Яойные сказки

Жил-был царь Берендей, и было у него три сына. Вообще-то третьего ребенка царь не планировал. У них с женой Тамарой была годовщина свадьбы, и по этому поводу организовали большой праздник. Гости привезли всякие заморские вкусности. После банкета царь так завелся, что неделю не выпускал жену из спальни. После этого царица забеременела в третий раз. Мальчик родился раньше срока и был очень слабеньким. Царь почти сразу махнул на него, а царица Тамара из-за послеродовой депрессии собрала вещички и укатила за бугор. Только птичнице Варваре стало жалко пацаненка. Пару лет назад ее трехлетнего сына украли цыгане. Женщина решила выходить царевича, надеясь, что кто-то так же позаботится о ее сыне. Вопреки всеобщим прогнозам, мальчик хорошо набирал вес и через несколько месяцев уже не уступал в развитии своим ровесникам. Царевича назвали Иваном. В отличие от братьев, Иван больше любил общаться с животными, чем с людьми. Наверное, поэтому его за глаза называли дурачком. Вот только Берендею не было дела до младшего сына. После побега жены единственным утешением остался королевский сад. За несколько лет селективной работы был выведен невероятный сорт перламутровых яблок, который стремились заполучить многие королевства. Но в последнее время кто-то повадился разорять чудесный сад. Царевичи вызвались выследить и поймать вора. Первым заступил на дежурство старший сын. Пару часов он держался, но, не привыкший особо напрягаться, вскоре уснул и проспал до самого утра. Следующей ночью дежурил средний сын. Он продержался не дольше старшего брата и тоже крепко уснул. На третью ночь вызвался Иван. Парень долго держался, периодически умываясь, но в какой-то момент все равно задремал. Внезапно встрепенувшись, Иван увидел, как небо посветлело. Это было странно, ведь до рассвета оставалась пара часов. Раздался шум крыльев, и взору парня предстала птица необыкновенной красоты. Ее оперение было словно объято пламенем. Каждое перышко переливалось всевозможными оттенками от ярко-желтого до насыщенно-красного. Засмотревшись на удивительную птицу, Иван чуть не забыл цель своего ночного дежурства. Шаг за шагом царевич подбирался ближе к разбойнице, все больше сомневаясь в необходимости ее ловить. Подкравшись, Иван набросил сеть. Птица встрепенулась, забила крыльями, лишь сильнее запутываясь в сети. Парень сгреб птицу в охапку, стараясь ничего не повредить. Раздался жалобный крик, от которого сжималось сердце. – Прости… – извинился Иван, распутывая сеть и выпуская птицу. – Лети домой… Жар-птица вспорхнула, сделала небольшой круг, рассматривая странного человека, а затем улетела прочь и скрылась за горизонтом. Единственным доказательством встречи оказалось яркое перо, оставшееся в сети. Утром Иван предоставил перо отцу. Даже превзойдя своих братьев, он так и не дождался похвалы. Зато у царя появилась навязчивая идея заполучить эту птицу. Все братья собрались для дальнего путешествия. Старший и средний сыновья выбрали себе лучших коней и снаряжение, а Ивану досталась старенькая кобыла. Она бы не выдержала долгого путешествия, поэтому Иван решил пойти пешком. Сложив в рюкзак запас еды на несколько дней и попрощавшись с Варварой, царевич отправился в путь. Долго ли, коротко ли шел Иван-царевич и остановился на ночлег в лесу. Проснувшись утром, он не обнаружил рюкзака, но заметил следы волочения. Парень пошел по следу и вскоре вышел на поляну. Там величественно возлежал огромный серый волк, аппетитно дожевывая остатки еды из рюкзака. – Доброе утро, Иван-царевич! – поздоровался волк, не прерывая трапезы. – Ты умеешь говорить? – удивился Иван. – Конечно, умею! Или, по-твоему, я