Мертвая тишина

— Очень интересно, — протянул Блейз, листая аккуратно скрепленные листы. — Женщина, у меня всего три вопроса. Где ты их, мать твою, прятала и зачем они тебе вообще нужны? Ева Менделлип усмехнулась и неопределенно пожала плечами. — Они были в шкафу с одеждой. В меховой жилетке. — Эй, я искал там! — Ну я не виновата, что вы плохо искали. — Ну а я не виноват, что у тебя так много шмотья, — оскалился Блейз. — Если что, Поттеру скажу, что нашел их за пять минут, а все остальное время был прикован к батарее, чтоб не выдать тебя. Так зачем они тебе? — Я должна знать, что происходит в моем городе. И кто хочет подставить меня, — пояснила Ева, сжимая в руках чашку. — Достать отчеты было легко, я просто попросила доктора Бабкока. — То есть, пока я копаюсь во внутренностях трупов, алко-доктор тырит мои отчеты? Да гори ты в аду, женщина. — А третий вопрос? — спросила мадам Менделлип. — Зачем ты отдала мне отчеты? — Просто мне вас жаль. Это не услуга, и тем более не милость. Это обыкновенное чувство жалости. Блейз положил отчеты перед собой на стол и крепко задумался. — Ты глупая женщина, — констатировал он. — Будучи главной подозреваемой ты мало того, что не опровергаешь теорию Поттера, так еще и даешь возможность повесить на себя хищение следственной информации. — Как знать, — отмахнулась Ева. — У меня таких Поттеров — по пять штук в месяц, я знаю, как с ними разговаривать. Блейз поднялся на ноги, и, свернув отчеты, спрятал их в карман плаща. — Женщина, тебе пиздец, — не без удовольствия произнес он. — В тюрьме я буду вспоминать, как вы перерыли вверх дном мою обитель, — хмыкнула мадам Менделлип. — Всего доброго, не нарвитесь на маньяка. — Чего и тебе советую, хотя....Прощай, женщина, увидев тебя, я окончательно разочаровался в женщинах. Ева рассмеялась и закрыла за ним двери. На улице стемнело, поэтому Блейз, то и дело натыкаясь на пьяниц и проституток (которых значительно поубавилось), быстрым шагом направился в мотель. — Слава Богу, ты явился! — воскликнул Гарри, встретив его в коридоре. — Ты что у нее обои переклеивал? Чего так долго? — А ты попробуй за полчасика обыскать все комнаты, чердак и сад, — обозлился Блейз. — Я посмотрел бы, как ты справился. — Ладно, не истери, — успокоил его Гарри. — Удачно сходил? — Молчи, Поттер, просто молчи, — оскорблено прошептал Блейз. Гарри почувствовал противный укол неудачи. Опять. — Ты не нашел отчеты? — Даже Манящие чары не нашли. — Ты использовал магию на глазах у магглы?! — простонал Гарри. — Спокойно, она была в другой комнате, — отмахнулся Блейз. — Но отчетов нет, хотя, я так и не спросил тебя, с чего ты взял, что она вообще что-то знает? — Потому что она знает. — Поттер, пока Уайтчепел оккупировали репортеры, каждый алкаш знает все подробности дела, — уверенно сказал Блейз. — Все, давай выкинем этот мерзкий вечер из головы. Скорпиус уже проснулся? Гарри невольно рассмеялся. — Проснулся, но сказал, чтоб в следующий раз проституток прятал я. — Поттер, мальчик дал тебе шанс. Где ж еще ты увидишь доступное женское тело? — Иди ты. — Иду, — отозвался Блейз. — И не просто иду, а иду спать. И даже в случае нового трупа, меня не будить. Учти, у меня под подушкой мачете. — Скорпиус был прав, когда подозревал тебя во всех этих убийствах. Иди спать уже, может станешь чуть добрее. Блейз усмехнулся и, глядя, как Поттер поднимается к себе в комнату, немного обескураженный тем, что мадам Менделлип опять его осадила, налил себе виски в стакан. А как только за Главным Аврором закрылась дверь, Блейз вытащил из кармана скомканные отчеты о вскрытии убитых и, порвав на две части, бросил в камин. * * * — Так говорите, Бруствер в бешенстве? — спросил Скорпиус, придвинув к себе пепельницу. — Рвет и мечет, — кивнул Гарри. — Но не забивай себе голову этим. Кем бы не оказалась эта Вероника Дэй, ты не заслуживаешь того, что планирует Кингсли. — Да будет так, — философски согласился Скорпиус, стряхнув с тлеющей сигареты пепел. — Я могу взглянуть на письмо от убийцы? Гарри вопросительно на него уставился. — Блейз показал мне письмо, когда я вернулся из «опиумной норы» и что-то сильно бросилось мне в глаза, но я был слишком неживым, чтоб... — Да понятно, понятно, — усмехнулся Гарри. — Это ж оргия, а не детский утренник... — Вот вам смешно, а для меня это стресс, — буркнул Скорпиус. — Я ненавижу, когда меня трогают руками. Он бросил окурок в пепельницу и достал из пачки вторую сигарету. — Кстати, спасибо за фаллоимитатор, я польщен, — вспомнил Гарри. — Знали бы вы, как я проходил мимо прессы... — С пластмасовым фаллосом в руках? — Я просто забыл его вытащить! — Откуда ты забыл его вытащить, позволь спросить? — укоризненно произнес Гарри. Скорпиус возвел глаза к потолку. — Просто дайте мне письмо, — попросил он. Гарри достал из ящика с материалами дела конверт и протянул Скорпиусу. Тот пару раз прочитал текст письма, но, кажется, на словах внимание не акцентировал. Он просто прощупывал пальцами желтоватую бумагу. — Что ты