Exellent!
13 мая 2014 г., 11:50
POV Джун Линг.
***
Вы хотите спросить меня «как дела»? Что бы вам ответить? Однозначно хреново. Я потеряла очень много крови, башка болит, все тело гудит, а в бонус ко всему этому «счастью» я вконец перестала контролировать силу внутри себя. Да, да. Теперь моим телом в моменты, ну, скажем, перевоплощения в «детё неба» управляет совсем другая, иная сила. Одна светлая, другая дьявольски-черная. И они всегда снуют пригрести мою душу к себе. Я окончательно запуталась. Эти стороны так яро борются за право управлять мной, что это сразу отбивает желание переходить на какую-либо из этих сторон. Если честно, то мне очень страшно. С каждым днем я все больше и больше понимаю, что вскоре эта неразбериха может вылиться во что-то большее и я не смогу владеть собой. После того сна, когда решилось, на чьей я стороне, мне показалось, что уже могу держать над собой контроль. Ангел все СВОИ силы, но это было напрасно. Тьма, пожирающая меня изнутри, стала мощнее. Вдруг я, не сумев удержать эту тьму, погублю тех, кто мне по-настоящему дорог? Не хочу становиться такой же, как Казуя! НЕ ХОЧУ! Все! Хватит самокопания, Джун! Надо просыпаться! Сквозь узкие жалюзи медленно и осторожно проникали солнечные лучи, оставляя на полу небольшие полосочки света. Именно из-за этого утреннего солнца маленькая комнатка приобретала нежно-персиковый свет. Очень красиво… и спокойно. Как дома. Хотелось поскорей открыть окно и увидеть там налитый оранжевым светом лес, чей хвойный запах приятно щекотал нос. Но, увы, за окном лишь медленно просыпающийся город. Сейчас загудят машины и трудолюбивые работяги уедут на работу, ну, или уйдут, скрывшись в тоннелях метрополитена. В душе заиграла ностальгия. Хотелось сейчас вскочить и выбежать на пустые улиц; снова увидеть ту толпу, роящуюся около витрины с телевизорами; поздороваться с рыжиком; стырить интересную книжонку и где-нить под крышей ее перечитать от корки до корки… ощутить былую свободу, которой так не хватает. Хочется снова расправить крылья и улететь нафиг от этой беготни… Внезапно, кто-то робко постучал в дверь и из узкого проема высунулась Хинора. — Джун, ты уже проснулась? — Угу, — сонно потерла глаз и резко оживилась, — Хинора, ты чего какая грустная? — Эм… Надо поговорить. Я послушно села за низенький столик, пытаясь сильно не наседать на больную ногу. Напротив сел Джим и Хинора, а рядом братец подружки. Атмосфера стояла загадочная, интригующая и явно ничего хорошего не предвещала. Хинора опустила голову, пытаясь что-то сказать, а Джим лишь оценивающе осматривал меня. Не спрашиваете меня, откуда он взялся. Я сама не знаю. Может у него тоже есть какие-нибудь супер-способности. Хотя, перед тем, как лечь спать, я слышала, как Хинора открывала кому-то дверь. Походу Джим решил меня преследовать. Мдя…, а мне казалось, что я отделалась от опекунов. Ну ладно, вернемся к рассказу. — Джим, скажи ей, я не могу, — досадно хлюпнула носом Хинора. — Оʼкей. Тебя, моя малышка, дисквалифицировали с турнира и объявили на тебя «охоту». Я уже троих ночью выловил, — и озорно подмигнул, словно на что-то намекнул. Вот сволочь! — Ты со мной спал?! — Ты так говоришь, словно у нас с тобой что-то было. Да он еще и смеется! Вот сейчас как тресну этому извращенцу! А вдруг он меня в одних труселях видел?! И тут я почувствовала, как щеки медленно покрываются багрянцем. Как стыдно-то! А он еще, выхухоль чернявый, стебается! Вона, как глаза блестят-то. Сейчас точно ему вмажу. — Дура! — внезапно сказал он, словно выплюнул слово, и беспечно сложил руки на груди. Его лицо не выражало никаких эмоций, кроме пофигизма конечно. — Чего?! — Ты по уши в дерьме и при этом спокойно поддаешься на мой флирт. — Мое дерьмо тебя не касается, так