выгляжу как тупое животное? – Откуда ты знаешь мое имя? – Оно было вышито на трусах, – невозмутимо ответил волк. – Кстати, отличные трусы! – Кто тебе разрешал трогать чужие вещи? Верни рюкзак немедленно! – Ладно-ладно, не кипятись. Получив свой рюкзак обратно, Иван провел ревизию содержимого. Внутри оказались лишь туалетные принадлежности, кое-какое снаряжение и смена одежды. Серая тварь сожрала всю еду подчистую. – Ты все съел? – Между прочим, я спас тебя от расстройства желудка, – продолжил волк. – Еда уже начала портиться. – Ну, спасибо! Прям, низкий поклон тебе до земли! – съязвил Иван, сделав соответственный жест рукой. – А ты забавный! – усмехнулся волк. – Так и быть! Я пойду с тобой! Можешь звать меня Серый. Тяжело вздохнув, царевич надел рюкзак и пошел дальше. Волк двинулся следом. С одной стороны Ивану был интересен говорящий зверь, а с другой – пустой желудок своим урчанием возвращал к реальности. Через какое-то время парень набрел на заросли ежевики. На радостях он принялся собирать и есть сладкие ягоды, напрочь забыв о напарнике. Слегка утолив голод, царевич обернулся и увидел волка с фазаном в пасти. Положив добычу перед собой, волк сел и посмотрел на Ивана взглядом «похвали меня». – ... – Да ладно тебе дуться! – усмехнулся волк. – Давай зажарим птицу и подружимся. Ягоды, конечно, были вкусными, но взрослый организм требовал белковой пищи. Иван развел костер и поджарил пойманную дичь. Насытившись мясом, царевич и волк двинулись дальше. – Куда ты вообще идешь? – спросил волк. – Искать жар-птицу. – Зачем она тебе? – Не знаю… – вдруг разоткровенничался Иван-царевич. – Однажды я поймал ее, но пожалел и отпустил. А теперь… Наверное, хочу удостовериться, что с ней все в порядке. – Чудак-человек! – рассмеялся волк. – Но мне нравится твоя честность. Я отведу тебя к жар-птице. – Ты знаешь, где она? – Конечно! Если ищешь редкое животное, то первым делом стоит наведаться к царю Евстахию. У него самая большая коллекция. – И почему же ты не в этой коллекции? – спросил Иван-царевич и, не дождавшись ответа, продолжил: – Слишком много болтал, и тебя выгнали? – Ха-ха, очень смешно! – съехидничал волк. – Вообще-то я сам сбежал. Не люблю, когда мне указывают, как жить. Дальше разговор не клеился, и эти двое молча продолжили свой путь. Через пару дней на горизонте показался дворец Евстахия. Дождавшись ночи, Иван-царевич пробрался к птичнику. Жар-птицу было видно издалека. Но парень не ожидал, что птиц окажется две. Судя по поведению, это была пара. Самка сидела в клетке, а самец – снаружи, не имея возможности прикоснуться к своей даме. Забыв предостережения волка, ничего не трогать, Иван-царевич попытался открыть клетку. Внезапно сработала сигнализация, поднялся переполох, сбежалась охрана. Парня отвели к царю. После некоторых переговоров Евстахий согласился отдать жар-птиц в обмен на златогривого коня, который находился у царя Калистратия. – Разве я не говорил, чтобы ты ничего не трогал? – отчитывал царевича волк. – Говорил… – оправдывался парень. – Но как я мог их разлучить?! Они же семья. – Ты действительно царевич? – А что? Не похож? – Не очень. Слишком мягкосердечный, да и одежонка простовата. – Вот и дома то же самое. Мама пропала, отец не замечает, братья не считают за своего, и только птичница Варвара была добра ко мне. – Расскажи о ней… Всю дорогу до царя Калистратия Иван-царевич рассказывал о своей названной маме. К его удивлению, волк внимательно слушал и не перебивал своими ехидными высказываниями. Добравшись до пункта назначения, история почти повторилась. Парень был настолько очарован удивительным конем, что совсем забыл о наставлениях волка. В попытке