Tunnel vision
I know you like it
Водительское сиденье нельзя было сравнить с кроватью, поэтому Антону, спавшему в своем автомобиле, снилась сейчас любимая и верная подруга его жизни. У парня изначально не было особого желания спать в таких условиях, но вопреки этому прошлым вечером веки безбожно слиплись, и он уснул. Проснувшись, Антон поморщился и потянулся, разминая затекшие конечности. Тело ломило от продолжительного пребывания в одной и той же позе. За окном уже было светло, поэтому, вспомнив, зачем он вообще здесь находится, парень испуганно посмотрел на часы. Все в порядке, бояться нечего: время раннее, да и будильник еще не давал о себе знать. Антон протер глаза и бросил взгляд на соседнее сиденье, на котором ютилась еще одна вечная спутница его жизни — камера. Фотография была его страстью, заставляющей позабыть обо всем, как только в руках появлялся столь привычный и милый сердцу предмет. Антон взял камеру, на его руки легла тяжесть массивного объектива, и в ту же минуту все встало на свои места. Но спустя несколько секунд, она вновь лежала на пассажирском сиденье: дабы не травить душу, он решил не пересматривать последние отснятые кадры.I’m feeling close to you Меня тянет к тебе, Maybe is this ocean view Может быть, это вид океана так действует на меня, I’m so emotional Я чересчур возбуждён And all these stars been dancing on my head И все эти звёзды танцевали над моей головой Too long. Слишком долго.
Что парень забыл здесь? Что заставило его просидеть всю ночь возле чужого дома? Им управляло сильное желание вновь увидеть его. Кого его? Антон и сам не знал. Он не помнил того, как несколько дней назад что-то заставило его пойти следом за этим невероятно привлекательным мужчиной, проводить его до самого этого места и остаться в засаде. Парень не знал, когда мужчина вновь выйдет из здания, но со смирением понимал, что если ему придется сидеть здесь до ночи, а может, и до утра, он это сделает. Что-то внутри удерживало Антона, не позволяло уйти отсюда, пока он не увидит его вновь.I wrote a song for you, I wanna sing to you Я написал песню для тебя, я хочу тебе спеть But every time I’m close to you Но всякий раз, когда я рядом с тобой, Words wanna come out, but I forget Слова хотят вырваться, но я их забываю… It’s so strong. Это чувство столь сильно.
Антон сидел на лавочке за раскидистыми ветвями цветущей сирени, прижимая к себе фотоаппарат, когда спустя пару часов его совершенство вышло из подъезда. У парня внутри все замерло, глаза расширились от вполне объяснимого страха быть пойманным. Напрасно. Его не заметили. Мужчина, на вид чуть ниже, чем он, Антон, сам, прошел мимо, целеустремленно шагая вперед, не придавая ничему вокруг и капли значения. Совершенство. Эта величественность. Легкая холодность. Неприступность. Кажется, мурашки пробрали парня до самых костей. Тогда Антон в первый и последний раз увидел предмет своего сумасшествия так близко.It might seem like I’m catching something. Может показаться, что меня что-то зацепило. That’s because it’s true И это так. I can’t deny it, I won’t try it Не могу этого отрицать, не хочу и пытаться, But I think that you know. Но, думаю, тебе и так понятно.
Сумасшествие, не иначе. Несмотря на охвативший тело и разум страх, спустя несколько секунд Антон уже шел следом за брюнетом на расстоянии пары десятков метров. Камера на автомате была приставлена к лицу, а палец как заведенный нажимал на кнопку спуска затвора, делая все новые и новые снимки. Зачем он фотографировал затылок незнакомца? Парень не задался этим вопросом и тогда, когда пересматривал сделанные фотографии. На большом экране компьютера он с интересом вглядывался в каждую прядку волос, в каждое движение, в каждый изгиб тела, черту лица. Вот он стоит на светофоре. В вагоне метро погружен в свой телефон. А вот покупает себе большой стакан кофе. Здесь заходит в здание и пропадает из виду. Дальше идти нельзя. Медленно перелистывая кадр за кадром, парень впитывал в себя все больше и больше черт из внешности и образа незнакомца.I look around and everything I see is beautiful Я оглядываюсь вокруг, и всё, что я вижу, столь прекрасно, Cause all I see is you. Ибо всё, что я вижу — это ты. And I can’t deny it, and I stand by you И я не могу это отвергать, я стою возле тебя, And I won’t hide it anymore. И больше не желаю скрывать своих чувств.
