Fear. Pain. Cold.

Веки медленно поползли в стороны. В глаза ударил болезненно зеленый грязный свет, который прошел даже сквозь челку. Джерард вынуждено зажмурился и голова пошла кругом. Открыв глаза, парень увидел картину не лучше предыдущих. Временно двоящийся бетонный потолок с сетью трещин, сколов, через которые видно арматуру. В одном углу болтаются черными уродливыми червями провода. В противоположном конце комнаты под потолком проходила труба. Ржавая и на вид настолько хлипкая, словно еще пара мгновений и ее прорвет. А из трубы медленно капала вода. Капля за каплей, они ударялись о плиточный пол, а звук разлетался эхом по комнате. От каждой. Чуть дальше от места падения был слив, ржавая решетка. А в углах у этой же стены были прогрызаны дырки, из которых доносился писк крыс. Повернув голову в другую сторону, Джерард увидел лишь стену с дверью. Она была стальной, обитой железными заклепками, ржавой и на вид прочной и мощной. Тихо простонав, парень осторожно перевел взгляд на потолок. Мозг выдал лишь одну мысль: Джерард умер, и его душа попала в некий мир для тех, кому не нашлось места ни в раю, ни в аду. Помимо пистолета в голове всплыл момент, когда он увидел свое сердце. Сейчас это не пугало. Не так сильно. Правая рука невольно потянулась к месту пореза, но вместо этого мягкие подушечки пальцев нащупали грубый шрам. Спустя мгновение Джерард почувствовал легкое покалывание и решил посмотреть. Приподняв голову, парень внимательно прощупал взглядом зеленых глаз шрам. Он был совсем свежим, кровь грубой корочкой покрывала порез. Сшито все было грубыми нитями неизвестного происхождения. Но Джерарда напугало не это, другое. Его кожа... она было металлического черного цвета. Он весь был чернее ночи. От пяток до кончиков пальцев на руках. Это послужило новой волной страха. Парень ногтями пытался соскоблить этот налет со своей кожи, но ничего. Его кожа будто пропиталась этой краской. Он снова откинул голову, приводя дыхание в норму. Но тишину нарушил писк почти около уха. Джерард резко дернулся и сел, от чего закружилась голова. А крыса с писком убежала в одну из этих нор, оставляя после себя эхо шороха. Аккуратно поднявшись на ноги и опираясь о стену, Джерард дошел до двери и дернул ручку. Скрип и больше ничего. Заперто... но парень не понимал этого. Он лишь дернул еще раз. Опять ноль реакции. Мозг скомандовал выбраться и убежать из этого помещения любой ценой. Главное - сбежать из лап ужаса и кошмара в лице этих нескольких комнат. Паника накрыла своим колючим пледом, заставив дрожать и пытаться выйти. Джерард долбил дверь, пытался отдернуть ее, открыть, царапая пальцы и ломая ногти. Вскоре сырость и холод помещения дали о себе знать, как и последствия проделанного - парень согнулся пополам от удушающего кашля, а после повалился на пол, разодрав коленки. От безысходности парень взвыл, а из глаз потекли горячие слезы. Ужасно больно, ужасно страшно. В норах раздавался писк. Обладатели маленьких черных глаз смотрели на Джерарда, выжидая, когда он уснет, а они смогут полакомиться его телом. Но Джерард не хотел сдаваться. Вытирая слезы, он случайно задел висок. На месте выстрела не осталось практически ничего, лишь небольшая ямочка. Могу не дали начать работать, оглушив тупым ударом. Нет, не физический. Дверь по ту сторону кто-то открыл. Было слышно четко, как отпирается один засов. Не долго думая, Джерард отполз к стене, вжимаясь в нее. Надеялся исчезнуть и испариться. Он продолжал сидеть напротив двери. Не слышал свое сердце, но при этом боялся безумно. Страх невидимым дымом проник внутрь парня, заполняя каждый орган, пространство, где должно быть сердце, рот. На вкус горький и противный, что хочется давиться слезами. Даже крысы стихли в ожидании того, что будет, когда откроется дверь. Со скрипом металлическая ржавая пластина