что катись-ка ты отседава. — Вот тебе и вся благодарность… — И за что это я должна быть тебе благодарна? За то, что ты меня чуть ли не убил? — бездумно выпалила я. А зря. Ох, как зря. Настала минутная тишина. Джим нахмурился, спокойно встал и вышел. Ой! Что я натворила? Я же совсем не хотела его обидеть. Он же и вправду хотел меня убить. Сам ведь это знает, да еще и обижается. Подружка укоризненно посмотрела в мою сторону и покачала горловой. Тоже вышла. Ну вот. Едва очнулась, как всем нагадила. Я ведь совсем не хотела его обижать. Пойти что ли извиниться? — Он тебе жизнь спас, а ты… — послышалось совсем рядом. Старший брат Хиноры поправил очки и чуть отпил из кружечки чая. Кажется, его совсем не волновало, кого сестренка приводит в дом. Чистый пофигист, но явно деловой пофигист. — Это когда он успел? — После того, как ты сюда приползла, следом прибежал и он. Предложил помощь и Хинора не могла отказать. Все тебя искали и в больнице было бы не безопасно, а медицинская помощь тебе позарез была нужна. Он тебе ногу «залатал» и помог избежать летального исхода. Ну, допустим, что все было не так уж и плохо. Что-то он иронизирует. — Вот как, — задумалась. Собеседник лишь пожал плечами, а я стала дальше рассуждать. Ясно дело, что просто так он не мог мне помогать, следовательно ему что-то нужно. Но что? Может он тот же самый «охотник»? Ну мне такого спасителя точно не надо, а надо выяснить, какого хрена меня выперли из турнира и как мне восстановиться? От своей цели я не отступлюсь и найду отца! А что если Нина права и я действительно ему не нужна? Ладно, тогда придется немного поменять тактику. Вначале следует узнать этоу самого Джина, а там уже и…, а что дальше? С этими заморочками я совсем не заметила, как подросла, а увидела это совсем случайно. В очередной раз, спокойно выходя из душа, я не заметила брошенную на пол резиновую уточку. Что и ожидалось, больно упала, подскользнувшись об это чудо. Осторожно взяла игрушку в руки и начала пристально рассматривать обидчицу. Игрушка, как игрушка, и даже не скользкая. Как я могла об нее чертыхнуться? Решив поправить волосы, посмотрела в зеркало и тут же оцепенела. В зеркале была словно не я, а… не пойми кто — то ли мелкий Джин, то ли Сяою. Ничего своего нет… Даже внешность чья-то. По щекам тут же потекли слезы. Страшные воспоминания снова больно ранили. К горлу подступил комок, а грудь жгло адской болью. Стало труднее дышать. Казалось, я сейчас захлебнусь в собственных слезах. Хотелось забить на весь тот пережитый ужас и уйти к маме, к единственному любящему меня человеку. Я ведь больше никому не нужна. Я снова одна. — Линг! Послышались быстрые шаги. Вдруг меня крепко-крепко обняли. Так вовремя. Как раз сейчас мне не хватало этого тепла. — Дурочка, ты чего плачешь? — Мужчина прижал меня к себе еще теснее и позволил себе посадить меня на свои колени, — Линг! Ну перестань! — Все нормально, Джим, отпусти меня. — Отпущу я тебя в таком состоянии… Рассказывай, что случилось? — Ничего! Отпусти! — Да ладно, тебе ведь самой приятно. Чувствую, сейчас мой траур перейдет в брачные игры. Слезу-ка я с него от греха подальше, а то он мне уже начинает нравится. Нет, ну я ему конечно благодарна за спасение моей тушки и помощь, но не на столько, чтобы вот так сразу сродниться с ним. — Ты снова из-за мамы беспокоишься? — угадал Джим. Я лишь угукнула. — Хочешь открою секрет? Ну началось! Вот теперь разговаривает, как с маленькой. Вот чем я это заслужила? Не за что я не поддамся на его обаяние. — Хочу! — поддалась. Слабачка. — Я знаю, тебе трудно будет в это поверить, особенно если это говорю я. Итак, ты только не бросайся на меня с криками… — Да говори уже! — не вытерпев, перебила я. — Твоя мать жива. Опана! Коротко и