У офисного здания, скрывшего в себе прекрасного брюнета, Антон простоял до самого вечера. Его пытались найти звонками на мобильный, но он лишь отвечал, что чрезвычайно занят. Уже не было страшно. Теперь парень ощущал себя героем какого-нибудь фильма. Супершпионом, работавшим на какую-нибудь влиятельную личность, добывавшим информацию об объекте. Киллером, приставленным к своей жертве. Хотя кто здесь был настоящей жертвой оставалось большим вопросом. И вновь мурашки. Снова его совершенство в нескольких метрах от него. И опять тот же путь, назад. Нужно быть предельно осторожным. Он зашел в тот же дом, значит, он здесь живет. Вызов принят.A crowded room anywhere Где угодно, в переполненном зале, A million people around all I see is you Среди миллионов людей ты - то единственное, что я вижу, And everything just disappears И всё просто исчезает
Что за исступление? Что за безрассудство? Что за поведение? Странное, такое несвойственное Антону. Зачем ему все это? Парень задавался этими вопросами и не мог дать на них ответов. Он старался, правда, но в голову упорно не шло ничего вразумительного. Просто хотелось. Просто необходимо было видеть это лицо, эту фигуру. Хотелось вновь чувствовать ледяные мурашки по спине при виде языка, проходящего по губам. Хотелось провожать по телу холодную, а за ней и горячую волну при виде идеальных длинных пальцев, поправляющих солнцезащитные очки. Им будто управляла невидимая сила, заставляющая выжидать мужчину около его дома, ходить за ним, словно тень, ждать с работы и вновь провожать домой. Это неправильно. Категорически неправильно. Наверняка, это еще и подсудное дело — вмешательство в частную жизнь абсолютно чужого человека. Антон уговаривал себя прекратить это опасное и бессмысленное занятие. К чему привели его подобные уговоры? Он снова караулит у подъезда еще с прошлого вечера. Это ненормально. С этой мыслью парень обреченно вздохнул и полез на заднее сиденье за пакетиком чипсов.Yeah, a million people in a crowded room Да, в переполненном зале миллион человек, But my camera lenses only been set to zoom Но мой фотообъектив в режиме макросъёмки And it all becomes so clear. И всё становится столь ясным.
Почему он просиживает вечера дома? Почему не выходит? Неужели у такого красавца нет подружки? Может, у него серьезная работа, которую приходится делать даже дома? Точно судить по паре дней слежки о распорядке дня прекрасного незнакомца Антон не мог, так что все эти вопросы без ответов беспрестанно крутились в его голове. Ему хотелось знать об объекте своего безумия все: важные вещи и всякую непримечательную ерунду. Как его зовут? Сколько лет? Любит ли он кататься на велосипеде? Каким парфюмом пользуется? Поздно или рано ложится спать? И, наконец, что он с ним такое вытворяет, черт возьми?! Антон медленно прожевал кусочек хрустящего картофеля, увязая в размышлениях, а затем откинул голову назад и шумно вздохнул. Он понятия не имел, как описать свое состояние. Этот голубоглазый идеал за пару дней стал для него ближе и интереснее, чем добрая половина его сокурсников. И это с учетом того, что они даже не знакомы. Незнакомец пробуждал в нем чувство ослепляющего восторга, заставляющего следовать за ним по пятам, ловить каждое его движение, оставлять его в памяти своего фотоаппарата.I got that tunnel vision for you В центре моего внимания лишь ты, I only see you. Я вижу лишь тебя.
Антон с силой сжал веки, сминая в руках пакетик. Хруст чипсов заставил его открыть глаза. Черт! Сколько он витал в облаках? Высокая стройная фигура уже поспешно удалялась от входа в дом и от машины Антона. Парень мысленно треснул себя по голове за то, что чуть не упустил добычу, схватил фотокамеру и выпрыгнул из автомобиля. Рванув вперед, он чуть не забыл закрыть машину. Сделав это быстрым нажатием кнопки на брелоке ключей, он пробежал вперед еще пару метров, а потом остановился. Все его тело напряглось словно струна. Нужно действовать осторожно, постараться не выдать себя, не попасться. Камера была наготове. Сегодня его волосы лежат немного по-другому. Боже мой, так он еще восхитительнее.Now that I know the truth, what am I suppose to do? Теперь, когда я осознал всю правду, что мне предпринять? Changing up and breaking all my rules ever since we met С момента нашей встречи я изменил и нарушил все свои правила I’m so gone. Я зашёл слишком далеко.
Антон берет картинку крупнее. Светлая рубашка с загнутыми рукавами, две верхние пуговицы расстегнуты. При виде этого ничтожно малого кусочка обнаженной груди Антон неосознанно облизнул губы. Солнцезащитные очки уверенно сидят на его голове. Стильный портфель в руках. Джинсы завораживающе обтягивают красивые стройные ноги. Он словно с обложки сошел…Just like the movie shoot, I’m zooming in on you Словно снимая фильм, я беру тебя крупным планом, Everything extra in the background, just fades into the set И весь задний план просто исчезает As we ride off in the sun. Пока мы растворяемся в закате.
Объектив приближает изображение еще сильнее. Идеальная ушная раковина, безупречная линия подбородка. Тонкие нос и губы, необычайно притягательные и манящие. Такие же тонкие щиколотки, виднеющиеся из-под загнутых низов джинсов. Сильные жилистые, но в то же время изящные и красивые руки. Антон не замечал усталости в руках. Не обращал внимания на то, какими странными взглядами одаривают его прохожие. Ничего вокруг не имело значения, все перестало существовать. Был только он.I know you like it
