Сёстры Рэд

А не переселиться ли к бабушке? У неё дом большой, лес вокруг – и там здорово! Кустов мало, деревьев много, всякой всячины полно. Если вдруг скучно, бегом в лес. Если достают старшие сёстры, в лес. Так что свою очередь навещать бабушку я никогда не пропускаю и часто даже подменяю сестёр. Плохо в лесу одно – мало с кем можно побегать вместе. У меня много подруг, но они не любят лазить и бегать. И меня поэтому называют «мальчишкой в шортах». А я не обижаюсь. А что? Я любого мальчишку поколочу, если надо! Иногда со мной гуляет Робин, но она ещё маленькая, устаёт быстро, как я бегать не может, лазить по деревьям тоже. Да и сестрёнка Скарлет начинает потом мне пилить мозги: ой, Робин же берёт с тебя пример, нельзя так, в лес нельзя, и вообще, ты её потеряешь! Она, что, вещь, чтобы её потерять?! Да она самая умная из всех нас! Иногда удаётся побегать с кем-то из местных, но народа там мало, живут все далеко, поэтому редко кого встретишь в лесу. А, ещё там гуляет наша кузина! Она классная! Она милая! И целыми днями в лесу. Но она глухонемая, из-за этого с ней сложновато бывает. Помню, как мы однажды нашли пустой лагерь дровосеков и провели там ночь. Это было здорово. Бабушка нас потом ругала, но всё равно это было здорово. Так что, если «Робин потеряется», наша двоюродная сестрёнка её найдёт и приведёт. Да и любую из нас. Мы все её любим. И всё же, без подруги скучновато. Я очень хотела подругу, чтобы с ней можно было активно отдохнуть, и однажды желание исполнилось. И до сих пор не знаю, как относиться к тому, что со мной приключилось. Бабушка как-то сказала, что боженька всё слышит, и поэтому все желания сбываются. Но боженька явно понял меня не так! Как-то раз, гуляя по лесу, я наткнулась на заброшенный огород. Овощей там никаких давно уже не было, не было видно и грядок, но зато стояло старое пугало, на которое кто-то нацепил хеллоуинскую тыкву. Вокруг было море травы и цветов, а ещё стояли старые столбы с проводами, которые терялись где-то в ветвях деревьев, и, похоже, шли ниоткуда и уже в никуда. Это забавляло. Нашла я это место по вороньему граю, которое услышала издали. Кто-то растревожил птиц, собравшихся на этой полянке. Полюбовавшись цветами и пугалом, я хотела уйти, как вдруг кто-то едва слышно, но довольно быстро подошёл ко мне сзади и закрыл глаза ладонями. Руки у этого кого-то были девчачьи и, я успела заметить, смуглые. Какие тут варианты? Кто любит бегать по лесу, не разговаривает и обожает всякие забавы и обнимашки? Ответ мог быть только один, поэтому я назвала нашу кузину по имени, пусть даже она этого и не могла услышать, убрала руки, повернулась, и... Наверно, у меня было очень глупое лицо. Девочка, которая стояла передо мной, походила на нашу кузинку, но при этом была младше года на два, носила красное платьице и мокасины. Я ещё подумала: она могла бы быть младшей сестрой нашей кузины. И как выяснилось, она тоже немая. Мы быстро сошлись. Через пару минут бегали по всему лесу, веселились от души, будто бы сто лет друг друга знали, и я была безумно рада, что нашла себе новую подругу, пусть и тоже немую. Вдоволь набегавшись и подурачившись, мы вернулись на полянку, где упали в цветы у подножия пугала. Провода расчерчивали небо, пугало поскрипывало, птицы к тому моменту успокоились и важно посматривали на нас сверху. Мне было очень хорошо - нежилась под солнышком на мягкой травке, а рядом со мной лежала новая подруга и прижималась. Она вообще оказалась большой любительницей прижиматься. Мне это не мешало и даже нравилось чем-то, хотя и казалось странным. Неожиданно моя подруга встала надо мной на четвереньки и принялась меня целовать! И ладно бы только целовать, но и гладить рукой тоже! От неожиданности я не знала, что делать. Сперва хотелось закричать. И убежать. И оттолкнуть. И ударить. Но всё это хотелось сразу, и так что не вышло ничего. Поэтому когда я смогла как-то двигаться и говорить, то поняла, что мне однозначно нравится то, что она делает. Нравится, но очень пугает. И этот страх опять не дал мне и пальцем пошевелить. Зато ей дал ещё один шанс погладить меня ещё немного, как ей хочется. После чего я поняла, что сейчас мы сделаем вещь, о которой я до этого только читала. В подтверждение моих мыслей она сбросила с себя платье, и снова принялась вытворять со мной разные штуки. Тут уже я поняла, что мне жутко надоело лежать на спине и ничего не делать. Всё же я старше, сильнее и не мой стиль лежать и ничего не делать. Особенно если намечается что-то интересное. Страх не ушёл, но любопытство и... это... как его? напряжение? волнение? – ну, такое чувство в животе и груди, очень приятное, оно пересиливало страх. Я не помню точно, что мы и как делали, но в конце я снова оказалась на спине, созерцая вечернее небо. Тело наслаждалось вечерним ветерком и переполнявшими его ощущениями, между ног побаливало и немного кровило, голова кружилась, но очень приятно кружилась. И я чувствовала себя ой какой взрослой! Да, я теперь настоящая женщина! Мальчишка в шортах?! сорванец?! Ха! Накуси-выкуси, сестрёнка Кармен, соблазнительница ерундовая! И сестрёнка Скарлет заодно тоже выкуси. Я теперь совсем взрослая женщина. И вообще, глупости какие: прилично – не прилично... Зато приятно, пусть местами и больно. Не без труда принялась одеваться, позавидовав подружке, которая чувствовала себя превосходно, потому что у неё этот раз был явно не первый. А после мы вместе пошли к дому бабушки, где я думала упросить бабулю оставить гостью на чай. К моему удивлению, девочка шла уверенно, и скорее это она меня вела, чем я её. И уж совсем я была в шоке, когда бабуля приняла девочку как родную. И даже сказала, что вот, хоть один человек нашёлся, способный вытащить меня из леса до полуночи. Выяснилась потрясающая штука: девочка оказалась кузиной нашей кузины! То есть получилось, что мне она тоже сестра, пусть и не родная, а эта... троюродная? Ну да. И я с ней... ой... А вот мою сестру-подругу всё случившееся, похоже, совсем и не волновало. И на следующий день она вечером уехала к отцу, находясь в отличном настроении. Я же всё утро вела себя как бука и даже нарвалась на чтение нотаций со стороны бабушки, дескать, что я такая неприветливая с родственницей. Но всё же долго дуться я не могу, особенно, когда рядом кто-то лучится от счастья. Так что к обеду я уже была в своей обычной форме «мотор в попе». И надо ли говорить, что моя новая сестрёнка (странно звучит?) воспользовалась этим мотором ещё разок. Поэтому на вокзале я была довольно смущённая и краснела всякий раз, как она мне улыбалась. Она написала мне на кусочке бумажки, что обязательно приедет на рождественских каникулах, и поезд тронулся. Так у меня появилась новая подруга, к тому же и наша общая с сёстрами родственница. И пусть наши отношения оказались не совсем теми, что я хотела, но вряд ли я могу жаловаться, что в них как-то не хватало движения. Уж чего-чего, а этого хватило через край!