Твои слёзы

Утро этого дня Все знают о дружбе Сонмина и Кюхёна. Они живут в одной комнате и доверяют друг другу самые сокровенные чувства. Мин не раз плакал у младшего на груди, жалуясь на ещё одну бросившую его девушку. Кю ни разу не отказал старшему в утешении – он каждый раз прижимал его к груди, гладил по голове, шептал на ухо, что всё непременно будет хорошо. Ему не казалось это утомительным, а даже наоборот – Кю был рад, где-то глубине души, что Мин плачет, ведь старший становится таким беспомощным и открывает свою душу только для него, для одного него. Это даёт дружеским отношениям большую глубину, даже интимность… И вот однажды Кюхён начал осознавать, что не воспринимает свои взаимоотношения с Сонмином, как просто дружбу. Это была не детская мимолётная влюбленность, а всепоглощающая страсть человека с властным характером. Младшему хотелось дотрагиваться до Мина как можно чаще – одним из его безумных желаний было губами убрать слёзы с щёк хена, а потом нежно поцеловать, чтобы Сонмин уже не мог думать ни о ком другом, чтобы он таял от наслаждения и сам тянулся к нему, прося о ласке. Кюхён всегда привык добиваться желаемого. Он даже как-то попытался поцеловать хёна, но реакцией было резкое отстранение и переведение данной ситуации в шутку, мол, дурное влияние Хичоля даёт знать. Кю хотел в ближайшее время признаться в симпатии к хёну, и поклялся себе, что сделает всё возможное и добьется взаимных чувств (просто превосходное стечение обстоятельств-вечером остальные мемберы уезжают по делам. Замечательный шанс). В прекраснейшем расположении духа Кю идёт в их с Сонмином комнату, чтобы забрать ноут и поиграть до отъезда старших, но останавливается у двери, услышав знакомые всхлипы. Макне тихо поворачивает ручку и заглядывает в щель. На его лице одно выражение меняется другим, а в душе появляется червь ревности, потихоньку грызущий его изнутри. На кровати сидит Тыковка и прижимается к груди ДонХэ. Последний лишь улыбается, захватив Мина в кольцо рук, и медленно покачивает, как ребёнка. «Что это вообще значит? – кричит про себя Кюхён – Я думал, что только мне ты можешь открыться! Да что о себе вообще возомнила эта рыба! Как же злит! Как же хочется влететь в комнату и хорошенько врезать Фиши по лицу, чтобы запомнил, что нельзя зариться на чужое добро… - вдруг Кю в голову приходит мысль, банальная по своей простоте, – Они наверное спят вместе, поэтому между ними такое доверие. Почему бы и нет? Хэ встречается с ЫнХёком, так почему бы не заграбастать себе его Мина. Стоп, они скорее всего целовались!» Кю зажмурился, отгоняя от себя такие мысли. «Да такого просто не может быть, чтобы СонМин с этим… Нееееет. Это невозможно» Будто на зло здравому смыслу Кю, Донхэ нагибается ниже к лицу Сонмина… Кюхён резко отскакивает от двери и быстрым шагом направляется в гостиную. В его душе, наверное, в первый раз такой яркий калейдоскоп эмоций, но всё заглушает нестерпимая боль в сердце. Ему плохо, он чувствует себя покинутым, оскорблённым. Его любимый друг, дорогой человек предал его. Сейчас уже Кюхёну хочется разрыдаться в голос, бить по полу руками и ногами и просить не бросать его… Вдруг, как переключатель на смену боли приходит гнев. «Значит ему подходит любой человек. Наверное, он даже ноги разводит для каждого. А чем я хуже. Вот же дурак! Хотел говорить ему слова любви, подбирая выражения, чтобы не ранить или задеть за живое, а он бы просто посмеялся надо мной. Ну что ж, ты оскорбил меня сегодня Сонмин и вечером поплатишься за это. Пощады не будет. » * Сонмин всегда находил в объятьях макне спокойствие и умиротворенность, когда он смотрел в глаза младшего, то был готов поверить всему, что тот говорит. Мин просто