ясно, а он тут мямлил… стоп! Мама жива… мама жива. Мама жива! ОНА ЖИВА!!! Значит, тогда они говорили правду и она действительно жива. Но как? Я же собственными глазами видела, как Джим ее пристрелил. Выжить после точного выстрела в голову? Как такое вообще возможно? Ладно, пока надо с другим разобраться. — ДЖИМ! Где она! Что с ней? — Вот об этом я тебе не скажу. — Но почему? Я имею полное право это знать! — Но тем не менее, я не обязан тебе выдавать совершенно секретную информацию. Я и так обещал Казуе, что это для тебя останется тайной. — Подожди, но зачем ты тогда вообще мне это рассказал? Тут Джим лишь хмыкнул и вышел, оставляя меня наедине с моей озадаченностью. Что-то он темнит. — У меня с Казуей свои счеты, — последнее, что я слышала от него в этот день.***
Моя любимая подружка наконец пришла из школы, и пришла не с пустыми руками. Кинув портфель и неуклюже разувшись, она сразу же подбежала ко мне и вручила небольшой конверт. — Что это? — спросила я, рассматривая полученное. — Не знаю. — Пожала плечами подружка, — Учитель попросил передать. Сказал, что может помочь тебе с турниром и обеспечить безопасность. — Мило. А что ему от меня нужно? — Не знаю, но он человек хороший. Не думаю, что учитель нас обманет. Ну давай же, раскрывай. Мне самой интересно, что там такое! Осторожно открыла конверт и вынула оттуда листок А4, сложенный вдвое, розового цвета (миленько). — Как итерееесно! — не без нотки любопытства протянула Хинора. Письмо гласило: «От Ли Чаолана лично в руки Джун Линг. Прошу принять мое приглашение на небольшой ужин в моем скромном особняке. Если Вы хотите продолжить участвовать в турнире, то советую не игнорировать сие приглашение. P.S. Подружку можете взять с собой. Сегодня вечером за вами заедут». — А он не многословен, — немного задумавшись, буркнула сама себе под нос. Что-то мне не верится в его бескорыстные намерения. Тут и к гадалке не ходи. Однозначно, ему что-то нужно. Не знаю даже, пойти или не пойти? Что-то это все очень подозрительно. Я как-то не привыкла доверять кому-попало. Тем более, как сказал Джим, на меня объявили охоту (кстати, с чего бы?). Может этот мужчина один из охотников? — Ой, Джун, прости, я забыла! Вот, — и протянула мне небольшую заколку со значком панды. — Ли-сенсей просил передать. Сказал, отдать, если не поверишь ему. — Ну и как это может оправдать его намерения? Хотя… — присмотрелась, — Идем! Как же я сразу не узнала? Точно такая же заколка была у нее на старых школьных фотографиях. Только она ее надевала не на волосы, а на воротник блузки. Вот только откуда это у какого-то учителя? Неужто они знакомы? Итак, церемониться и нахохливаться, как Хинора, я не стала. Девочка отдала мне пару своих вещей. В них я и переоделась. Долго же подружка отчитывала меня за то, что я обычные джинсы и толстовку на ужин одела. Волосы решила пока не трогать. Тупо забрала под капюшон для конспирации и выбежала на улицу, где стоял, уже давно поджидавший нас, лимузин. Как банально… Из салона вышел пожилой мужчина и пригласительным жестом указал на салон машины. Мне почему-то казалось, что этот лимузин отвезет нас в замок Дракулы. Слишком уж все тут странно… Ну, или я просто не привыкла к встречам с почтительными людьми. Бывает и такое. Хинора быстренько прыгнула в машину, а я за ней. — Ну, что ж, посмотрим, что из себя представляет твой Ли Чаолан. — Он не мой, — надула щечки подружка.***