умыкнуть заодно сбрую и седло, непутевый царевич снова попался. Взамен на коня Калистратий потребовал прекрасную деву Ясмину. – Тебя жизнь ничему не учит? – обреченно вздохнул волк. – Ну, я думал… – По-моему, ты вообще не думал. – Прости… – извинился царевич. – А ты, случайно, не знаешь, где искать деву Ясмину? – Случайно знаю, – ответил волк. – Надо наведаться к шейху Али-Азизу. Путь предстоял не близкий. Чем дальше они шли, тем больше парень ощущал себя пятым колесом в телеге. Волк знал обо всем, еще и провизию добывал. Царевич тоже хотел быть полезным, но так и не придумал ничего путного. Устроившись на ночлег, Иван-царевич лежал и смотрел на ночное небо. Среди множества звезд ярким пятном выделялась полная луна. Парень размышлял о том, как еще недавно жил себе обычной жизнью, а теперь путешествовал в компании говорящего волка. Постепенно его сморило, и он уснул. С дерева упал листок прямо на лицо царевича, и он вдруг проснулся. Волка рядом не оказалось. Не то, чтобы они клялись в вечной дружбе, но парень уже привык к мохнатому компаньону и разволновался из-за его отсутствия. Иван-царевич решил пройтись к реке. Луна ярко светила, открывая взору прекрасный ночной пейзаж. Выглянув из-за дерева, парень увидел волка, сидевшего на берегу. Со стороны он казался таким одиноким, что царевичу захотелось его погладить. Не успев сделать шаг, парень застыл в изумлении. Вокруг волка вдруг засияли серебристые искорки, а затем случилось невероятное: с тела пропала шерсть, конечности изменились по форме и размеру, а хвост вообще исчез. Волк превратился в человека! Видоизмененный волк неторопливо потянулся, разминая все мышцы, после чего зашел в реку искупаться. От увиденного Иван-царевич разволновался и никак не мог прийти в себя. Конечно, он понимал, что это был не простой волк, но все равно не был готов к таким кардинальным переменам. – И долго ты собираешься подглядывать? – со спины послышался голос волка почти у самого уха царевича. – Я не подглядывал! – испуганно оправдывался парень. Резко развернувшись, царевич уперся руками в мужскую грудь в тщетной попытке отодвинуться. После купания его кожа была мокрой и прохладной на ощупь, но отчетливо ощущалось сердцебиение. Едва взглянув на лицо, Иван от смущения опустил глаза и уставился в ключицу. Оказаться с голым мужчиной в такой ситуации… – Ты хотел убедиться, что со мной все в порядке? – не отступал волк. – Д-да, – царевич ухватился за предложенный вариант. – Тогда тебе следует проверить все тело, вдруг я поранился. – Это… не… – замялся парень, почувствовав странное напряжение в паху, а затем и вовсе убежал к месту ночевки. – Трусишка… – с улыбкой прошептал волк. Царевич лег и закрыл лицо руками. Его щеки налились румянцем, сердце бешено колотилось, а в трусах поднялась серьезная проблема. Физически парень уже давно повзрослел и запросто мог бы разобраться с этим. Но почему из-за мужчины? Мучимый выбором между моралью и удовольствием, Иван почти не сомкнул глаз до утра. – Как спалось? – спросил волк за завтраком. – Вчера… ты… человек? – царевич безуспешно пытался сформулировать вопрос. – Родился я, определенно, человеком. – А как ты стал волком? – Укололся о волшебное веретено, – усмехнулся волк. – Я серьезно… – Если я расскажу, то навсегда останусь зверем. Только пару часов в полнолуние я могу быть собой. – У тебя есть семья? – Как будто я могу показаться в таком виде?! – Передо мной же показался! – Ты особенный. Иван-царевич разрумянился, будто красна девица. Кроме Варвары, никто больше не говорил ему приятных слов. Девушки не обращали на него внимания, а на мужчин он и сам не смотрел. Тем страннее было слышать