Всю жизнь.

Уже прошел месяц, как я каждый день вставал с утра, чтобы засыпать весь день на уроках. Но все бы было ужаснее, если бы здесь не кормили. Это, наверное, единственное, что мне нравилось в этой школе. А еще, мне было не менее радостно от того, что мама разрешила уже на следующий день идти в том, что я захочу, и я надел свою любимую футболку, и джинсы, которые достались мне от Мэрла, как и вся одежда. Мне было плевать, как на меня смотрят мои одноклассники, и иногда обходят стороной. Я нашел себе друга в этих стенах, его звали Никто. Мне никого не надо, и Никто это понимал. Мне было гораздо лучше просто расслабиться на перемене, чем играть в дурацкие игрушки, которые приносили с собой одноклассники. Как и всегда, я сидел на последней парте, с моим другом Никто, стараясь перебороть сон, когда ко мне подошла эта длинноволосая Эриксон. - Привет, Дэрил, - поздоровалась она. - Почему ты не играешь? - Не хочу, - ответил я, опять стараясь вложить в интонацию как можно больше отвращения. Я оглядывался по сторонам, боясь, что меня заметят с этой Кэрол, которая то и делала, что только и успевала разговаривать со всеми вокруг, словно ей было не все равно. Почему она так хочет всем понравиться? Лично я друзей заводить не собираюсь. - Пошли, тебе понравится, - настаивала зазнайка. - Сама иди. Наверное, я сказал так, как хотел, раз она немного надула губы и тут же отошла. Мне же лучше. Только смех ребят действительно немного завлекал, что хотелось подойти и посмотреть, что они там делают, но было уже поздно. Я отказался, и я не подойду. Отсидев следующие уроки, я вышел из класса, где меня уже ждал Мэрл. Я никогда не понимал, почему у него такое хорошее настроение после школы, если он все время жалуется на то, как ему надоело учиться. Сейчас он идет и ворчит, что математика - зло, английский - зло, химия - зло, и еще куча предметов, про которые я не знаю. - У тебя как дела, мелкий? - спросил брат, закончив свое бурчание. - Нормально, - я пожал плечами, - все как обычно. Сидели, ели, сидели. - Даже ни во что не играли? - удивился Мэрл, вкинув брови. - Другие играли, я не хотел. - Ну и дебил, - ухмыльнулся брат. Почему дебил? Неужели, так обязательно иметь друзей? У меня уже есть друг, который меня полностью устраивает именно тем, что не учит меня ничему, как это делает постоянно Мэрл, или эта Кэрол. Зайдя в дом, мы с братом переглянулись. Музыка гремела так, что кажется, дрожали стены, а дверь в комнату к родителям была закрыта. У отца сегодня выходной, а значит, дома нас не ждут. Закинув рюкзаки в комнату, Мэрл вывел меня из дома, предлагая посидеть на крыльце. Я молчал. Я не говорил о том, что мне не нравится каждый раз, когда включается музыка в нашем доме, шастать по городу или отсиживаться на крыльце. Но больше всего меня раздражало, что брат не говорил, зачем мы выходим из дому. А еще меня раздражало, что это уже вошло в привычку. Каждый раз, когда в доме начинает играть Sex Pistols или еще какая-нибудь музыка, я собирался и выходил на улицу, будь то утро, день или ночь. Раздражало то, что я ходил везде один, когда Мэрл гулял с друзьями. Музыка выключилась, что дало нам зеленый свет на то, что в дом можно зайти. В животе уже урчало, а в кастрюле, и вообще везде, было пусто, что даже тараканы в доме уже умерли с голоду. Отец включил телевизор и уселся на кресле, держа в руках банку пива, а во рту сигарету, совсем не обращая на нас внимания. Хуже с мамой. Она вышла из комнаты, зажимая в руках бутылку с прозрачной жидкостью, с новым отеком и синяком под глазом. Закурив сигарету, она икнула и скрылась в ванной, поставив на стол бутылку. - Что это? - спросил я у брата. - Водка. Занюхни, если хочешь, - посмеялся он, обыскивая холодильник и, кажется, небезрезультатно. Я потянулся, к так называемой, водке. Запах был отвратительный, что показалось, что этим запросто можно травить динозавров, что уж говорить о людях. Кривясь от горючей смеси, я взглянул на Мэрла, который держал в руках котлеты, которые были тверже кирпича. Но нам было все равно, и мы тут же их пожарили. Ложась спать, я несколько раз спросил у Мэрла, почему нам надо выходить на улицу. Я спрашивал и спрашивал, желая получить ответ, но получил лишь подзатыльник. *** На следующий день, к нам пришел новый мальчик, который по состоянию здоровья был вынужден отложить учебу на месяц. И конечно, его посадили ко мне. Он вроде не плохой, но сидеть с ним за одной партой было неуютно. Даже знать, что он в нескольких сантиметрах от меня, прогоняло по мне холод. - Привет, - поздоровалась Эриксон, только на этот раз не со мной, явно не желая общаться после вчерашнего. - Меня зовут Кэрол, а ты Рик? - Да, - улыбнулся мальчик. Как у них все просто! Поздоровались, и уже друзья. Даже сейчас они разговаривают об учебе, о том, что пропустил Греймс, словно, это действительно интересно. Хотелось встать и выйти в коридор, и пошататься у шкафчиков, но было лень что-то делать. - Пойдешь с нами? - позвала его Кэрол к остальным ребятам. - А Дэрил идет? - спросил Рик, посмотрев на меня. - Ты идешь? А я тут причем? Мы приклеены? - Нет. - Почему? – спросил Греймс. Ну, вот какое ему дело? Не хочу и все. Я пожал плечами, а Кэрол вскинула брови. Ну вот, ей какое дело, что я отвечаю? Вон у нее сколько друзей, еще и к Рику пристала, вытаскивая его из кабинета. Его кажется это радовало. Подключение к игре, смех, и поддержка одноклассников, когда у него не получалось пинать мяч. Когда прозвенел звонок, Рик сел на место, немного запыхавшись. - Может, на следующей перемене? – спросил он, глядя на меня. - Ладно, - ответил я. Все равно, скучно просто так сидеть.