С самого начала встречи все как-то не очень задалось. Он почти сразу начал расспрашивать меня о родителях, о возрасте и месте проживания (и зачем ему это?). Казалось, будто он досье на меня составляет. Мужчина провел для нас небольшую экскурсию по своему «скромному холостятскому гнездышку». Когда он впервые назвал так свой огроооомный особняк, я чуть ли слюной не подавилась. Вот она — скромность аристократа. Вначале беседы он мне казался слишком пафосным и самовлюбленным. Во всех его движениях, словах и жестах читалась наигранности и притворство. Вот только это не отталкивало, что весьма странно. Никогда не встречала подобных людей. Наконец мы дошли до столовой. Ли усадил нас на почетные места, и только после этого уселся сам. Настало неловкое молчание. Так продолжалось минут пять, пока он не спросил: «А Вы знали, что я был учителем Вашей матери?» — Не знал, — ответила совершенно честно. А что скрывать-то? — Она была удивительной ученицей… — В смысле, хорошо училась? — я мигом расплылась в глупой улыбке. — Увы, ее школьная успеваемость оставляла желать лучшего. Ну, круто! Умеют же разочаровывать. — Ты вед знаешь, кто твой отец? — словно уточняя спросил он. — Знаю, — опустила голову. — Отлично! Казуя сказал? Иногда этот, не при детях будет сказано, все-таки может говорить правду. — Да нет. Мой отец сам мне сказал об этом. — Странно. Хотя, твоя принадлежность к роду Мишима очевидна! — Ли поднял на меня свои серые глаза и начал пристально осматривать. — Его взгляд, его черты характера, даже его привычки. А про татуировку на шее я вообще молчу. Тем более твоя мать была неравнодушна к нему. По-моему и твой отец что-то чувствовал к ней. Неудивительно, что итогом их отношений стало твое рождение. Но это все лишь предположения. Как было на самом деле, тебе должен сказать он сам. — Не знаю. Меня дисквалифицировали и теперь я даже на метр подойти к нему не могу. — Знакомая история. Точно так же было и с милой Сяою. Ее намерение помочь ему казалось смешным, ибо она ничего не может противопоставить проклятью. Как не странно, это оказалось совершенно не так. — В смысле? — оживилась девочка. — Она родила тебя, а это уже немалое вложение в борьбу с мировым злом. Тут я, не выдержав, громко засмеялась. — Мне бы свои проблемы разгрести, а тут еще оказывается и мир спасать надо. — Линг, как Вы уже догадались, я пригласил Вас сюда не просто так. Я наконец успокоилась и приготовилась внимательно слушать господина Чаолана. — Я могу помочь с восстановлением в турнире, а взамен прошу самую малость. — И что же? — Выигрыш. Понимаешь, я владею огромной компанией, специализирующейся на робототехнике. Последнее время у меня совершенно нет времени на турнир, а бросать все не хочется. Я предлагаю тебе выступать от моего имени, только выигрыш пойдет мне в карман. Не думаю, что для тебя это будет трагедией. Тебе же не деньги нужны, верно? Джун кивнула и задумалась. — С чего такое доверие к ребенку? — Не подумай ничего дурного. Я видел твои бои и, надо сказать, весьма впечатлен. У тебя есть немалые шансы победить. Я верю в тебя. Так что, согласна? — А так можно? — Правила этого не запрещают. Я отдам тебе свою карточку и доверенность. И твой ответ? — Согласна, — нисколько не колеблясь, ответила я. Наступал вечер и нам, к сожалению, уже пора было уходить. Ли любезно предложил нам поехать в его лимузине, но я отказалась, да и Хинора была вполне не против прогуляться. Тем лучше. Мужчина проводил нас до ворот своего особняка и потрепал мои волосы со словами: «Что-то мне подсказывает, что в этой истории ты сыграешь далеко не последнюю роль». — Это почему? — удивившись его словам, спросила я. — Ты необычная девочка… Эх…знали бы вы НАСКОЛЬКО необычная. — Ли-сан, а почему вы мне помогаете? — спросила его я. — Ну как я могу не помочь своей внучатой племяннице? — обворожительно улыбнулся мужчина. — Опа! — И тут у меня настал ступор. Не понимаю, у меня пол-японии что ли родственников? — А вы брат Казуи? — решила поинтересоваться Хинора. Ли Чолан немного поморщился, но все же решил ответить. — Сводный брат. На этом наш разговор и окончился. Не думаю, что ему будет приятно обсуждать Казую. Ровно также, как и мне. Мда, все выяснили и уладили. Теперь на турнир.***