такое от волка, который не совсем волк. Воспоминания о мокром теле все еще были свежи в памяти, так что парень решил выбросить эти мысли из головы. Через несколько дней они добрались до дворца Али-Азиза. Иван-царевич пробрался в женскую часть дворца. И тут его настиг неловкий момент: комнат оказалось слишком много. Проверять каждую – поднимется переполох. К тому же он не знал, как выглядит Ясмина. Парень решил найти главную женщину в этом гареме, уж она наверняка всех знает. Судя по роскошной двери в конце коридора, именно там она могла находиться. За дверью оказались поистине царские апартаменты. Иван подошел к огромной кровати с балдахином. Отодвинув занавеску, он увидел женщину, которую уже давно знал по портретам, висевшим во дворце Берендея. – Мама? – Ты кто такой? – всполошилась спросонья Тамара. – Охрана! – Мама, это я, Иван, твой младший сын, твой и царя Берендея. – Берендея? – переспросила Тамара, смягчившись в лице. – Как он там? Сбежалась охрана. Шейх Али-Азиз не горел желанием отдавать первому встречному деву Ясмину, но, оценив все риски, согласился только при условии, что Иван заберет еще и Тамару. Эта женщина выела ему весь мозг чайной ложкой. Бедный шейх из-за Тамары впал в депрессию и почти потерял мужскую силу. Поэтому он не мог упустить шанс избавиться от этой проблемы, и в придачу подарил экипаж, чтобы они все убрались куда подальше. С транспортом путешествовать было куда проще. Царевич хотел рассказать волку о своей маме, но тот держался в стороне, лишь изредка показываясь из-за деревьев. Иван с Ясминой быстро подружились. Она была красивой, доброй и милой. И, когда на горизонте появился дворец Калистратия, парень не захотел отдавать девушку взамен коня. Под предлогом сбора хвороста царевич пошел в лес, чтобы встретиться с волком. – О чем пригорюнился, Иван-царевич? – спросил волк, бросив к ногам парня свежепойманного зайца. – Даже не знаю, как сказать, – ответил Иван, еле сдерживаясь, чтобы не обнять зверя. – Я забрал Ясмину. Она такая хорошая. Но теперь я должен отдать ее Калистратию. – И всего-то?! – усмехнулся волк. – Просто обменяй меня. – В смысле? Оставив вопрос без ответа, волк вдруг засверкал серебристыми искорками, как тогда на берегу, и через несколько секунд превратился в деву Ясмину. – Ну, как я тебе? – только голос выдавал в нем волка. – Ты и так умеешь? – царевич не мог поверить своим глазам. – Да, но это тяжело, так что тебе лучше поторопиться с обменом. – А как ты вернешься? На это волк лишь рассмеялся и потрепал царевича по волосам. У парня возникло странное теплое ощущение в животе, которое он так и не смог объяснить. Парочка направилась на сделку. Калистратий был в восторге от Ясмины, а волк мастерски изображал скромную и молчаливую деву. Иван заполучил прекрасного коня и даже сбрую, но уходил с тяжелым сердцем, оставляя товарища. Утром экипаж отправился дальше, а царевич все высматривал серого друга среди деревьев. Прошло несколько часов, пока волк не нагнал путешественников. Иван ликовал от счастья, что товарищ все-таки умудрился сбежать. Следующим пунктом был дворец Евстахия. – Хочешь оставить коня себе? – поинтересовался волк. – А можно? – Вполне. Вокруг волка снова засияли серебристые искорки, и на его месте появился точь-в-точь златогривый конь. Иван отвел коня царю Евстахию и получил за него жар-птиц. Самец жалобно закричал, будто умолял о свободе. Царевич сперва порывался их отпустить, но осознал, что этим проблему не решить. Их бы снова поймали и посадили в клетку. Парень долго разговаривал с птицами, убеждая их немного потерпеть, и тогда он даст им дом и свободу. К его удивлению, птицы будто поняли