Достучаться до тебя

Саша и не знала, что у него есть машина, ведь мужчина, сколько она его видела, всегда ходил пешком. Автомобиль хоть и обычный, не большой, а средненьких габаритов, но уютный, кресла мягкие и багажник большой. Саша ожидала от него всего чего угодно, но только не того, что молодой человек повезёт её в магазин с игрушками. Ага, с игрушками. Прекрасно. -Дмитрий Владимирович, а зачем мы сюда приехали? – спросила девочка, ничего не понимая. В магазине было много полок с игрушками: всевозможные куклы, машинки, конструкторы. -У моей племянницы скоро тоже День Рождения. Надо купить какую-нибудь игрушку, а я совершенно в них не разбираюсь, – сказал человек, у которого целая коробка с этими игрушками в кабинете стоит. Психолог, внимательно прохаживаясь около рядов, избегал надоедливых консультанток, которые за последние несколько минут уже как два раза пытались впихнуть им с Сашей какого-то пупса. -Но у вас же этих игрушек целая коробка в кабинете стоит… Кстати, зачем вам все эти игрушки? -Просто когда ко мне приходят дети из начальных классов, они не всегда могут рассказать, что их беспокоит. Поэтому выясняется всё это в форме игры. Но я всё равно в них не разбираюсь. -Может куклу? – касается упаковки светловолосой куклы, одетой в синее платье. – Маленькие девочки ведь любят куклы. А сколько ей лет? – интересуется Саша и пальцем указывает на пупса, у которого на упаковке написано «Марина». -Нет, только не эту, какая-то она страшная, эта Марина, - психолог видит, что Саша не достаёт до верхней полки, где стояла кукла, оно и понятно, девочка то ему еле до плеча достаёт, и аккуратно подхватывает подростка, чуть приподнимая над полом, понимая, Саша не успокоится, пока сама не поставит куклу, которую умудрилась достать. И столь же бережно опускает её на пол. -Ей два годика, - отвечает спокойно, но улыбка с тонких губ не сползает. Видимо, любит детей. – Такой замечательный ребёнок, - снова глазами ищет достойный подарок. -И в чём проявляется замечательность? – поинтересовалась Саша, только когда перестала краснеть, однако вопрос задала громко, ведь в магазин пришли ещё дети, шумевшие сильно. -Она спокойная, - поясняет мужчина, подходя к полке с детскими книжками. – Прямо как ты, - а вот сейчас Саша не поняла, он просто сравнил её с маленьким ребёнком или как бы намекнул на её замечательность. Чёрт. Может, конечно, в этой фразе и нет ничего такого, но Сашка, будто специально ищет скрытый подтекст. Кажется, пора лечиться. -Тогда книгу, – девочка разглядывает книжку «Теремок» с встроенной аудиозаписью, чтобы малыш смог не только прочитать книжку, но ещё и послушать её. -Хорошая идея, но только не «Теремок». Это какая-то неправильная сказка. -Почему? – наивно спрашивает Саша. – Это ведь хорошая сказка, что в ней неправильного? -Давай рассуждать логически, - начал Дмитрий Владимирович издалека, тепло улыбнувшись. – Сначала мышка нашла теремок и поселилась там жить, заметь, без прописки, не платя за газ, воду и электричество, - Саше от таких рассуждений стало смешно, и она еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться. – А потом пришли ещё какие-то лисы и медведи, вообще не прописанные в этой жилплощади… -Но ведь она на то и сказка, - тихо смеётся, а мужчина, услышав хихиканье за спиной, усмехается. Голос у молодой девушки звонкий, такой ребяческий. -Допустим, - согласно кивает, от чего тёмные волосы немного взлохмачиваются. – Но эту книгу я брать не буду. -Тогда эту, - и протягивает ему книгу под названием «Кошка Мурлыка». – У меня была такая в детстве, - робко улыбается, вспоминая, что во время последней уборки, мама сказала ей разобрать книжный шкаф и, давно потерянная книга была найдена. -Хорошо, давай возьмём эту, - завидев одобрительную улыбку на