейн покачал головой: – Я уже слопал свою половину по дороге. Ладно, рассказывай, что ты успела выяснить. – Ничего полезного. Миссис О’Флинн всегда лично общалась с заказчиками и самостоятельно занималась бухгалтерией. Обязанности Мии были связаны по большей части с приемом звонков, приготовлением кофе для хозяйки, оформлением витрин, все в таком роде. Так что того, кто заказал наших кукол, Миа не видела. – По крайней мере, она вне опасности. – Ты прав. Хотя, сегодня ей крупно повезло. Не думаю, что наш маньяк стал бы церемониться, прирезал бы ее вместе со старушкой, будь она на работе. – «Прирезал вместе со старушкой»? – поморщился Патрик. – Слишком грубо? – Да, грубовато прозвучало. – Ну, извини. Паршивый день, – она вздохнула. – Только не для Мии Грей. Для Мии Грей сегодня день просто волшебный. Возрождение. Новое начало! Она избежала самой смерти. – Прекрати, – со стоном попросила Лисбон. – У нас опять никаких зацепок. Тот, кто убил миссис О’Флинн и разгромил магазин, уничтожил и все записи. Мы можем только гадать, сколько этих жутких кукол она успела сделать для него перед смертью. Надеюсь, что не слишком много. – Думаю, достаточно, чтобы он завершил свою миссию и избавился от обиды, – заметил Патрик. – Так что, наверное, где-то около пяти. Не меньше. – Ну, ты просто отлично умеешь поднять дух. Настоящий Мистер Оптимизм! – О, прошу, оставь сарказм, Лисбон. Он тебе не идет.