Ваш автор! Едва она отошла от ворот особняка, как у девочки закружилась голова, а в ушах нарастал странный гул, через который начал слышаться противный шипящий голос: «Он рядом! Он близко!» — Кто? — прошептала девочка, держась за голову. — Джун! Что с тобой?! Джун, опять?! И тут же этот голос исчез. Девочка подняла глаза на Хинору и мотнула головой. — Все впорядке, я просто устала. Подружка понимающе кивнула. — И что теперь? — задала вопрос в пустоту Хинора. — В смысле? — Ну, что ты теперь намерена делать, когда у тебя есть пропуск на турнир? — Найду Джина и попытаюсь поговорить с ним. Надо выяснить, почему меня выгнали с турнира. — Решила идти напролом? — Что-то вроде этого, — улыбнулась девочка. — Вот как. А сейчас куда путь держим, госпожа Ангел? — с неким ехидством спросила Хинора. Ответ был весьма неожиданным. — ЗАТКНИСЬ! Хинора аж подпрыгнула от подобного крика. Сейчас голос у девочки был похож на голос химеры. Глаза блеснули желтыми огоньками. — Прости, — виновато опустила голову подружка. — Нет, Хинора, это ты меня прости. Со мной последнее время творится что-то странное. Я словно сама не своя… Слушай, Хинора, иди домой без меня, хорошо? — Чего?! Ты это куда собралась? — Неважно. Мне нужно идти. Я вернусь, обещаю. — Я с тобой пойду! — упрямо возразила девочка, но Линг ее тут же урезонила. — Мне нужно, понимаешь? Нужно одной пойти. Несмотря на всю свою свою упрямось, Хинора, вопреки своему характеру, уступила. Но почему? Просто Джун… она сейчас была такой спокойной, заботливой, чистой (душевно чистой, а то подумают… хе-хе). Казалось, пред ней стоит настоящий ангел. Вот только было в этом ангеле что-то темное. На секунду пред глазами Хиноры встал женский силуэт, который тонет в липкой грязи, олицетворяющей грех и истинное зло. «Вот бы это была не Джун», — тревожно подумала Хинора, уже развернувшись к дороге, ведущей домой.***
В небольшом скверике послышался шум. Где-то около разрушенного фонтана слышались звуки борьбы двух мужчин. Сквозь беспросветную тьму виднелись зеленые полосы, разрезающие воздух. — Сдавайся, ты побежден! — прохрипел низкий голос Ешимицу. — Да пошел ты! — ответил его соперник, сплевывая кровь.***
Пииии…пиии…пиии, — гласил пискливый зов будильника. На небольшом экранчике мигали цифры «2:30». — Да заткнись ты, — прохрипел сонный голос, но несмотря на невнятное бурчание девушки, будильник продолжал предательски пищать. — Да когда ж ты заткнешься, паразит? Девушка лениво встала с постели и раздраженно зыркнула на будильник, намереваясь долбануть его об стенку от всей своей девичьей души, но мелькающие цифры на экранчике заставили сжалиться над раздражающим врагом всех сладких снов. Без него не проснулась бы ни за что. — Живи пока… — зевнула она и потянулась. Как же ей хотелось спать, но в ближайшие часы надо быть, как огурчик, иначе она стопроцентно проиграет в предстоящей битве, что весьма нежелательно. Какого-то фига организаторам турнира приспичило назначать бои тогда, когда порядочные люди уже сладко спят в своей кровати и видят радужных пони в розовых снах. Как же она им завидовала. «Сейчас бы забить на всю эту петрушку и поспать в постели в обнимку с любимым мишкой». Так бы и сделала, но надо выдвигаться. Она должна идти и сделать еще один шаг к своей цели — спасти своего «горячо любимого» братика. Одев свой голубой комбинезон, она мощно пнула дверь, которая чуть ли с петель не слетела от «бережного отношения» девушки к дверям. — Ну, держитесь! Я вам там всем наваляю! — для ободрения выпалила Аска.***
