Зимородок

Серёга Краско был в бешенстве. В отчаянии. Он был зол и расстроен. Честно говоря, он сам не мог описать, что с ним творилось. Два года всё было замечательно. Два года. Даже несмотря на то, что после девятого класса всех десятиклассников перемешали и сгруппировали по-новому, и он оказался в спортивном классе, а Янка – в гуманитарном, с историко-литературным уклоном. Это было не страшно, потому что никто из одноклассников не смел даже дышать в её сторону – лютый норов Серёги был известен всей школе. Два года Янка позволяла провожать её до дому, два года они всюду ходили вместе, два года всё было замечательно, и Серёга расслабился. Он не желал замечать, что для Янки он просто друг, слабая замена её драгоценному Эрику. Он надеялся, что так будет и впредь, и когда-нибудь их дружеские отношения станут чем–то большим. Не могут не стать. Ведь ему-то было ясно, что нужна ему только Янка. Ясно с первой линейки первого сентября в первом классе, когда он впервые увидел эту девочку – в белой вышитой блузке и чёрной плиссированной юбочке. Огромный белый бант был слишком велик для гладко причёсанной головки, казалось, что дунь ветерок – и девочка взлетит, как воздушный шарик, и будет лететь так, пока не растает в яркой синеве неба. А ещё у Янки были самые замечательные глаза на свете – прозрачно-зелёные с карим ободком по краю радужки, которая темнела и наливалась грозовой тяжёлой зеленью, если девочка злилась. Но такое бывало редко. Увы, с самого первого класса Серёге приходилось наблюдать со стороны за предметом своих грёз. Янка была неразлучна с Эриком и втиснуться, вклиниться между ними не представлялось возможным. Серега люто завидовал Эрику – за то, что Эрик мог видеть Янку каждый день невозбранно, сидеть с ней за одной партой, провожать до дома и просто, по-соседски заходить в гости. С Серёгой же Янка общалась так же, как остальными мальчишками в классе – вежливо, дружелюбно… и всё. Так всё протянулось класса до восьмого, потом с Эриком и новеньким, который пробыл в их школе совсем недолго случилась какая-то странная история. Новенький, кажется его звали Юрий, исчез довольно быстро. Но именно в этот период Янка рассорилась с Эриком, а потом он тоже уехал. Как говорили в классе – мать увезла Эрика в какое-то село Кукуево из-за того, что развелась с отцом. Разводы в классе редкостью не были, дуры-девчонки повздыхали по придурку Эрику – ах, надо же такой лапушка, самый симпатичный мальчик в классе, как жаль, вот Яночка переживает. Янка действительно переживала, и Серёга не растерялся и подставил расстроенной девочке крепкое мужское плечо. И два года всё было хорошо. Просто замечательно. Надо же было этой сволочи вернуться! Серёга сначала не понял, когда увидел Янку, подходящую к родной школе в сопровождении какого-то незнакомого парня – высокого, тонкого, светловолосого и загорелого. Только разглядев идущую рядом с парнем и Янкой мать Эрика, Серёга с трудом узнал бывшего одноклассника. Эрик вырос, хоть и не нарастил себе больших мускулов, загорел, русые волосы выгорели почти до простынной белизны, а на загорелом лице глаза казались ещё ярче. Серёге всегда было параллельно до того, как выглядят другие парни, но это ж был особый случай… Мысленно сравнив Эрика с собой, Серега понял, что шансов у него – ноль, и сердце больно заныло. Вернулся тот, кто был его вечным соперником, и сердце Янки теперь будет занято безоговорочно, что бы она там не твердила о том, что с Эриком они просто друзья. Янка заметила Серегу, замахала рукой, уйти по-английски не стало никакой возможности, и Серега подошёл к ним. Радостная Янка выпалила: - Сереж, Эрик вернулся! Здорово, правда? - Ага, - согласился Серёга, - здорово. Ты в какой класс будешь документы подавать? – поинтересовался он, стараясь, чтобы вышло как можно небрежнее. - В гуманитарный, - ответил Эрик, обменявшись с Серёгой рукопожатием, и парень отметил, что рука «ботаника» стала как-то крепче и твёрже. Вот же ж… В душе Сереги начали завывать демоны ревности, но внешне он старался держать лицо и выглядеть уверенным в себе и дружелюбным. Один из демонов – самый умный, наверное, - успел нашептать парню, что с вернувшимся предметом Янкиных воздыханий лучше не ссориться – тогда девушка будет потеряна для него сразу и безоговорочно. Поэтому, вполне дружелюбно поболтав пару минут о пустяках, Серёга сумел найти более-менее удачный предлог, чтобы слинять, и только добежав до дома и закрывшись в своей комнате, дал волю злости, от души поколотив висевшую в комнате с незапамятных времён грушу. От души отмутузив ни в чём не виноватый спортивный снаряд, Серёга пришёл к некоему душевному равновесию и решил, что не будет сдаваться, не будет ссориться и вообще постарается войти в доверие к Эрику, так, чтобы тот начал считать его если не