смысл его слов, хотя и продолжали вести себя настороженно. Путешествие подходило к концу. Оставалась последняя ночевка перед возвращением домой. Царевич пошел в лес увидеться с волком. – Чего ты опять смурной? – Не знаю… – грустно ответил царевич. – Ты нашел маму, выручил девушку, завел себе пару диковинных животных. Все у тебя наладится. – А у тебя? – Я зверь, и мое место в лесу. Царевич протянул руку, чтобы погладить волка, но тот отодвинулся, избежав прикосновения. «Прощай, Иван-царевич», – произнес волк, а затем скрылся в лесу. Возвращение домой стало сюрпризом для всех. Берендей, едва заметив жену, тут же бросился к ней и сжал ее в объятьях. На радостях царь устроил праздник, признав, наконец, Ивана своим сыном. Но ему это уже было не нужно. Он лишь попросил часть земель, чтобы устроить там жар-птичий заповедник. Жизнь потихоньку наладилась. Жар-птицы обрели долгожданную свободу, и, похоже, занялись обустройством гнезда. Берендей с Тамарой устроили себе новый медовый месяц. Братья тоже вернулись, правда, без особых результатов: старший потратил все на вечеринки и девиц, а средний проигрался на скачках. Конечно, братьев не обрадовали успехи младшего. Так что средний забрал себе коня, а старший всерьез занялся охмурением Ясмины. Впрочем, дева тоже оказалась с характером. Осознав, что с Иваном ей не скоро светит трон, она переключилась на старшего. И только Иван ходил невеселый. Он никак не мог забыть мохнатого товарища. Собрав кое-какие вещи и запас еды, царевич снова отправился в путь. Несколько дней он бродил по лесу, но все оказалось безрезультатно. Остатки еды испортились, а до ближайшей деревни было далеко идти. Дошло до того, что парень уже начал засматриваться на мухоморы. Проснувшись утром, царевич нашел рядом с собой тушку недавно убитого зайца. Он развел костер, но с голодухи начал жадно есть едва поджаренное мясо. – Жуй тщательней, – послышался знакомый голос. – Я нашел тебя… – чуть не плакал от счастья царевич. – Вообще-то, это я тебя нашел. Почему ты такой неприспособленный? – Прости… – И зачем ты меня искал? Опять твоему отцу понадобилась диковинка? – Нет. Я пришел за тобой, – ответил Иван и слегка покраснел. Вслух это прозвучало очень смущающе. – Что ты сказал? – голос волка резко стал серьезным. – Я знаю, ты не любишь, когда тебе указывают, что делать, – бормотал царевич. – И я не могу утащить тебя силой. Но все же, если ты не против, ты мог бы жить в моем доме. Я не буду сажать тебя в клетку, и ты всегда можешь уйти. Просто у тебя будет место, куда можно вернуться… – А как же Ясмина? Вы вроде неплохо ладили? – Она предпочла старшего брата. Да и мое сердце занято другим… – парень покраснел аж до кончиков ушей. – Я зверь… – Я знаю… Но ничего не могу с собой поделать… Иван-царевич подошел к волку, опустился на колени и обнял зверя за шею. В этот раз волк не отстранялся, а спокойно сидел, принимая ласки человека. Парень гладил мохнатого друга, словно пытался наверстать все дни разлуки. Обняв ладонями морду, царевич посмотрел волку в глаза. – Пускай даже пару часов в месяц… – Иван потянулся и поцеловал зверя в макушку. Вокруг волка вдруг заблестели знакомые серебристые искорки. От неожиданности царевич отшатнулся и упал на спину. Он уже видел превращение, но в этот раз все происходило при дневном свете и слишком близко. Сердце бешено заколотилось. – Ты, действительно, невероятный, – мужчина навис над царевичем. – Почему… ты… – Иван совсем опешил от неожиданности. – Это все твоя заслуга. – Как это? – Ты сказок не читал, что ли? Любое проклятие может снять лишь поцелуй настоящей любви. – Но я же мужчина! – оправдывался парень. – Думаешь, меня