Уже который час она брела по темному парку, задумчиво пиная жестяную банку от какого-то напитка сомнительного происхождения. С головы сполз капюшон, и подросшие непослушные волосы стали лезть на глаза. Не смотря на это неудобство, девочка не особо спешила их поправлять. Сейчас ее занимало совершенно другое. В голове не утихал этот холодный шипящий голос. Он звал Джун, заставляя идти то влево, то вправо, но девочка его благополучно игнорировала. В кармане пригрелась заветная карточка-пропуск на турнир, которую Джун нервно сжимала в руке. Вскоре ей надоело наматывать круги вокруг парка и она наконец присела на первую попавшуюся лавочку. — А ведь завтра у меня День Рождения, — с легкой усмешкой протянула она. Мысль «…а я в полном дерьме» так и напрашивалась на заключение фразы. — Поздравляю, — в женском голосе таилась улыбка. Девочка не выдержала и упала с лавочки, испуганно вскрикнув при этом. Настолько было неожиданным появление этой женщины. — Вы кто?! — ошарашенно выпалила Джун. — Неважно кто я, важнее кто ты, — мило улыбнулась женщина. И так грустно улыбнулась. — Эм… если честно, я и сама не знаю кто я… — так же грустно ответила девочка, пристально рассматривая незнакомку. Она была не так уж стара. Где-то около тридцати лет или чуть больше. Сплошной костюм с летящими воронами на белой, как снег, ткани смотрелся очень красиво и подчеркивал ее стройную фигурку. Волосы темного цвета были подобраны белым ободком. В руках незнакомка держала белую книжицу с надписью «Жизнь…». Остальную часть названия незнакомка благополучно закрыла рукой. — Ты знаешь, просто признавать этого не хочешь. — Это трудно признать, как и осознать все происходящее. — Джун, ты боишься и поэтому не можешь осознать многого. Страх чаще всего мешает, ослепляет… — И ничего я не боюсь! — Не ври мне, — снисходительно улыбнулась женщина, — я ведь тебя насквозь вижу. — Мне нечего бояться! — Врушка. Правда — вот чего ты боишься. Боишься ответственности за душу отца, ведь ты фактически его ангел, не так ли? Малышка выпучила на нее глаза. Ну нефига себе заявочки. Она даже этого не знала, как она может этого бояться? Бред! — Что ты за ерунду болтаешь? — Его можно спасти и ты сама это знаешь. Дьявол не может забрать душу, пока у человека есть дорогие ему люди. — Но… -…и это ты, — перебила ее женщина, — и ты ему нужна… Джун, поверь, он не всегда был таким, понимаешь? Когда-то он был совершенно другим человеком. Светлым человеком, которого уважали и любили. Женщина ненадолго замолчала. Уставилась в одну точку, словно что-то обдумывая, вспоминая. Она ушла в себя, окунулась в свою молодость и детство своего единственного и такого любимого сына. — Но что его могло так изменить? — вывела ее из раздумий Джун. Еще детский голосок звучал настороженно. — Дьявол… и та иллюзия силы, которую он ему дал. Он почти поглотил душу Джина, но это почти. В нем осталась та маленькая искорка надежды, которую ему дали твоя мать, его сестра и ты, Джун Линг. Джин очень хочет освободиться от проклятья. Помоги ему, пожалуйста. Взгляд незнакомки был буквально умоляющим. Казалось, она еле сдерживает себя, стараясь не заплакать или упасть в ноги девочке, но это было слишком низко и жалко. Джун присела, буквально шокированная этим разговором. — Кто ты? — словно в пустоту спросила девочка. — Я та, в честь кого ты названа, — улыбнулась женщина и тут же крикнула, резко повернув голову в сторону кустов, растущих за спиной. — БЕРЕГИСЬ! — Выпалила незнакомка и столкнула малышку со скамейки. В эту же секунду раздался треск лавочки и чей-то глухой «ух». Девочка тут же обернулась. Глаза чуть ли на лоб не полезли. Та женщина исчезла, а около сломанной лавочки лежала та самая книга с надписью «Жизнь Джун Линг». Стоило девочке прикоснуться к ней, как загадочная книжка растворилась.***