другом, то хотя бы близким приятелем. А если это произойдёт, то можно выбрать момент и сделать не вовремя вернувшемуся гадёнышу какую-нибудь капитальную подставу, чтобы он исчез и из школы, и с Серёгиного с Янкой горизонта уже навсегда. И тогда у Серёги всё получится с Янкой. Эти мысли успокоили парня настолько, что он стал придумывать, какую подставу можно совершить хотя бы для того, чтобы рассорить Эрика с Янкой. И додумался. Что больше всего не нравится девушке? Верно. Когда у её возлюбленного появляется другая девушка. Но Эрику, похоже, были параллельны все девчонки, кроме Янки. Однако… Если реальной измены нет – можно попробовать создать ситуацию, похожую на неё. Вряд ли расстроенная Янка будет разбираться. Но как создать эту мнимую измену? Серёга призадумался, а потом хлопнул себя по лбу кулаком. Да проще простого! Пригласить Эрика в какой-нибудь клуб, а там договориться с девчонкой посговорчивее, чтобы она сразу полезла знакомиться и развела Эрика как минимум на поцелуй, а пределы максимума могут быть безграничны. Потом заснять это действо и показать Янке. Вот она обозлится! Серёга радостно потёр руки. Сначала поссорить Эрика и Янку, а потом можно будет ещё что-нибудь этакое придумать. А уж придумывать разные каверзы Серёга Краско – мастак. Документы Эрика и Дашки директриса школы приняла быстро, не стала даже интересоваться у Анжелы причинами приезда-отъезда, потом Эрик написал заявление о приёме в школу, его зачислили в гуманитарный одиннадцатый «А», а Дашку – в пятый «Б», и всё было закончено. Учебники можно было получить позже, за прошедшие два года в школе ввели форму и запретили джинсы, так что завтра предстоял поход по магазинам, от которого деньги, собранные за два года, могли существенно подрастаять. Потом Анжела сказала Эрику, что ей нужно ещё заехать на прежнюю работу – оформиться, и попросила сходить в магазин и присмотреть за Дашкой до её возвращения. Эрик считал, что Дашка в присмотре не особо нуждается, но спорить с матерью не стал – всё-таки Город – не Котьково, где порой, выбегая к соседке, даже дверей не запирали. Тем более что соскучившаяся Янка предложила свою посильную помощь в благом деле посещения магазина. По дороге в супермаркет оба болтали без умолку, как в старые времена, и обоим было просто хорошо от того, что всё, кажется наладилось. Прошла неделя. За это время Эрик с Анжелой успели навести в квартире порядок, съездить на школьный базар вместе с Дашкой и купить всё необходимое, общительная Дашка быстро восстановила прежние дружеские связи и теперь пропадала то во дворе, то у одной из своих бесчисленных подружек. Все трое навестили Славку, который в честь возвращения сестры с племянниками закатил свои знаменитые шашлыки. Всё было здорово. Но кое-что всё-таки напрягало. Теперь в их с Янкой компании всё чаще оказывался тот, кого Эрик воспринимал, как постороннего – Серёга. Нет, дело было не в том, что в Эрике вдруг проснулся интерес к противоположному полу – это было далеко не так. Просто у Эрика и Янки было много общего прошлого и общих воспоминаний, и Серега тут казался явно лишним. Но мальчик прекрасно понимал, что за его двухлетнее отсутствие многое изменилось, более того, он считал, что если Янка выбрала Серёгу в друзья, то плохим он быть просто не может. Но Эрику всё равно не нравилось, какими глазами порой смотрит на него Серега – как на досадную помеху, от которой стоит избавиться. Но внешне парень был неизменно дружелюбен и Эрик сам начинал себя виноватить за чрезмерную подозрительность и разросшуюся до гигантских размеров паранойю. Он говорил себе, что Сереге тоже неловко, и то, что у них с Янкой тоже вполне могут быть общие воспоминания. Похоже, Серёга тоже чувствовал что-то подобное, потому что в конце недели он подошёл к Эрику и сказал: - Слушай, давай попробуем общаться нормально? - Давай, - удивлённо пожал плечами Эрик, - а разве я что-то не так делаю? - Да нет, - отозвался Серега, - всё так. Просто понимаешь, давай попробуем пообщаться без Янки. А то получается, что она вроде клея – торопливо пояснил он, наткнувшись на удивлённый взгляд Эрика. Эрик задумался, и ему показалось, что идея Краско не лишена смысла. - Хорошо, - сказал он, - и где общаться будем? - А…а… давай сходим в «Шелезяку»! Говорят, там весело. Клуб «Планета Шелезяка» находился за Городом, в гигантском заброшенном лётном ангаре. Обстановка там была… более чем непринуждённая, и Эрик удивился – почему именно туда? - Но это же очень дорогой клуб, - удивился Эрик. Об этом он узнал из вездесущей Сети. - Не боись, бесплатно пройдём! – заявил Серёга, - У меня там брат охранником работает – точно пропустит. Я там уже бывал! Ну что, сходим? - Хорошо, давай сходим, - согласился с Серёгой Эрик. Так на субботу был намечен поход в клуб, ставший для Эрика роковым.