Я видел это во сне

      Проснулся гриффиндорец от ощущения падения, сумев быстро сориентироваться и не завалиться набок. Открыв глаза, мальчик тот час же сощурился от яркого света, идущего от лампы, и осмотрелся. Он находился в той самой комнате, в которой скрывался в прошлый раз после эмоциональной встряски на уроке зельеварения. Гарри был в той самой позе, в которой засыпал – сидя у двери в обнимку со своими коленями. Только теперь в руках мальчика была зажата еще и книжица, полученная от хранителей. Все это было безумно странно.       После решения возвращаться в гостиную, пришедшего почти сразу же после полного пробуждения, Поттер первым делом потянулся проверять цвет своего галстука. На этот раз он был нужного цвета.       В гостиной на Гарри сражу же набросилась Гермиона, громко отчитывая своего друга за пропуски занятий.       - Гарри Поттер,- распалялась девочка,- я понимаю, что сейчас у тебя не лучшие времена. Но это не означает, что ты можешь прогуливать занятия, когда тебе вздумается. Понятно? Профессор Макгонагалл была очень недовольна твоим отсутствием! Скажи спасибо мне и Невиллу за то, что догадались тебя отмазать и сказать, что тебе не здоровится,- с грозным видом гриффиндорка взмахнула указательным пальцем перед носом у брюнета.       - О, Гарри, это было страшно,- Невилл, который сидел до этого в кресле рядом с камином, решил присоединиться к беседе, когда услышал, как отважная волшебница отчитывает во всеуслышание их однокурсника.- Когда ты ушел, Снейп словно с цепи сорвался! Не поверишь, он даже снял десяток баллов со своего факультета, забывшись ненароком от постоянных раздач отработок. Рон с Дином получили неделю наедине с Филчем. Не повезло, так не повезло… А когда профессор Макгонагалл узнала о потерянных на зельеваренье баллах, я думал, нам конец,- так она смотрела.       - Кстати, Гарри, нам задали эссе по трансфигурации на два с половиной фута по седьмой главе из учебника. А профессор Снейп упомянул о практической работе по материалам третьего курса.       - Хагрид передавал тебе привет и приглашал зайти на чай,- робко перебил подругу Невилл, улыбаясь ободряюще погрузившемуся в уныние Поттеру.       - Спасибо, друзья…вы меня извините. Все просто навалилось, Турнир этот, занятия, еще и все это,- мальчик неопределенно махнул рукой по направлению к сгрудившимся в гостиной ученикам, посматривающим на разговаривающую троицу.       - Мы все понимаем, Гарри,- вздохнув, Гермиона участливо посмотрела в глаза друга.- Ты же знаешь, что мы всегда готовы тебе помочь?       - Теперь, когда напомнили, учту это,- ребячески улыбнувшись, Поттер увернулся от шутливой оплеухи от своей сокурсницы.       - Кстати, Гарри, мне тут здоровскую книгу дали почитать. В ней так много интересного и нового о лекарственных растениях написано! Ты знал, например, что определенным образом настоянный perobus amantis, собранный во время растущей луны, может вызвать несводимую с месяц сыпь на коже, и при этом по вкусу и запаху трава будет похожа на тыквенный сок.       - Хм,- глубокомысленно протянул Гарри, не понимая, к чему вдруг Лонгботтом заговорил об этом.       - Я к тому, что если тебя снова будет кто-то доставать, можно подлить им в питье нужный настой. Эта сыпь жутко чешется, и у них руки будут заняты другими заботами, нежели делать тебе пакости,- Невилл по-доброму улыбнулся и пожал плечами.       - Спасибо,- искренне поблагодарил Гарри, обнимая по очереди сначала Лонгботтома, потом Грейнджер.- Я рад, правда, что вы остались на моей стороне, когда даже Рон стал верить в чушь про мой обман при отборе чемпионов…       - Он тоже скоро поймет, что глупит,- Гермиона скрестила руки на груди.- И уж тогда я ему задам. До конца учебы будет сам домашки делать, чтобы меньше дурных мыслей в голове ходило.       Рассмеявшись запалу подруги, Гарри только кивнул, показывая согласие и одобрение словам Гермионы.       - Пойду, пожалуй, в комнату, отдохну.       - А как же домашняя работа?