Глава 3
15 декабря 2013 г., 22:00
— Значит так, товарищи, — Торин расстелил на круглом столе бумагу с чертежами. — Это план. Мы должны его выполнить, чтобы восстановить наше подземное царство после ущерба, нанесенного драконом Смаугом.
— Наконец-то мы станем нормальными гномами, а не гномами-гастарбайтерами! — радовался Балин.
— Пока мы заново все не отстроили, мы еще по-прежнему гномы-гастарбайтеры, — заметил Кили.
— Благо, что ненадолго, — добавил Фили.
— Торин, не забывай, что у тебя сегодня слушанье в Верховном Суде, — напомнил Балин.
— С кем судишься? — спросил Кили своего дядю. — Снова с Трандуилом?
— На сей раз нет, — Король Эребора почесал высокий лоб. — Его сын Леголас и Гимли, сын Глоина, подали ходатайство на объединение эльфов и гномов, дабы положить конец нашей вражде, — он сплюнул в сторону. — Будь неладна эта дипломатия!
— А ты, как наш владыка, должен будешь пойти и представлять перед Верховным Советом интересы нашего народа, — гордо произнес Балин.
— Я бы лучше нанял киллера Барда, дабы отомстить Смаугу! — рыкнул Торин.
— Смауг вернул нам Эребор, — вмешался Фили.
— Утащив часть сокровищ! — буркнул Балин. — Он по-прежнему остается самым богатым существом Средиземья.
— У, как я мечтаю оторвать ему его драконьи яйца! — Торин стукнул кулаком по столу.
Фили и Кили захихикали, а Балин покачал головой.
— Ничего уже не исправить, — сказал он. — Но ты можешь еще привести наш народ к былому величию, я знаю. Главное, покажи себя перед Верховным Советом с лучшей стороны.
— Кто-нибудь читал «Белоснежку и семь гномов»? — внезапно спросил Двалин. — Это случаем не эротика?
* * *
Когда Трандуил и Торин пересеклись в коридоре, перед входом в главный зал, они уже успели снова поругаться, едва встретившись взглядами. — Некультурный, невоспитанный гном! — шикнул на Торина лесной король. — Держись подальше от меня, ты дурно пахнешь! — А от тебя воняет голубизной! — не остался в долгу гном. — И трусостью! — Жалкий! — Мерзкий! — Отвратительный! — Гнусный! — Эльф! — Гном! Они замолчали, как только двери, ведущие в зал, распахнулись. Их озарило светом, ослепительно льющим из помещения. Короли переглянулись и шагнули вперед. Как только они оказались внутри, двери за ними сами собой закрылись, свечение погасло, и эльф с гномом оказались в полной темноте. — Мы пришли к решению, — раздался неземной голос Верховного Судьи. — Дабы укрепить союз между эльфами и гномами, владыки обеих сторон обязаны вступить в политический брак. От ужаса Торин и Трандуил разинули рты. — Но, — решил подать голос король эльфов. — Мы оба мужского пола. — Тогда жените своих детей. — У меня только сын, ваша честь, — сквозь зубы ответил лесной король. — А у меня племянники, — ответил Торин. — И они оба парни. — Тогда узаконьте однополые браки! — сказал судья, оканчивая разговор. Торин и Трандуил вышли из зала. Оба выглядели глубоко несчастными. — И зачем я только послушал своего сына? — спросил сам себя эльф. — Найму киллера, — пробормотал Торин.* * *
По возвращению Торина в Эребор, гномы окружили его со всех сторон, расспрашивая, что там, да как… — Какой ужас! — возмутился Балин, выслушав повествование Торина о его визите в Верховный Суд. — Ты женишься на короле эльфов? — изумился Кили. — Конечно, нет! — возразил Торин Дубощит. — Никогда! И ни за что! — Правильно, в топку эльфов! — кивнул Фили. Во дворце лесных эльфов. — В топку гномов! — воскликнул лось Трандуила. Лесной король сидел на троне, не зная, как ему быть: давка шла со всех сторон — народы требовали мира, а единственным выходом была женитьба на Торине. В тронный зал ворвался Леголас. Он весь светился, но это было не то звездное свечение, которое шло от эльфов, а было в нем что-то другое. — Отец! — обратился он к королю. — Я женюсь! Сын Орофера не сразу понял, что сказал ему принц. Несколько минут он молча взглядом сверлил пол, а после взглянул на отпрыска. — Ох, — мрачное лицо эльфа озарила теплая улыбка. — И кто она? — Это не она, — кончики заостренных ушей Леголаса покраснели. — Сын? — Трандуил поднял брови. — Кто это? — Вообще-то, это Арагорн, — нерешительно начал принц, но потом вдруг ясно посмотрел в глаза отца. — И даже если ты против, я все равно не изменю своего решения! — Когда вы успели? — эльфийский король просто не знал, что еще сказать. — Было трудно, — Леголас вздохнул. — Сначала я ему признался и убежал, а потом он разыскал меня, прямо перед отъездом в Серую Гавань и сделал мне предложение. — Ужас, — не смог сдержаться Трандуил. — Но, сын, в Средиземье не допустимы однополые браки! — Арагорн допустит, — довольно сказал принц. — Он же король! — Мой лось, куда этот мир катится? — спросил лесной король своего лося. — В топку, — подумав, ответил тот. — К гномам.
