Верные друзья

У меня очень примечательный сосед. Да что там! Вы его все прекрасно знаете, ведь про него пишут в газетах. Его зовут Шерлок Холмс. Он единственный в мире консультирующий детектив. Во всяком случае, по его личному и далеко не скромному мнению. — Джон, где мой блокнот? Что поделаешь, придется искать. Куда он без меня? — Джон, ты опять копался в моих носках? И ничего я не копался! Что за слова? В его систематичность, в его формализм и порядок всегда хочется внести хоть капельку несерьезности и хаоса. Впрочем, с тем бардаком, что творится у нас дома — в гостиной, на кухне и в его комнате, — мало что сравнится... К нам постоянно заходят гости. Ну, то есть как гости. Например, брат Шерлока, Майкрофт, — он очень важная шишка. Он настолько важный (и уверен в этом чуть более, чем на сто процентов), что однажды сел в кресло, в котором уже сидел я. Конечно, я не пострадал, а он потом долго извинялся. После этого случая Майкрофт стал обращать на меня более пристальное внимание. Вот-вот! Пусть знает, что Шерлок не один живет в квартире. Правда, с тех пор Майкрофт странно себя ведет. Иногда кажется, что он заигрывает, сюсюкает. Хотел бы я сказать, что я уже взрослый половозрелый мужчина, и со мной не надо так разговаривать, но я, как это водится, молчу. Черт с ним, лишь бы не допекал Шерлока. Чаще всего к нам заглядывает Лестрейд — инспектор из Скотланд-Ярда. Но я зову его Грег. Между нами как-то устоялось это дружеское обращение — по имени. А вот Шерлок с ним нарочито официозен. Грег очень добрый и откровенный. Он мне нравится. Шерлок и Грег взаимообязаны. Грег обеспечивает Шерлока неразрешимыми задачами и доступом в самые сокровенные тайны самых интересных преступлений; Шерлок дает Грегу ключи к загадкам, отворяет потайные двери и выводит из лабиринта. Не представляю, как бы они обходились в этой жизни друг без друга. И как все остальные обходились бы без них. Самый главный человек в Англии знаете кто? Миссис Хадсон. И только попробуйте разубедить меня! Несмотря на ее неизменное: "Я вам не дом-ра-бот-ни-ца!", она очень заботится о нас с Шерлоком, готовит нам иногда и даже отваживается открывать холодильник. В нашей компании она очень быстро обрела хладнокровие. Что за женщина! И как от нее приятно пахнет теплой выпечкой — внизу, на первом этаже справа от парадного входа есть ее кафе Speedy's. Забегал туда пару раз: это совсем маленькое, с виду неприметное заведение, где вас угостят ароматным кофе, сэндвичами и даже хот-догами. Конечно, за деньги. Бесплатно, если вы консультирующий детектив, инспектор или я и находитесь в гостиной 221Б этажом выше. — Джон, ты посмотри на эти сувениры! — радостно кричит мне Шерлок из гостиной. Я сначала пугаюсь, а потом бегу к нему. На полу, на столе, на диване и... ну да, на моем любимом кресле лежат фотографии с мест преступлений. Преступлений, должен заметить, мало аппетитных и весьма жестоких. Сейчас Шерлок работает над сложной серией убийств. Впрочем, он говорит, что это дело веселое. На протяжении нескольких лет маньяк не подавал признаков жизни — был заключен в тюрьме. Но тут в полицию прислали странное письмо с фотографиями всех прошлых жертв, в том числе и тех, что не были найдены полицейскими, а через пару дней был обнаружен новый труп. "Свежий", — поправил бы меня Шерлок с блаженной улыбкой. — Что у них общего, Джон? Приглядись, — он щурится, рассматривает одну фотографию за другой с высоты своего роста, а потом глядит на меня. Он всегда любит сначала помучить меня на тему обстоятельств дела, хотя сам, я уверен, уже десять раз догадался. Разглядываю фото. Все убитые — брюнеты? Нет, вот парочка блондинок и один, кажется, рыжий парень. Носили