девичьих губах, ощутил, как бешено колотится сердце, невольно вспомнил тот случай на улице. «Чёрт. Она же ещё маленькая. Так, Дима, держи себя в руках…» - в очереди с книжкой он стоял примерно с такими мыслями, а Сашка с волнением смотрела на его бледное лицо. В голове невольно проскальзывают слова «педофил», «извращенец», «мудак»… В машине было так же холодно, как и на улице, по которой они быстрыми шагами только что прошлись. Дима забросил покупку в багажник. Снова вернулся к Саше, которая сидела на переднем сидении, проверив пристёгнута ли она. И только убедившись, что всё в порядке, сам сел за руль. Машина глухо зарычала, сообщая своему владельцу, что завелась. А девочка трясётся от холода, клацкая зубами. Мужчина, увидев это, включил печку, взяв подростка за руки и притянув к печке поближе. -Так быстрее согреешься, - дружелюбно улыбается, а Саша, в который раз ловит себя на мысли, что его улыбка ей всех других дороже. Заботливый такой. – Радио включить? – вопросительно смотрит на замёрзшего ребёнка. -Ага, - согласно кивает, чувствуя, как к заледеневшим пальцам начинает подступать тепло. Приятное такое. По радио крутили какой-то инди-рок, расслабляющий, лёгкий. Машина тронулась, и девочка повернула голову, прислонившись к окну автомобиля, наблюдая вид вечернего города. Красота. Да ещё и музыка приятная играет, компания в виде Дмитрия Владимировича её тоже вполне устраивала. Наверное, сейчас она может ответить на вопрос «А что же такое счастье?». Для неё теперь счастье – находиться с человеком, которому она верит, с которым ей уютно. -Чёрт, - выругался мужчина, тяжело вздохнув. -Что такое? – взволнованно поинтересовалась Сашка. Голос психолога быстро вытянул её из собственных мыслей. -Пробка, - пояснил Дмитрий Владимирович. – Мы так ещё минут двадцать стоять будем, - и тут из багажника что-то затарахтело… Мужчина и девочка повернулись одновременно, сделав радио тише, и внимательно вслушались в настойчивое бормотание, доносившиеся из багажника. -Саш, ты книгу на дно пакета положила? – поинтересовался Дмитрий, еле сдерживая смех. -Похоже на то, - пожала плечами девчонка, смотря на то, как молодой человек хохочет, истерически всхлипывая, слушая аудио вариант «Кошки Мурлыки». Саша тоже начала смеяться. А вот через двадцать минут прослушивания детской сказки Дмитрию Владимировичу было не смешно. Совсем не смешно. -Да заткнись ты уже, - шипел он на книгу, стиснув зубы покрепче, длинными пальцами с силой впиваясь в руль автомобиля. И ловит себя на мысли, что готов сейчас наорать на книгу, с которой разговаривал. А Сашка хохотала, просто молодой человек так забавно злился и жестикулировал, что на смех невольно распирало. Под конец пути батарейки сели и из багажника доносились странные подвывающие звуки, чем-то похожие на кряхтение уточки. – Зашибись ребёнку подарок купил, - сдавленно засмеялся мужчина, остановившись около дома Саши. -Теперь ещё и батарейки нужны, - пробормотала девочка, пристально смотря на него, вглядываясь в каждую черту такого знакомого лица, ставшим почти родным. -Зато мы знаем, что расстояние от «Аиста» до твоего дома равно пятнадцати сказкам о кошке, - Саша чуть улыбнулась от его слов, но взгляд не отвела. Так и смотрят друг на друга. Смотрят непростительно долго, ничего не говоря, и, кажется, никто из них не хочет отступать. А у него всё внутри переворачивается, от того что слышит её дыхание, от того что она такая близкая, казалось бы только рукой дотянись и достанешь, но попробуй сделать что-то подобное, как девочка сразу же отдаляется. Как только копнёшь слишком далеко. Дмитрий отключил печку и радио, без которого в салоне стало слишком тихо и движимый каким-то непонятным порывом, поддаётся чуть вперёд, внимательно наблюдая за реакцией