тонул в бархатистом голосе макне. Все слова, слетавшие с губ младшего, доходили точно до сердца, разливая по всему телу блаженное чувство защищенности. Один раз Кюхён даже попытался поцеловать его, в шутку конечно, как думал Мин. Тогда он увернулся, но потом его всё чаще стали посещать мысли о том, что случилось бы, поступи он иначе. Наверное, этот поцелуй был бы дьявольским, страстным, сносящим крышу, под стать владельцу губ. А может быть, всё было бы нежно и дразняще, будто обещая чего-то нового. У Сонмина появилась привычка облизывать губы в присутствии Кю. Старший периодически ловил себя на мысли, что хотел бы узнать каков Кюхён в постели, его сексуальные предпочтения, и к великому удивлению Мина данные мысли не вызывали в нём отвращения, а лишь наоборот распаляли фантазию, заставляя появляться на губах глупую улыбку. С каждой новой такой мыслью о Кю, Мин всё больше осознавал, что влюбился в макне, и это ввергало его в пучину отчаяния. Что нужно сказать? А не посмеется ли Кюхён над его чувствами? Как лучше начать, чтобы к концу разговора не увидеть презрительное лицо макне? За советом он решил обратиться к ДонХэ, ведь всем мемберам известно, что Фиши встречается с ХёкДже (кроме самой парочки, конечно: они свято верили, что очень хорошо изображают «просто друзей». Ха, наивные!) Сонмин позвал Хэ в свою комнату и рассказал свою проблему. К концу рассказа на глаза Тыковки навернулись слёзы - он правда боялся отказа, просто не знал, что будет делать, если это случится. ДонХэ обнял его и начал укачивать. Мин отметил про себя, что даже в такой ситуации он бы предпочёл руки Кюхёна, каждое прикосновение которых хочется растянуть на вечность… Господи, он не видел макне полчаса, но его уже как магнитом тянет к младшему. Это и правда любовь… Вдруг ДонХэ наклоняется совсем близко к лицу Сонмина и практически беззвучно произносит. - Это секрет – так что пообещай, что никому не расскажешь. На самом деле я очень хорошо понимаю твои чувства, потому что мы с ЫнХёком… ну… встречаемся… - последние слова даются Хэ особенно тяжело. Фиши выжидающе смотрит на Мина, ожидая реакции, любой реакции, но точно не той, что последовала. Тыковка несколько секунд смотрит на своего собеседника, а потом начинает смеяться. Хэ непонимающе глядит на Мина, заламывая бровь. - Что смешного? - Тоже мне страшная тайна! По дружбе, секрет за секрет…. Про вас как пару не знают, наверное, только фанатки, верящие, что фансервис - это только фансервис и ничего больше. Вы думаете, что хорошо маскируетесь? Как бы не так – ваши феромоны выдают вас с головой, тем более взгляды, которыми вы одариваете друг друга.. Не заметит, наверное, только слепой, – высвобождаясь из объятий, заявляет Сонмин. Лицо ДонХэ тут же становится пунцовым - он не знает, куда деться от стыда, глаза бегают из стороны в сторону, стремясь укрыться от Тыковки. Мин быстро заметив смущение Фиши, приходит к нему на помощь. - Ладно, спасибо, что выслушал - мне стало намного спокойнее. Я хочу немного поспать… – говорит Сонмин, вытирая остатки слёз и зевая. - Да конечно. – Хэ с радостью использует возможность побыстрее закончить щекотливый разговор, поэтому молниеносно выбегает из комнаты. После звука закрывающейся двери мысли Мина были уже далеки от ДонХэ… Сейчас Тыковка чувствовал себя намного уверенней, поэтому поставил перед собой цель: признаться Кюхёну после отъезда мемберов любой ценой, а дальше будь, что будет. Лицо Мина вновь озарила улыбка, когда он вспомнил о Кю. Всё в нём было идеально… Даже бзик на компьютерных играх уже не имел особого значения. С этими мыслями Мин и погрузился в сон, предварительно вспомнив, что поставил будильник ко времени отъезда одногруппников…