- удивилась гриффиндорка, с подозрением смотря на друга.       - И ее тоже сделаю. Просто вы, наверное, уже все подготовили, а мне не хочется работать при столь пристальном внимании,- Поттер со вздохом обвел глазами гостиную.- Так что пока никто не поднялся в спальню, я пойду и попотею над эссе,- кивнув на прощание друзьям, Гарри направился к лестнице, стараясь не обращать внимания на посторонние взгляды и шепотки.       Гриффиндорцу в коем-то веке повезло, и комната была пустая. Можно было расслабиться и спокойно заняться своими делами, не думая о том, что в спину кто-то смотрит сверлящим взглядом. Бросив свою сумку на кровать, Гарри вытащил из нее письменные принадлежности и учебники. Чистые свитки нашлись в прикроватной тумбочке.       Устроившись на постели лежа на животе, брюнет оперся о локти, нависая над пергаментом и книгами. Каким бы слабым ни был рабочий настрой, необходимо было заставить себя делать хоть что-то. Как назло взгляд скользнул к лежащей в изголовье сумке и остановился на торчащем уголке тонкой книги. Дневник Салазара Слизерина. Потянувшись, Гарри достал книжицу и положил перед собой поверх приготовленных для написания эссе предметов.       - Сначала дневник «наследника», теперь самого «родителя»,- хмыкнув, негромко проговорил себе под нос Поттер, подняв обложку и уставившись на девственно-чистый первый лист.- Попробовать, как в прошлый раз? Чего мне это стоит?..       Достав свое перо и обмакнув его кончик в чернилах, гриффиндорец коряво вывел «Привет. Меня зовут Гарри Поттер».       Ничего не произошло.       Чернила не испарились, буквы не впитались. Написанное так и осталось кривым рядом на бумаге.       - А чего я, интересно, ожидал?- запустив пальцы одной из рук себе в волосы и прижав голову виском к ладони, Гарри пролистнул несколько страниц дневника.- А может, это обычная тетрадь для записей? К тому же сколько времени прошло…все чары, скорее всего, состарились или и вовсе рассеялись,- строя предположения, мальчик скользил пальцами по бумаге.- Ауч!- с шипением воскликнул брюнет, неосторожным движением порезавшись об острый край листа.- Аааа, да гори оно огнем!- потеряв всякий интерес к поискам истины, Поттер уже хотел было откинуть подсунутый хранителями дневник в сторону, но остановился.- Что это?- на ранее пустовавших страницах начали проступать ровные строки, написанные уверенной рукой.       Листы были исписаны от начала до самого конца. Ряды текста плотно примыкали друг к другу и покрывали все пространство страниц. Единственным чистым листом был самый последний, который, казалось, был помещен в дневник позднее, когда уже все мысли были изложены на бумаге.       Перелистав книгу пару раз в обоих направлениях, убедившись, что на страницах есть лишь текст, Гарри открыл дневник на первой странице, начиная читать, как положено.       «…Замок был разрушен полностью, до основания. Я не знал с чего начать строительство, и стоит ли браться за него вновь. Но я думал, что мои друзья, отстаивавшие школу до последнего вздоха, стоят того, чтобы защитить то, за что они отчаянно боролись.       До возвращения Хельги оставалось не так много времени. Мне следовало торопиться. Я не хотел, чтобы лишнее напоминание о моей ошибке мозолило глаза, когда я буду каяться перед нашей подругой.       Собравшись с силами и набросав примерный график работ, я начал подготовку. На полную расчистку площадки ушла примерно половина дня. Никогда еще я не чувствовал, что время на самом деле течет так быстро!       Я боялся того, что Ковен со своими прислужниками вернется, чтобы доделать свою работу, поэтому немало сил тратил на поддержание скрывающего барьера, который поставил сразу перед началом своей работы.       Ближе к концу второго дня я начал понимать, что в одиночку мне никак не справиться. Концентрация магии мне давалась плохо, энергетические линии перемешивались и шли неровными порциями, что влияло на качество отстройки и силу защитного поля.       