девочки. Не понимает что делает. Здравый смысл будто затянуло пеленой, а девочка, такая дорогая ему маленькая девочка, спокойно сидит в пятидесяти сантиметрах от него, даже не предпринимая попыток убежать. Ведь Саша чаще всего уходила от проблем в прямом смысле этого слова. Просто сбегала. Борется. Каждый день с самим собой борется, понимая, это ненормально, любить шестнадцатилетнюю девочку. Именно любить. Потому что это чувство, настолько светлое, пронизывающие всё твоё существо насквозь, ни с чем другим не перепутаешь. И каждый раз запрещать себе прикасаться к этому маленькому, такому нужному в его жизни человечку, чтобы не навредить. Потому что роман со школьным психологом вряд ли обернётся чем-то хорошим. Приближается ещё ближе, постепенно сокращая расстояние между их лицами, потому что понимает, сделает что-то не так, она убежит. Медлит. Ждёт. -Помнишь, ты говорила, что боишься ошибиться? – голос дрожит, а смущенная Саша только и делает, что кивает. – Сейчас я этого боюсь больше всего, - хрипло шепчет в самые губы, легонько, самыми кончиками пальцев дотрагиваясь до небольшого шрама на лбу. Сумасшедший. Понимает ведь, что так нельзя. Все эти чувства, что он к девчонке испытывает они… они… всё это так не правильно. Но сейчас им движет не разум, и он даже не до конца понимает что делает. Хочет пересечь черту тех отношений, связывающих их всё это время, и тех, что появились, таких неправильных, но нужных ему. Мужчина осторожно касается своими губами подрагивающих губ Саши. И у девочки сердце в пятки уходит от его прикосновений, дрожь по телу от волнения, которое никак унять не может. Слышит тяжёлое мужское дыхание совсем рядом. Всё так по-новому. Просто Саша раньше ничего подобного не испытывала. И страх, и волнение, и неописуемая, такая запретная тяга к взрослому мужчине. Но она не хочет убегать. Больше всего боится, что всё это обман, что с ней поиграются и бросят как обычно. Потому что она испытывает к этому человеку нежные чувства. Он проводит кончиком языка между приоткрытых пухлых губ, в острые от худобы девичьи плечи впивается пальцами, которые чувствует даже через куртку. Настолько худая. Сильнее притягивает молодую девушку к себе, чуть ли не перебрасывая худое тело на своё сидение, углубив поцелуй. А Саша не сопротивляется почти, лишь неумело пытается ему ответить. Он у неё первый. Никогда бы раньше не подумала, что впервые поцелуется с мужчиной, который по совместительству является школьным психологом, никогда бы не подумала, что сможет довериться хоть кому-то, а тут такое… Когда каждое прикосновение – маленькой смертью действительности в её сознании. И плевать на всё. На то, что люди, в поздний час проходившие мимо, видели их через стекло автомобиля, плевать на возраст, на ту неопределённость, пугающую сильно, когда не знаешь, что будет завтра, и будет ли вообще завтра для них двоих. Именно для них. Мужчина отрывается от бледно-розовых губ только тогда, когда Саша тихо постанывает ему в губы. Хотя это больше заводит, чем является поводом её отпустить. Выпускает подростка из объятий и переводит дыхание. А она сидит сейчас вся красная, как рак, глаза руками закрывая. -Я… мне… - бормочет что-то несуразное ничего толком не сказав, выпрыгивает из машины, скрывшись за углом дома, кажется, совсем забыв про рюкзак с учебниками, оставленный на заднем сидении автомобиля. Снова ускользает худым силуэтом, словно тень этого города, растворяясь в вечерней тьме. -Какой же я мудак, - прошипел психолог, ударившись головой о руль автомобиля, от чего тот громко завопил. «Я педофил…» -Да перестань пищать, мудило! – выкрикнул какой-то полный лысеющий мужчина из окна со второго этажа. -Действительно, - усмехается Дима и откидывается на сидение, тяжело вздыхая. – Что же я наделал…