джинсы? Да нет, вот несколько человек в офисной одежде. В растерянности смотрю на Шерлока. — Вот именно, Джон! Ничего, что можно было бы понять по фотографии! Значит, это "общее у жертв" было более абстрактным, — внезапное озарение Шерлока всегда застает меня врасплох, и я не знаю, обижаться мне или восхищаться. — Если только все не так очевидно... А слишком очевидно! Бросив короткий взгляд на разбросанные кругом фотокарточки, Шерлок звонит Грегу. Они что-то обсуждают по телефону, потом лично, у нас в квартире, и вечером Грег благодарит Шерлока, уходит довольный, а Шерлок начинает снова скучать. Оказалось, что некоторые фотографии были подделаны, а новое убийство совершил совсем другой человек, впечатлившийся "работой" старого маньяка и возжелавший позлить полицию изысканиями в области цифровой графики. Шерлок с непередаваемым выражением вселенской и космической скорби на лице берет скрипку и рассеяно водит по ней смычком, извлекая на свет божий спокойную, очень приятную мелодию. Я сажусь в кресло, молча слушаю до конца, а потом спрашиваю: — Ты это сам написал, Шерлок? Очень красиво. Но Шерлок мне не отвечает. Он долго смотрит в окно на сумеречную заснеженную улицу. Потом откладывает скрипку и подходит к креслу. Треплет меня по голове. Я невольно жмурюсь от его прикосновения: так странно ощущать тепло этого большого, необъятного и холодного, как айсберг, человека. — Хочешь молочка, Джон? Я купил специально для тебя, — он заглядывает в мои глаза. Я тянусь к нему, и он берет меня на руки, несет на кухню. — Сегодня же праздник! К черту этот твой корм, — одной рукой он достает из холодильника сосиски. Я от радости не знаю, что и сказать. А он только шире улыбается, подсаживает меня, и я ложусь ему на плечи. Моя сестра Гарри боится так делать с Кларой, своей подругой. Но я знаю, Шерлок не даст мне упасть. Шерлок составит мне компанию в поглощении сосисок: мурлыча себе под нос мелодию, которую только что играл, он кидает всю пачку в сотейник, и я, глядя на булькающую воду, прижимаюсь к его горячей шее и тихонько подпеваю. Кажется, у меня неплохо получается! Я вспоминаю, как где-то полгода назад, может, чуть больше, мы с ним встретились. Случайно, на улице. Тогда он, впрочем, как и всегда, что-то расследовал. Я был немного травмирован: неудачно выпал из окна первого этажа и сильно хромал. Я сидел на бордюре, а он выскочил из такси и едва не отдавил мне ноги! Он долго разглядывал окна дома перед ним, забежал в его единственный подъезд, но вскоре вышел. Как я понял — ни с чем (чуть позже он рассказывал мне, что преступник, которого он искал, оказался хитрее, и покинул свое прибежище раньше, чем Шерлок попал туда). Я думал, он поймает такси, но он двинулся по тротуару в мою сторону. Я решил пойти к нему навстречу. — Сэр, вы в порядке? — спросил я. Он остановился, пристально изучил меня взглядом, будто хотел прочесть мысли, но ничего не ответил. Шерлок вообще редко отвечает. Он поднял меня на руки, а я не отводил от него глаз и не моргал. Он не сказал того, что говорили при встрече со мной все остальные прохожие — «Ой, какой же милаха!». И не сделал того, что делали эти прохожие — он не прошел мимо. Так я оказался на Бейкер-стрит. Скоро Шерлок выходил меня, я больше не хромал и стал помогать ему в расследованиях. Мне нравится слушать его длинные запутанные рассуждения, после которых сложное кажется элементарным. А еще я теперь много читаю — у Шерлока довольно богатая книжная полка, — и подумываю завести дневник. Он стоит у окна, я сижу на подоконнике. Мы уплетаем сосиски за обе щеки, слушаем удары Биг Бена, а я чувствую горячую тяжесть его руки на спине, и это лучшее в моей жизни Рождество.