Мне пришлось обратиться за помощью к гоблинам. Думаю, мне несказанно повезло, что я в свое время сделал этому народу одолжение, забрав «зеркало». Получить согласие Гаррдриха оказалось просто. Они согласились. У меня появился шанс отстроить школу по-новому, и даже лучше, чем было прежде.       По моей просьбе гоблины стали вплетать в кладку свои заклинания, перемежая каждый камень защитной петлей. Надеюсь, это поможет нашей школе простоять столь долго, сколь она будет нужна магам для обучения своих детей, признанных Ковеном неугодными.       Кажется, гоблинам понравилась идея, потому что они серьезно увлеклись строительством. Они даже решили сделать хранилище по подобию их сейфов специально для меня, чтобы ее мог открыть только маг, умеющий говорить на парселтанге. Думаю, я знаю что буду там хранить.»       Гарри не заметил, как увлекся и проглотил сразу несколько страниц. Изложение текста было просто для чтения и восприятия. Дневник являлся ничем иным, как омутом памяти, созданным в письменном виде. Не все для мальчика было понятно из рассказа Слизерина, но уже сейчас гриффиндорец начал понимать, что из Истории Хогвартса вырезаны важные события, о которых либо не принято рассказывать, либо никто и не знает.       Как бы странно не звучало, основатель совершенно не казался тем самодовольным ублюдком, коим его стремились повсеместно выставить. По строкам ясно угадывались испытываемые владельцем дневника эмоции: грусть, радость, удивление, ожидание. Казалось, Гарри не читает безликие страницы, а слушает рассказ самого Салазара, увлеченно вещающего о своем прошлом. Мальчику так и представлялось, что основатель в очередном порыве вскакивает с ногами на стол, скидывая с него книги, и начинает доказывать что-то, отчаянно жестикулируя и сверкая горящими огнем увлеченности глазами.       Желая узнать что было дальше, Гарри вновь прилип к дневнику, с жадностью вчитываясь в строчки.       «В отличие от первоначального плана замка, новый выглядел более внушительно. Появились две дополнительные башни и крыло. Гоблины решили внести от себя новшество: передвижные лестницы и тайные переходы. Остроумию строителей не было предела, когда меня поставили в известность, что полного чертежа никто делать не будет. Мне предстоит самому исследовать замок, чтобы иметь представление о размахе фантазии моих знакомых.       Все усложнилось с приездом Хельги. Я не смог посмотреть ей в глаза, когда рассказывал о смерти Годрика и Ровены. Я никогда больше не испытывал столько стыда и отвращения к самому себе, как тогда, слушая ободряющие слова нашей подруги. Я дал ей слово, что отдам свою душу, чтобы защитить нашу школу.»       - Стоп,- Гарри прочитал последний абзац дважды, ища сокрытый между строк смысл.- Разве наша школа не была построена четырьмя основателями? Ничего не понимаю. Почему здесь говорится о смерти Годрика Гриффиндора и Ровены Рейвенкло? Это «те самые» Годрик и Ровена, или есть другие? И каким образом они погибли?- тряхнув головой, словно отгоняя настырные мысли, мальчик продолжил чтение.       «Хельга привезла с собой формулы защитных чар. Мы решили использовать их для основного купола. Накрыв замок и близлежащие земли, мы сделались невидимыми, ненаходимыми и неосязаемыми для мира «вне». Я смог вздохнуть спокойно, зная, что школа защищена от магов Ковена.       После создания купола, мы связались с островным народом, чтобы позаимствовать у них семена быстрорастущих деревьев. Первый мешок послужил началом Вечному Лесу. Из него получится замечательная тренировочная площадка для наших будущих учеников».       На последующих страницах Салазар продолжал описывать поэтапное создание Хогвартса таким, каким он существует и по сей день. Решив заглянуть в конец, Гарри перевернул дневник и открыл последнюю страницу. Последние слова на ней бросались в глаза: «Будь осторожен в своих желаниях». От автора: Автор по-прежнему будет рад комментариям по поводу своей работы. Спасибо за прочтение!