Достучаться до тебя

Уже стемнело. Освещение в школе выключила уборщица. И зачем он так долго засиживается на работе? Ведь мог уйти сразу после ухода Саши. Нет. Остался до последнего, несмотря на то, что рабочий день давно закончился. Быстрые шаги эхом разносятся по пустому коридору. Почти все учителя разошлись. Остались лишь завуч и охранник Толя, решавший кроссворд. -Пока, Дим! – громко воскликнул охранник, увидев, как мужчина с тёмными волосами подходит к двери, ведущей к выходу из школы, и рукой коснулся своих седых усов. -Анатолий, ты домой-то собираешься? – усмехнулся психолог, притормозив около седого мужчины, дружески пожав ему руку. Толька был хорошим мужиком, правда, со специфическим чувством юмора, но с Димой быстро нашёл общий язык. -Ну как сказать, - он отложил кроссворд в сторону, почесав затылок. – С ведьмой со своей поругался, и спиногрызы от меня какую-то куклу требуют, - мужчина в возрасте покрутил остро заточенный карандаш в руках. -Так принеси своей ведьме жертвоприношение и живи спокойно, - на слове «ведьме» он пальцами показал кавычки, усмехнувшись. – Может быть, какие-нибудь магазины ещё открыты, - Дмитрий улыбнулся и, похлопав охранника по плечу, сказал. – Ну, я пойду. -Сегодня без машины? – седовласый мужчина вопросительно вскинул бровь. -Как видишь, - пожал плечами психолог и, поправив воротник пальто, произнёс. – До завтра, - охранник кивнул и снова принялся за кроссворд. Двери школы податливо распахнулись, и мужчина покинул здание, спрыгнув со школьного крыльца чуть не упав, поскользнувшись на корке льда. Н-да. Погода не радует. То снег, то дождь, теперь ещё и лёд. Уже стемнело порядком, и город освещён фонарями, от которых падает тусклый свет. И то хорошо. Мужчина хотя бы видит куда идёт. Вот уже и виднеется остановка. Странный он. Машина есть, но порой ездит на автобусах да маршрутках, только ради интереса. Хобби у психолога такое. В свободное от работы время по городу на общественном транспорте кататься и за людьми наблюдать. За пассажирами, за людьми на улице. Просто смотреть. Изучать. Люди ведь сами по себе очень интересные, каждый по-своему уникален, только не все это понимают и многие с возрастом подстраиваются под окружающих, перенимая привычки других, слишком часто надевая маски. Становятся «как все», растворяясь в толпе. Это даже обидно. Разве терять свою суть не обидно? Утрачивать частичку себя. Дмитрий продрог, стоя на остановке. Всё ждёт свою «15», а её нет. Может это судьба так намекает, мол, иди пешочком, дружок, прогуляйся, сегодня обойдёшься без развлечений. В конце концов, мужчина плюнул на всё это дело, простояв на остановке пятнадцать минут, так и не дождавшись своей маршрутки. Может оно и к лучшему. Хотя бы есть стимул побыстрее оказаться дома, ведь на улице холодно, да и ветер сильный в спину дует, будто подгоняя. А он медлит. Из головы Димы так и не выходит образ худой девчонки, рисующий своего Пучеглаза. Психолог улыбается краешком губ, вспоминая то умиротворённое лицо, ясный взгляд серо-голубых глаз. Такой проникновенный и, несмотря на грусть, очень умный. «Хм. Пучеглаз. Надо ведь было такое придумать…» И почему-то те прикосновения вспоминает, от чего по позвоночнику мурашки проходят. Пытается отогнать от себя мысли о её руках холодных, и прикосновений таких отрезвляющих, которые пеленой сознание затягивают. Не получается. Образ школьницы крепко застрял в голове и дикое, невыносимое желание помочь. Знает ведь, что обязательно докопается до сути, может не сегодня, не завтра, даже не через месяц, но её проблему он решит. Вдохнёт в Сашу надежду. По крайней мере, он очень хотел это сделать. Ведь гнетущее чувство одиночества не самое лучшее для молодой девушки, у которой ещё вся жизнь впереди. Не хотелось бы начинать её с минорной ноты. И как давно он о ней думает? Так, надо отвлечься от мыслей о подростке. Психолог поднимает воротник пальто, потому что холодный ветер морозит уши, и жалеет сейчас о том, что забыл дома шарф. Нос красный, как у любимца детей, вымышленного персонажа Деда Мороза. Хоть утренники иди проводи. А что? Это идея! Психологам в школах нынче мало платят и если бы не дополнительная работа, он бы просто не прожил на такую зарплату. Под ногами хрустит лёд, и только думаешь, чтобы не упасть, удерживая равновесие. В глаза бросается вывеска небольшой шоколадницы под названием «Сладкоежка», украшенная гирляндами, ярко светящимися в темноте, таким образом, привлекая к себе внимание. «Хм, а может зайти?» - эхом проносится в голове. Как там говорилось: надо использовать любую возможность для реализации своих желаний и мечтаний. – «Тогда почему бы и нет?» - пожимает плечами и выходит из помещения через несколько минут с небольшой коробочкой, в которой лежат печеньки. – «Будет обидно, если я упаду…» - и тут же поскальзывается на льду энный по счёту раз, показывая чудеса пластики и грации, таки избегает соприкосновения со льдом. - «Фух, ещё бы чуть-чуть и хана моим печенькам…» Топает счастливый домой и мужчине уже плевать на холод, на лёд, на морозный ветер, проникающий под пальто. Плевать. А дома тепло. Понимает это, заходя в квартиру. Огромная двадцатисантиметровая улитка, живущая в аквариуме, будто почувствовав присутствие хозяина квартиры, зашевелилась. Так медленно поворачивая студенистое тельце, высунувшись из большой раковины. Появление этой улитки в его доме было вообще отдельной историей. Долгой, отдельной, но забавной историей. Питомец пошевелил рожками и медленно начал ползти к крышке аквариума, чтобы повиснуть там вниз головой. Психолог давно заметил, что когда улитка забиралась в такое положение, обычно засыпала. Диму всегда веселило это странное создание, и он часто ловил себя на мысли, что у кого-то дома живут кошки, у кого-то собаки, а у него даже не попугай, а гигантская сухопутная улитка ахатина, которую он назвал Марти. Ибо пол улитки неизвестен, то домашний питомец был просто Марти. И попал такой обитатель к нему случайно. Прямо экзотика. Чайник вскипел, тарахтя словно заведённый. Мужчина достал из сумки большую папку, и, открыв её на первой странице, вынул рисунок Саши. Тот самый. До сих пор не понимает, под каким порывом действовал, но рисунок всё-таки прихватил с собой. Улыбается краешком губ, вглядываясь в него, чувствуя под пальцами приятную на ощупь бумагу. -Я тебе помогу. Ты обязательно откроешься, - шепчет одними губами, словно завороженный уставившись на работу, нарисованную шестнадцатилетней девочкой. *** Саша тем временем тихо подкралась в свою комнату. Пронесло, мамы дома нет, и она может побыть наедине с собой. Ну, или не совсем… Включает компьютер и ждёт загрузки, покачиваясь на стуле, на спинке которого висит школьная одежда. Наконец, он заработал, и девочка щёлкнула на браузер, дожидаясь загрузки её страницы в соцсети. Удивлённо хлопает глазами, увидев несколько новых сообщений и оповещение «Юля Капустина хочет добавить вас в друзья».