— Ты зря сопротивляешься! Ты уже побежден! Признай это, дьявол! — Ну уж нет! — Дьявол Джин ехидно сверкнул глазами и набросился на самурая. Тот, надо сказать, с особой ловкостью увернулся и умудрился наградить соперника парочкой глубоких ран, нанесенных демонической катаной. Его это изрядно бесило. Почему он не дерется в полную мощь, как сам Ешимицу, и позволяет себя кромсать мечем, как беззащитного? Неужели мальчишка сопротивляется? Но ради чего… или кого? Может он и стал, как Казуя, но он, в отличии от отца, все еще борется за что-то. Похвально, но у самурая другого выхода нет. Джин должен умереть, чтобы он не принес в этот мир еще больше зла. Риск слишком большой! На счету миллионы жизней и все они зависят от следующего хода Ешимицу. Он слишком погряз в своих мыслях, за что и поплатился. Следующий удар унес самурая прямо в кусты, но в воздухе Ещимицу успел перевернуться и затормозить, вспахивая землю своим мечом. — Акробат… — усмехнулся Дьявол Джин. Ешимицу не терял времени и снова ринулся в атаку, после чего был отброшен в небо грациозным хуком. По руке демона прошлись мощные разряды молний, позже растворившиеся в воздухе. — Нет, я не сдамся! — прошипел самурай. — Что ты там… — И не успел дьявол договорить, как его ударной волной отбросило в ближайшие кусты, позади которых раздался девичий вскрик и смачный треск чего-то деревянного — явно, той самой лавочки. Вот и все, осталось дело за малым. Еще один удар и враг будет повержен. Ешимицу тяжело вздохнул и пошел за врагом.***
— Какого… Джин! — выкрикнула девочка. Конечно, демонический вид Джина произвел на нее впечатление восторга и ужаса одновременно. Прикидец у него был бы весьма крутым, если б только не потрепанность самого парнишки. Сразу видно, что у него была далеко нелегкая битва. Это навивало капельку жалости к нему. Последующее действие произошло в мгновение ока. Из кустов выпрыгнул какой-то странный ниндзя и явно не подстричь Джина своей остренькой катаной. Он грозно замахнулся мечом. Джин уже было приготовился к ответной атаке, но тут его планам не суждено было сбыться. Молниеносным ударом ноги, Джун отправила Ешимицу в тар-тарары. — Ну ты как? — улыбнулась Джун. — Ого! какие люди! Ну как? Нравлюсь я тебе? Хорош? Джун замялась. Ей стало страшно. Его взгляд был пронзающим. Малышка снова почувствовала ту тьму, которая преследует ее во снах. — Не бойся, — улыбнулся демон, — хочешь, чтобы я его отпустил? Ну попробуй, останови меня. Дьвол Джин с усмешкой посмотрел на испуганную девочку и словно сжалился. Его внешность стала меняться. Рога, крылья и когти исчезли, татуировки испарились. Джина немного качнуло, но он вовремя успел удержать равновесие. К нему снова вернулось сознание. Джун не выдержала и крепко обняла его. С души словно камень свалился, а страх сменился надеждой. — Тебя кто просил лезть? — внезапно рявкнул Джин и оттолкнул девочку, — Нравится с чертовщиной водиться? — Джин, я.! — Замолчи, — уже более спокойным тоном перебил Джин. И снова ей стало страшно.***
— Мдааа… Отлично! Просто великолепно! Вначале встала чуть свет не заря, а теперь мне надо драться в этом могильнике? — буркнула девушка, быстро топая по темному парку. Сегодня явно был не ее день, точнее ночь. А спать-то как хочется! Девушка наконец высунула нос из-под воротника. Перед ее взором встал тот самый разрушенный фонтан. Сие картина начала навивать на нее некий страх, но девушка тут же его отогнала. «Хм… Видимо меня сегодня не одну лишили сладкого сна», — приободряюще подумала Аска и тут же услышала до боли знакомый голос. Чуть встрепенувшись, Аска навострила ушки и начала прислушиваться к голосу братца. Нет, она не подслушивала, а просто прислушивалась, а то вдруг ошибется и наваляет не тому? Хе-хе… Черт! С такого расстояния совсем ничего не слышно. Девушка подошла чуть ближе. Голоса стали слышаться все отчетливее и отчетливее. Все-таки она угадала. По ту сторону кустов стоял Джин и с кем-то разговаривал. Но с кем? В голове зазвенел безмолвный колокольчик интуиции и в голову полезли разного рода догадки, даже самые непредсказуемые. Отгонав всю эту ересь, девушка набрала в легкие воздух, встрепенулась и гордо пошла творить справедливость!***