это остановит? Усмехнувшись, мужчина наклонился и поцеловал царевича в губы. Нецелованный ранее Иван даже забыл, как дышать. Слегка отстранившись, партнер дал царевичу возможность сделать вдох, а затем языком стал проводить между губ парня, вынуждая его открыть рот. Глубокий поцелуй совсем затуманил невинный разум. Волк скользнул рукой по телу своего спасителя и нежно погладил его член через ткань штанов. Выгнувшись, царевич задрожал и вскоре обмяк. – А ты быстрый! – … – Иван не знал, куда деться от стыда. – Ничего, дома потренируем твою выносливость, – мужчина нежно чмокнул парня в губы. – Кстати, у тебя есть запасная одежда? – Зачем? – спросил Иван, приходя в себя после случившегося. – Мама, конечно, будет рада меня видеть даже голым, но остальные люди не поймут. – А кто твоя мама? – Варвара. – Так ты и есть ее сын Сережа? – Иван снова разволновался. – Да. Приятно, наконец, нормально познакомиться, – улыбнулся Сергей. – А как же… волк… проклятие? – не унимался царевич. – Дома расскажу. Пока Иван пытался сложить в голове всю картину, Сергей сам вытащил из рюкзака сменную одежду. Она оказалась немного тесновата, но выбора не было. Затем он по-хозяйски взял за руку все еще недоумевающего царевича и повел его домой. Варвара не могла сдержать слез от встречи с сыном. Она все эти годы не переставала верить, что он жив. Сперва порывалась пойти на его поиски, даже собрала денег на выкуп, а потом родился Иван, о котором никто не хотел заботиться. Так и осталась дома в надежде, что сын однажды вернется. Сергей рассказал, как его украли цыгане. Они пытались научить его воровать. Но, даже будучи мелким пацаном, он делал только то, что сам хотел. Ни побои, ни угрозы жизни матери не повлияли. Тогда на него наложили проклятие, и он стал зверем. А для усиления пытки каждое полнолуние на пару часов он мог вернуться в человеческий облик. Для снятия проклятия парень должен был примкнуть к цыганам либо встретить того, кто полюбит его в облике зверя. Волком он часто прибегал к дому Варвары, но там уже жил другой мальчик. – Прости меня, – стал извиняться Иван, когда они с Сергеем остались наедине. – Ты ни в чем не виноват, – Сергей сел рядом и обнял царевича за плечи. – Тебе нужна была мама, а моей маме – нормальный сын. – Но ты же столько лет был один. Тебе разве не хотелось прийти и все рассказать? – И как бы это выглядело? Прибегает волк и говорит человеческим голосом: «Здравствуй, мама. Я твой настоящий сын, только немножко проклятый цыганами»? К тому же мама выглядела счастливой. Я не хотел ее расстраивать и просто стал наблюдать за тобой. Но даже подумать не мог, что именно ты меня спасешь. – А ничего, что я мужчина? – засмущался Иван. – Мне все равно. Так что даже не вздумай сбежать от меня. – Я не сбегу… Иван прильнул к любимому. Сергей провел ладонью по щеке царевича, приподнял его подбородок, поцеловал в губы, а затем и вовсе повалил парня на кровать, покрывая лицо поцелуями. – У меня это в первый раз, – тяжело дыша, прошептал Иван. – У меня тоже. – А что надо делать? – По ходу дела разберемся, – усмехнулся Сергей и стащил с царевича всю одежду. А дальше наших влюбленных ждала долгая жизнь, полная счастливых дней и страстных ночей. Конец. P.S. Заполучив красавицу Ясмину, Калистратий был на седьмом небе от счастья. Пока Иван-царевич был в пути, царь сделал все приготовления к свадьбе. Деву одели в свадебное платье и тут же подвели к алтарю. Как только священник спросил невесту о согласии, она вдруг ответила мужским голосом: «Что-то не хочется», обратилась волком и убежала в лес. Жених моментально поседел, удалился в свои покои, и больше о нем никто ничего не слышал.