открывается, показывая парню лишь темноту. Как будто за пределами комнаты улица во время глубокой ночи. Посреди проема стоял силуэт. Джерард представил несколько сотен самых ужасных кошмаров, а во время открытия двери успел умереть в ужасе сотню раз. Силуэт смотрел прямо на него, а парень смотрел туда, где должны быть глаза. Мертвая тишина. Неподвижность. Страх. Все это длилось с минуту, но казалось, что прошла вечность. Дыхание у Джерарда прекратилось, а сам он с ужасом смотрел прямо на силуэт. Дальше фигура делает шаг, потом еще один. Остановка. Страх улетучился мгновенно. На смену ему пришла боль и сочувствие. И снова он ничего не понимал. Перед ним стоял он... не изуродованный, лишенный красок. Ничего этого не было. Он, естественный, натуральный. Почти такой же, каким он сам был раньше. Только волосы... они были ярко-красные, огненные. Взгляд говорил о том, что он нуждается в помощи, а мокрые дорожки на щеках было видно даже на расстоянии пяти шагов. Такой же совершенно ногой, замерзший, хрупкий, он стоял и смотрел Джерарду в глаза. Губы дрожали, будто предупреждая о истерике. Все тело в ссадинах и кровавых пятнах, а на груди шрам. Двойник держал у открытой раны руку, по которой стекала кровь, как и по ребрам, добираясь до бедер, и падая на холодный пол. Джерард внимательно смотрел на свое отражение, а после потянулся к нему. Аккуратно, только на пару сантиметров. Измученное тело стояло и смотрело на Джерарда. А он не понимал. Он не знал, что сказать. Боялся нарушить этот хрупкий момент. В руке у двойника точно так же слегка билось сердце. Такое же землисто-красное, пульсирующее, слегка истекающее кровью. Он видел себя до выстрела. Почти себя... Двойник аккуратно приоткрыл рот и хриплым шепотом произнес "Remember me". В глазах что-то начало тухнуть. Какой-то огонек. В следующее мгновение отражение делает последний шаг и падает на холодный кафель, выронив сердце. Орган со шлепком лопается, замарав теплой кровью лицо, плечи и колени парня. В глазах парня застыл ужас, страх, беспокойство, боль и сочувствие. Внутри закололо. Джерард больше не медлил ни секунды - он сразу подполз к силуэту и начал бегать глазами по телу. Он не знал, что делать. Вообще. Через несколько секунд он все же перевернул ослабшее подрагивающее тело на спину. Зеленые глаза встретились с глазами Джерарда. Такие же. В точности. Копия улыбнулась, так болезненно. Снова укол внутри. Дрожащие губы снова произнесли "Remember me..." а взгляд постепенно становился пустым. Джерард непроизвольно заплакал. Ему было больно, будто он потерял самое родное и любимое в жизни. Горячие слезы катились по щекам и падали на грудь клона, смешиваясь с кровью. Парень аккуратно сжал обмякшую руку, а свободной закрыл глаза. Он продолжал сидеть рядом с телом, так же держал руку, так же катились слезы, а вторая рука гладила по голове. Может он просидел час, может два, а может и сутки - без разницы. Он все еще сидел рядом со своим отражением. В голове было пусто. Ничего. Абсолютно. Писк в дальнем углу комнаты вернул Джерарда к реальности. Крысы рано или поздно получат свое, а дверь может захлопнуться. Вытерев последнюю слезу и отпустив руку, Джерард аккуратно наклонился к лицу. - I should go, - со скорбью и печалью тихо говорит парень, проведя по волосам двойника. Слегка касается своими губами губ двойника и снова смотрит в лицо - I'm sorry... I will remember. С огромной болью внутри поднимается и направляется к выходу. Позади раздаются писк и шуршание. Все внутри сжимается и рвется на куски. Больно, безумно. Тихо взвыв, Джерард делает шаг, за тем еще один. Глаза до сих пор на мокром месте. С каждым шагом черный налет пеплом слетает с кожи, рана затягивается, а внутри чувствуется пульс. С каждым шагом свет все ближе. Последний шаг - вступление в новый, измененный мир, чтобы дарить надежду.