— Что ты так на меня смотришь? Что я тебе сделала? — Влезла не в свое дело. — Это ты про того самурая? Я, между прочим, помочь тебе хотела. — А я просил? Всю жизнь кто-то пытается мне помочь, а толку? Даже не верится, что люди бывают на столько глупыми. Девочка не могла поверить его словам. Тогда, перед боем он был так искренен с ней, а сейчас казалось, будто это уже совершенно другой человек. Слова Джина были колкими и холодными. Мужчина даже не кричал на нее. Волна горечи и разочарования нахлынула Джун. Она совершенно растерялась. — Вот только не надо соплей. Ты прямо, как мать. Та тоже ныла по поводу и без. И, как думаешь, помогло ей это? Где она сейчас, лежит сзади того дома и гниет? — Что ты такое говоришь? Она жива! Я знаю, она жива! — Это тебе Джим сказал? — все так же холодно усмехнулся Джин, — И ты ему веришь. Ну конечно, ему виднее. — Зачем ты меня обижаешь? — опустила нос девочка, все еще надеясь, что Джин станет к ней добрее. — Мне не нужна не ты, не твоя мать. Она сама виновата, за что и поплатилась. Я за ее ошибки отвечать не намерен. — Значит, ты меня считаешь ошибкой? — сжимая кулаки, спросило Джун. — А вот и я, братец! — раздался победный возглас. «Аска Казама? Что она здесь делает?» — подумала Джун, глядя в сторону девушки. — Еще одна. Отлично, — закатил глаза Джин и уже было собрался уходить, как Джун схватила его за запястье. Мужчину словно молнией пронзило. Рука девочки была такая маленькая и теплая. Трудно было поверить, что такая ручонка может совершать мощные удары. И неужели это его дитя? Он повернулся лицом к малышке, но вместо милого детского личика увидел озлобленный взгляд. — Пошел нах*й, тварь! — хватка ослабла, — Вот теперь можешь валить. Ну! Съ***лся отсюда! Джин опустил взгляд и тихо ушел. Еще долго не мог себе простить этого. Тогда нужно было извиниться и успокоить ребенка, но глупая гордость не позволила ему этого сделать. — Ого! — воскликнула Аска. Она совершенно не понимала, что происходит. — И ты тоже пошла отсюда нахуй! — произнес искаженный голос девочки. Из глаз малышки потекли черные, как смоль, слезы. Кожа побелела, а за спиной вырастали два крыла. — Не может быть… Нет. Нет! — шептала девушка. Позади Аски показалась уже знакомая светлая фигура. Она со страхом смотрела прямо в глаза Джун и умоляюще повторяла: — Джун, что ты творишь? Не надо… прошу, не надо… У девочки помутнело в глазах. Она притронулось к медальону и наваждение стало растворяться. — С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросила Аска. — Да… Да, — ответила девочка, вытирая черные слезы. Она посмотрела в сторону, куда ушел Джин. Вдали она увидела его силуэт и поспешила догнать. Аска ринулась за ней. — Джин, подожди! Мужчина уже садился в машину, когда увидел бегущую к нему девочку. — Ладно, я погорячилась. — Язык бы тебе оторвать за такие слова, — грубо отрезал он и хлопнул дверью. Машина отъехала. Джун так и осталась стоять, как вкопанная. Вот и снова она одна. И куда теперь? «Может он обиделся? Действительно не стоило ему грубить. Родителей нужно уважать, а я его на**й послала. Нехорошо». — Дурак ты наивный, — словно ответила на ее мыли Аска, — не нужен ты ему. Ему вообще никто не нужен. Джун с минуту молчала, а потом спросила: — Ты Аска Казама? — Да, а что? — У меня сейчас с тобой бой. Пошли.