делаешь? — спросил Гарри, наблюдая этот процесс. Скорпиус подвинулся к нему и протянул письмо. — Внизу и кое-где в середине на бумаге следы, — произнес он. — Будто от чего-то жирного. — Я тоже это заметил, — признался Гарри. — Но это особо ничего не дает. Следы могут быть от чего угодно, нет такого заклинания, способного узнать, кто оставил эти следы. — Заклинания нет, — кивнул Скорпиус. — Но если вы дадите мне время, я смогу собрать свои мысли воедино и выдать что-нибудь умное. Гарри согласно кивнул. — Закрыть тебя? — спросил он. — Закройте, — согласился Скорпиус. — Если я что-нибудь придумаю, я позову вас. Гарри вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Все, что ему сейчас оставалось — убеждать себя в том, что Ева Менделлип все же остается подозреваемой. Он спустился вниз, и не зная, чем занять себя, налил себе кофе. Блейз так и не отправился спать, он сидел в кресле и листал свежий номер «Вечернего пророка», который, как оказалось, тоже пронюхал о уайтчепельских убийствах. — Чего не спишь? — спросил Гарри, сев напротив. — Заснешь тут, — буркнул Блейз. — У тебя на лице ясно читается слово «безысходность». Думаешь, как бы еще прижать мадам Менделлип? — Если честно, то да, — признался Гарри. — Многое против нее. — Не факт, — пожал плечами Блейз. — Что ты имеешь в виду? — Поттер, я копался в ее вещах около двух часов и хоть я не детектив, я заметил, что у нее очень много обуви, причем вся обувь на высоченных каблуках, — ответил Блейз, отложив газету. — На месте преступления мы обуви не нашли, то есть, она не могла переобуться во что-нибудь более удобное. Я тоже не нашел такой обуви. — Ну и? — вскинул брови Гарри. — А теперь представь, что Ева Менделлип, женщина, которую все издалека узнают, на каблуках, и при этом в бахилах, одетая в окровавленный плащ и шляпу-котелок, рассекает по улицам. Да она бы и метра не прошла быстрым шагом на каблуках и по брусчатке. — Блейз, ты устал, иди спать, — не сдержался Гарри. — Ты просто представь женщину в бахилах поверх сапог на каблуках, шагающую по брусчатке. Наркоманский бред, в который мог бы поверить лишь Тао Ранг. Хотя, отголоску истины в этом Гарри все же уловил. — И потом, мадам Менделлип — любимица Уайтчепела, — напомнил Блейз. — Если народ узнает, что мы ее подозреваем, а судя по тому, как работают журналисты, он узнает, нас отсюда выгонят и еще изобьют по дороге. А мы и так здесь не как желанные гости. Хочешь подозреваемых — подозревай Тао Ранга. — А он тут причем? — устало протянул Гарри, глядя, как в камине прогорают поленья. — Он нас спаивает и предлагает опиум, вобщем, мешает, как может. — Нет, одна деталь его оправдывает, — сказал Гарри. — Какая? — удивился Блейз. — Он тупой. — А, ну да. Гарри сделал глоток остывшего кофе и откинулся на спинку кресла. Блейз украдкой усмехнулся и потянулся к стакану виски. — Тогда ждем, что Скорпиуса осенит, — произнес Гарри. — Он уже что-то нашел, я его оставил одного, пусть занимается. — Ну вот и хорошо. Они какое-то время помолчали, уставившись в камин. — Почему ты защищаешь Еву? — спросил Гарри. — Я не защищаю ее, — тихо сказал Блейз. — Я откидываю ненужных подозреваемых, чтоб мы быстрее завершили дело и уехали отсюда. Гарри не мог с этим не согласиться. Блейз, с полным осознанием того, что достучался до Главного Аврора, забрал свой стакан и отправился в спальню. Скорее выпивать, чем отсыпаться. В этом поселке все справлялись со страхом неизвестности, как могли. Гарри работал. Блейз пил. Скорпиус курил опиум. Счастлив был лишь китайский сутенер. И даже не потому что курил все, что можно запихать в трубку. Тао Ранг просто не был самым умным человеком на планете. Это и был его козырь счастья и спокойствия. * * * Сон никак не мог завладеть разумом Главного Аврора, поэтому Гарри лениво листал старые номера «Пророка» и «Магического Еженедельника», чьи монотонные статьи могли хотя бы немного усыпить. Не успел Гарри скептически закатить глаза, при виде заголовка «Крот на пуантах — новый талисман сборной Англии по квиддичу», как дверь приоткрылась, и Гарри заметил на пороге Скорпиуса. — Нашел что-то? — встрепенулся он. — Я в процессе, — кивнул Скорпиус. — Надо поговорить. Эта фраза Гарри насторожила. — Давай, давно пора, — произнес он. — Иди сюда. Скорпиус сел на край кровати. Его воспаленные глаза (видно он опять засиделся за ноутбуком) смотрели в одну точку — куда-то в стену. — Это по поводу Кингсли? — спросил Гарри. — Не бойся, ты в безопасности, чего бы он тебе не наговорил. — Вы хотели, чтоб я сам рассказал вам о Веронике, — прошелестел Скорпиус, будто каждое слово отзывало для него болью. — Я готов. Гарри привстал и придвинулся к нему. — Кто такая Вероника Дэй? — стараясь особо не давить, спросил он. — Она училась со мной на Когтевране. — Скорпиус опять отвечал так, будто он разговаривал с психиатром, который тянул из него слово за словом. — И что случилось? — очень осторожно спросил Гарри, дотронувшись до его дрожащей руки. — Я убил ее три года назад.